Вот это жизнь: таверна, шум и чад, Причастие весельем до рассвета. Здесь Рай погиб, чтоб возродился Ад… Как храм при кабаке — душа поэта.
Что пишете вы снова, Франсуа? Строка одна грехов не перевесит. И хулиганский ваш репертуар Кого-то снова возмутит и взбесит.
Откуда знаю вас? Так тесен свет, Особенно в таких местах, как это. Вы тот, кто был почти повешен, нет? Хотя «почти» не признают поэты.
Вся ваша жизнь — живой тому пример: Убийство в драке, блуд, грабеж совместный… Не тем известны вы средь адских сфер, И так же знамениты средь небесных.
От горького бунтарства ваших фраз, У ангелов случается икота. …Мне будет жаль, когда сломают вас Очередным спасеньем с эшафота.
Наверно, эпитафией своей Прощались вы не с миром, а с собою… Все знаете, но только не людей. И все простят вам, но не смерть покоя.
И это все, что я хотел сказать, Так, без таланта, что вам дан судьбою. Меня в свою балладу записать Хотите? Значит, догадались, кто я.
Прощайте. Может, позже вас найду, Беседа мне подобная желанна. Ни одного поэта нет в Аду, Бог слишком любит вас, хоть любит странно:
Он не дает вам благ, лишь горечь строк, И путь в трактир показывает споро, Где вы сожжете душу, как листок Очередных стихов иль приговора. 5.01.15 А конкурс памяти Николая Лазаренко?
Свобода рождается, где умирает надежда, И сколько бы зим не тянулась о ком-то тоска, Однажды поймешь, что не будет прожитого прежде. Один на один: разговор. Тает тень. От крыльца Он все дальше и дальше уходит, По дороге меняя и предавая друзей, Это жизнь, тут сгорают устои, Ждать не принято долго людей. Ночь и смог – в ней нет таинств, Есть только работа, Колдовать должен кто-то и в 21 век, А сегодня за счастьем чужим охота… В тебя верят, А ты – уже нет. Годы, город…решилась давно уехать, Новый дом, где из окон не видно гор. Ждать ты будешь всегда, но вот есть помеха… Он ушёл много лет, как был тот разговор.
Малая форма - мотылек однодневка, словно упавший метеорит. Казалось, что где-то слышна запевка, но голос стих, и мотив забыт.
И все мы, словно на небе звезды, подмигиваем друг другу сквозь бездны тьмы. Одни веселы, другие серьезны. Не просто светим - обогреваем миры.
Людям лишь годы, звездам - эоны, но рвется когда-то любая нить. Верю, тогда на Земле влюбленным будет другая звезда светить.
Будут иначе писать поэты, малою формой и формой большой, О том, что все мы - частицы света, когда погаснем, не станем тьмой. Где здесь пропасть для свободных людей ?!
Фантастика Фантастика... Шумит там синяя трава! Фантастика... Гуляет по полю сова, Но не такая как у нас, Ведь у неё на шее глаз! Там марсианин шестерук, И у него кентавр друг. А у кентавра за спиной Русалка-баба! Боже ж мой!!
Фантастика... Но где же взять мне звездолёт? Фантастика... Кто заберёт меня в полёт? Возьму с собой велосипед, Ментов и гопников там нет! Туда хочу я улететь, И песенку свою там спеть! 05.06.2007 год СТРАННИК
Симпатичные стихи у вас, Лита и Кщерь ! Привет, кстати, рабочему классу, Лита! очень уважаю... Быстро ты как стихи пишешь.. и красиво... Скоро уже тысяча... ведь правда? Удач тебе...
Быстро ты как стихи пишешь.. и красиво... Скоро уже тысяча... ведь правда?
Не знаю, я много выбрасываю, сейчас очередной круг избавления от хлама, так наверное уже меньше тысячи.
ЦитатаШайтан ()
Удач тебе...
И тебе
ЦитатаШайтан ()
На прощание стишок от Шайтана..
Так зыбко все. Дыханье волшебства Заполнит, как туман, души лакуны. Зачем прощаться, если есть слова И можно бросить их на лист, как руны? А конкурс памяти Николая Лазаренко?
Медвежатник "Пять минут, пять минут..." Эту песню все слыхали. "Пять минут, пять минут..." Но меня вы не узнали. Потому, что сейчас В гости я пришёл нежданно, И открыл свой багаж. Мой визит к вам не случайно! Пять минут, пять минут... Времени на дело мало. Нужно мне успевать, Чтоб охрана не застала. Вот отмычка моя, Фомка, гвоздик и фонарик - Мои лучшие друзья! Вам я сделаю "подарок". Пять минут, пять минут... Сейф я вскрыл, забрал все вещи. Пять минут, пять минут... Отнесу пока их тёще. Ну, а вас попрошу - На меня вы не серчайте. Это хобби у меня. Вы ж собаку приручайте!!! СТРАННИК
имхо, тут сторонние люди не советчики. Чтобы поправить ритм, нужно хотя бы понять какая форма изначально планировалась. Вариаций как бы много...хоть тот же вольный стих. Но в том виде что сейчас, ритм слишком сильно скачет во все стороны, как и размер (что впрочем, взаимосвязано). Проще переписать. Но этот вариант автора вряд ли не устроит... Да и смысл стиха, лично я не до конца поняла. Если не считать: он ушел, она жалеет. Некоторые строки словно существуют отдельно друг от друга. Чем больше крыш поехало, тем сильнее ветер перемен.
- Я уже давно тебя не видел, Первый критик и мой добрый друг; Я забыл про нас в огне событий... Ты же знаешь, я тебе не вру. А сейчас так явственно представил Четырех котов и молоко, Разговоры в виртуальной яви, Плавное течение стихов...
- Притворюсь занудой для ответа: Мы совсем не виделись пока. Но я помню киевское лето, Ну а ты – мое, наверняка. И котов вон даже вставил в строчку, Значит, мы вне всех границ и схем. Главное, что жаль нам ставить точку В каждом разговоре и стихе.
- Мне не привыкать к твоим занудным: "Скачет ритм и рифма не в дугу", И забыл как-будто, но подспудно Все твоё в душе я берегу. Точка против трех не пляшет точек, Неизвестность лучше чем конец, Так и происходит между прочим Разных единение сердец.
- Ты представь, что мы изобретаем Средство от разлук, когда творим. У друг друга мы в сердцах читаем, Даже там, где слов не говорим. Интернет лишь Сеть, мы – ткем узоры, Пятистопный ямб – пять струн в горсти… Чудо ль, что такие разговоры Мы уже не можем не вести?
- Чудо, чудо - можешь мне поверить. Побывать успел я в двух мирах. В тот, где чудо есть - закрыты двери, И замок висит на тех дверях. В первом мире, где слова бездушны, Выжить я не смог бы без мечты, И когда мне стало очень нужно Дверь открылась... Открывала ты.
- Я скажу единственное слово… Сам его сумеешь угадать? Все возможно, если для другого, Как же я могу – не открывать? Если подводить сейчас итоги, Сам ты сколько раз мне был ключом? Счет не нужен; чудеса – не слоги, Хоть стихи тут чуточку при чем. 30.01.15 А конкурс памяти Николая Лазаренко?
Ветра и лед – путь на восход Который ждут пять сотен лет. Дороги нет. Как ты устал! И сколько крови Предстоит пролить на снег… Дороги нет. Бой, волчий вой, и сон, Что так похож на смерть. Дороги нет. Клинок разбит, горит душа, Жжет амулет. Ты проиграл. Дороги нет.
Можно поимхую? В строчке "Предстоит пролить на снег" мне кажется, что не хватает слога. Нам предстоит, или что-то подобное... И я б еще чего-нибудь добавила вот тут: "бой, волчий вой, и стон, и сон" - ровнее будет. А в конце красиво поменять местами: "Ты проиграл. Жжет амулет. Дороги нет" Само собой, просто мнение, на истину в последней инстанции не претендующее.))
Молитва о корабле Полурассвет… и все слова не те За два шага до нового начала. Ты где-то там, в прозрачной высоте, Но сквозь прозрачность эту видно мало,
Как из сейчас мы видим лишь вчера… Вот так и я слепа со дня той смерти. Была война и Ты его забрал. Но может быть не Ты, а кто-то третий,
Безжалостный кому не слать молитв, Кто обделен Любовью был и Светом И ради них — весь ужас войн и битв… Прости за то, что снова я об этом
И странного прошу. Но Ты же тот, Кто странностей любых и страхов выше… Пусть тот корабль потопленный плывет, Пусть море солью и прохладой дышит,
Орудия стоят зачехлены, И гул машин — как сердце бьется где-то. Пусть ждет причал — как люди ждать должны Друзей, любимых, корабля рассвета.
Пусть ждет, хотя пристать не суждено. И чайки небо прошивают косо, Чтоб шторм и небеса слились в одно Бессмертие для сгинувших матросов.
И это все, что в сердце я держу. Как Ты оценишь — много или мало? Ты, как всегда, молчишь, а я скажу За два шага до нового начала:
Как дети, что потеряны во мгле, Мы ищем то прощенья, то пророчеств. Молитва о плывущем корабле — Литания от вечных одиночеств. 25.02.15 А конкурс памяти Николая Лазаренко?
Кщерь, да это скорее не мне, а Айтматову. Лови еще один, повеселее.
Сказка о безмолвном диспуте, Будде и разных путях
Проста история моя, но позабавит вас. В горах на юге храм стоял — стоит он и сейчас. В монахах братья жили там, жизнь Будде посвятив. Был старший добр как Будда сам, а младший глуп, сварлив. И надо вам еще узнать что был он одноглаз… Паломник мудрости искать явился как-то раз. «Я так устал уже. Прости, поговори с ним ты И диспут предложи вести посредством немоты» — Так добрый глупого просил. И тот на дело скор: Он гостя встретил, усадил и начал «разговор». Но час прошел — паломник встал с поклоном поясным… А брату старшему сказал: «Мне трудно спорить с ним! Ученье он постиг в корнях и мудрость мне открыл». «Так научи и ты меня — о чем же диспут был?» «Я палец поднял, говоря, что Будда просветлен. Он два — Учитель жил не зря, нам Путь оставил он. Я три тогда — у Будды есть еще ученики. Кулак мне показал он здесь, ответив мастерски, Что у всего один исток — познание Пути». Довольный гость, приняв урок, тут поспешил уйти. А брат второй пришел за ним: «Где этот острослов? Сейчас еще поговорим посредством кулаков!» Да что случилось?" — старший брат смущен и удивлен. «Посмел он палец показать — мол крив ты и смешон. Я разозлился, но смолчал и вежлив был, как мог. В ответ два пальца показал и дал ему намек: Я рад, что сам-то он двуглаз… Невежа — бьют таких! — Три пальца поднял: мол, у нас — их столько на двоих… Я кулаком трясу, а он сбежал, презренный трус!» Руками мудрый брат развел: «Вы оба тут, боюсь, Понять друг друга не смогли и не сошлись ни в чем: Предстал ты мудрым перед ним, но хама видел в нем...»
На том закончу свой рассказ, ведь пройден он, как путь. Друг друга нам понять подчас мешает что-нибудь: То опыт разный наш, то нрав, то слишком тесный ум… А Будда… Он во многом прав. Ом мани падме хум! 27.02.15 А конкурс памяти Николая Лазаренко?
Я человек. Совершаю ошибки, ломаюсь и кашляю кровью. И кто-то, когда-то, зачем-то придумал мой мир. Я потерял свою душу, и сердце стучит с перебоями. Наверное, скоро конец моей книги, зачитанной кем то до дыр.
Затмение солнца. И полночь приходит в полдень. А кто-то во тьме крадётся, крадётся ко мне. Мой мир он немного ужасен, немного уродлив. Наверное жить так неверно…
Пути ведут за горизонт, . а горизонт скрывает мгла. Кого-то страсть вперед зовет, . других - уже отозвала. И пальцы оплетают руль, . глядят вперед машин глаза... Один шофер в пути уснул - . чуть полыхнули небеса.
Пути ведут за горизонт, . зовет неведомая даль. Быть может, кто-то там помрет; . а может, будет ему жаль Потраченных на путь годов, . здоровья, нервов и бабла... А горизонт вновь отошел - . и вновь пути зовут туда. Я ничего не говорил. Вам показалось.
Ветра и лед – путь на восход Который ждут пять сотен лет. Дороги нет. Как ты устал! И сколько крови Предстоит еще пролить на снег… Дороги нет. Бой, волчий вой, крик-стон и сон, Что так похож на смерть. Дороги нет. Клинок разбит, горит душа, Ты проиграл. Жжет амулет. Дороги нет.
И, вот еще рабочее:
Не жалею об ушедших людях. Расставляю памятные камни. Я забыла…и меня забудут. Есть дороги, что уводят в пламя.
Холод ночью, он сгибает спину. Звездной ночью крепче сигареты. Ветер, приносящий горечь слова Растворяет светлые моменты.
Равнодушие меняет облик мира, Перекраивает головы и судьбы. Пустоты нет никогда снаружи. И грызет затравленность и стужа.
Нет ничего ценного, все осыпается пеплом… Что для тебя нетленно? Доля твоя ветром Травы степные ранить, тут же огнем казнить. Жизнь, словно кости, править, все ж не сумев простить. Тянется-тянется долго, резко окончен путь: Вот твоя дверь открыта. Ждет ли там кто-нибудь?
Помнить Мы все забываем – потерю, войну и чуму – Слова отзвучавших и выцветших песен и гимнов. А хочется помнить – как хочется знать, почему Со смертью бессмертие связано так неразрывно.
В глазах ветерана – прозрачного неба лоскут, Как занавес времени, что отделяет от боли. Но руки дрожащие, голос его – не солгут, Война для него - не истории дата всего лишь,
Он видел и знает. И боязно, больно спросить… Но помнить хочу то, что помнить никак не могу я, И жизнью суровой его не дано мне прожить. А старый солдат никогда и не видел другую.
Там многое было – хватало и радостных дней, Но доброе, светлое все-таки помнится хуже. Поэтому спрашивать я не хочу о войне, Великой Победе, медалях, друзьях… И к тому же
Он все рассказал, что и сам захотел рассказать, А большего требовать – кто бы посмел в этот вечер? Седого героя мне хочется просто обнять, «Живи! – попросить, - долго-долго, желательно – вечно».
И жалко – до боли, до горького кома в груди, Что вечным не сделает самая крепкая память, Что с каждым уходят закаты его и дожди, Бои и победы становятся просто словами.
Но память – как вальс; ритм не слышен порою, но жив, Для всех поколений нет лучшей связующей нити. И в каждом мгновении – звонкий тройной лейтмотив: «Мы помним», «Спасибо за мир» и конечно – «Живите!» 28.04.15 А конкурс памяти Николая Лазаренко?
И жалко – до боли, до горького кома в груди, Что вечным не сделает самая крепкая память, Что с каждым уходят закаты его и дожди, Бои и победы становятся просто словами.
Но память – как вальс; ритм не слышен порою, но жив, Для всех поколений нет лучшей связующей нити. И в каждом мгновении – звонкий тройной лейтмотив: «Мы помним», «Спасибо за мир» и конечно – «Живите!»
Очень Кто знает женщин, жалеет мужчин; но тот, кто знает мужчин, готов извинить женщин. (Турнье)
Оно, когда "не то", еще лучше ложится. Я вот попробовал вслух с выражением прочитать "Помнить"... Каждая строка звучит. Так что, оно самое то, что надо Торопиться — означает делать медленные движения без перерывов между ними
Строка, где про "вальс и память" - дышит жизнью и совершенно не отдает казенщиной. Без пафоса и грустно. Живые слова. Наверное, поэтому и ложатся. Торопиться — означает делать медленные движения без перерывов между ними
Вновь трелит возле дома соловей, От воздуха весеннего он пьян. Посапывая, дремлет Колизей, И зеленеет на полях бурьян.
Перековали все орала на мечи. Пегас куда-то смылся, паразит. Илья лежит пока что на печи, И кот всё те же сказки говорит. Где здесь пропасть для свободных людей ?!
Слова искать когда-то был резон, Не спать, творить до первых петухов... Но дачный начинается сезон И Пушкину опять не до стихов) А конкурс памяти Николая Лазаренко?
Лед… Что единожды душу сковал Обжигает огня во сто крат сильнее, Я тысячи раз побеждал… Я тысячи раз желал только уйти поскорее. Верный путь – это ложь… Остаются Чужие Лица и судьбы. Так больнее вдвойне. Знать, Что ближе уже не будет, чем на расстоянье удара Никто.
Под колёса стелется рваный Млечный Путь. Бьют амортизаторы в ямах между звёзд. Руль в руках вибрирует: карлик обогнуть По дуге приходится. Станет шум колёс
Бесцветная весна, еще одна… Ночь гонят фонари холодным светом. Внутри голодная и злая пустота… А, знаешь, я уже не жду ответа. Сны…ускользающие в яркости тоски И раздражающие чувственностью красок. А я живу…А если б.., мог и ты? Я говорю… с тобой. И знаю, что напрасно.
Напомнило Северянина: ... Еще одна весна. Быть может Уже последняя. Ну что ж, Она постичь душе поможет, Чем дом покинутый хорош. ... Где здесь пропасть для свободных людей ?!
Расскажи себе сказку, как ты никогда не любил, Не тянулся подспудно, не тратил слова и движенья. Математика жизни не в том, что вот взял и сложил: Часто в минусе тот, кто вообще избегает сложенья.
Я не знаю, как ты. Я не верю в итог неудач, В то, что равенства знак можно ставить, где все уравнялось. Только времени нет для решения сложных задач, А решенье простых – одиночество, боль и усталость.
И получится странно, что путь твой опять напролом, И зовущее издали ближе того, что в полшаге Ты сложил и умножил, но цифры давно не о том. И сильней приговора пробел на шершавой бумаге.
Ты построил свой мост и разрушил восславленный Рим. Ты уже не вернешься к тому, что на откуп назначил. Расскажи себе сказку о том, что никем не любим. Может, так ты увидишь: не в этом решенье задачи. 3.06.15 г. А конкурс памяти Николая Лазаренко?
Если меня не убьют, Я о тебе забуду. Невоплощенный уют Жизни одной на двоих. Просто прощальный стих - Словно на откуп чуду - Только бы не затих В скорбном кривом строю.
Если бы было так... Пушки б росу метали, На касках цветы, как знак, Вместо крестов и звезд. Я бы тебе принес Ленточку от медали, С серьгами от берез, С гомоном летних птах.
Если пустить струю От реактивной дряни, То можно попасть в свою... Можно попасть в своих. Если забыть про них - Что-то случится с нами. Впрочем - уже... А стих... В умершем стих строю.
На жаль, від дурнів серце не сховати… Яка б в коханні не чаїлась сила, Та люди, замість вчитися літати, Бездумно відтинають іншим крила.
ГРАНЬ Какое мне дело до чьих-то потерь и и обид, Раз небо синеет еще над моей головою И Сад-на-границе что нет его делает вид, Но хочешь - войди, принеся ожиданье с собою. Там встретиться можно с тобой - кем бы ты ни была... Бывает и так, что незнанье спасает от боли. Так верить легко мне, что ты мой упрек поняла, А может быть, это мое толкованье всего лишь...
Но примем за правду, что ты понимаешь меня, И станет все проще, а может - сложней и жесточе. Ведь можно словами ударить, а можно обнять, А среднее что-то не выйдет, пусть даже и хочешь. И был бы лишь шанс, и не жить бы, его упустив, Жалея о том, что не знал, не сказал, не ответил. И лезвием тонким раскроит реальное миф, Придуманный край - он острее всех граней на свете. А конкурс памяти Николая Лазаренко?
"Если" и "может" Г. Ф. Однажды ты совершишь Поступок - А может, ошибку и преступленье... Гадать, что выйдет, смешно и глупо, Толпа свое лишь приемлет мненье.
Взорвешь ли порох, пожар погасишь, Забросишь в воду свой меч дамасский... И будет еще один славный праздник, А может - вид популярной маски.
Конечно, правда и в этом тоже: Поступки все - маскарад, личина. Ты хочешь казаться, а быть - не сможешь, Для масок нужна ли еще причина?
Поярче выглядеть - вся забота, Твердить, что знаешь ты имя бога... И если вдруг совершишь - хоть что-то - То скажут: "Мало!", а может: "много..."
А значит - не стоит, а значит - ну их, Давно привычна суждений кривость. И маску каждый себе рисует, В чем есть - хромая - но справедливость. 6.07.15 А конкурс памяти Николая Лазаренко?
* * * Наверное, это счастье: над пропастью серой неба Куда-то идти, качаясь. И цель называть – «а мне бы». А мне бы… чуть-чуть опоры, веревочки этой – мало, Она ли порвется скоро, иль я вдруг пойму – устала? А мне бы немного крыльев, хоть так тяжелее падать. Всеверья просить, всесилья? Обоих – совсем не надо, Хоть сладко бывает верить – все можешь и все возможно… Открытые настежь двери поскрипывают тревожно, Крылатые силуэты мелькают, сопровождая. Есть место такое где-то, там шла – и совсем прошла я, Где белым паяцем грустным с растрепанною прической Меж искусом и искусством, по ниточке-отголоску, По той, бестолково свитой – сама же плела, признаться – Сумела с небес спуститься... Наверное, это счастье. 29.07.15 А конкурс памяти Николая Лазаренко?
Жить одиночеством смело, хотя и грустно, Переступаю порог - и все одно: или в дому, или на сердце пусто, Свет фонарей мысли ведет в петлю. Теперь с электричеством люди не смотрят в небо. Дед мой далекий тайну с собой унес, Как любят тебя и как встречают с победой, Но..., ведь с войной достигается только дно. Я не боюсь, но вдруг стало брезговать драться, Тоска от потерь таится в памяти лет, Кто-то ушел, а с кем- то пришлось расстаться, Нет справедливости, смерть - лекарство от бед. Кровь на руках кому-то войдет в привычку, Нам остается молча сжимать кулаки, Учат упорно – терпеть и под жизнь ломаться, Люди, сломавшие собственные мечты.
очень уважаю... 
Спасибо. Встречи с ветеранами даром не прошли.
все правильно, горизонт достижим))) 