Воскресенье, 19 Янв 2020, 5:11 PM

Приветствую Вас Гость | RSS

Помочь сайту Bitcoin-ом
(Обменники: alfacashier, 24change)
Меню сайта


Конкурс

Категории каталога

Наш опрос
Вы относитесь с пониманием к тому, что на новом сайте не работает авторизация и регистрация?
Всего проголосовало - 6609
Результаты

Начало » Статьи » Интервью с писателями

ПУТЕШЕСТВИЯ МЕЖ ЗВЁЗД
ПУТЕШЕСТВИЯ МЕЖ ЗВЁЗД


– Су­ще­ст­ву­ют ли Бог и дья­вол? И встре­ча­лись ли вам вам­пи­ры и обо­рот­ни?
– Обыч­но спра­ши­ва­ют сна­ча­ла, как здо­ро­вье, как на­ст­ро­е­ние, а вы сра­зу с та­ко­го се­рь­ёз­но­го во­про­са…
– У нас на­обо­рот – всё лё­гонь­кое на по­том.
– Бог, ко­неч­но же, су­ще­ст­ву­ет, ина­че кто всё со­здал? Это оче­вид­но, на мой взгляд. Слиш­ком уж мно­го вся­ко­го не­по­нят­но­го су­ще­ст­ву­ет, что­бы не ве­рить. Дья­вол – это рас­хо­жая и из­би­тая фра­за – он вну­т­ри нас. Каж­дый че­ло­век не­со­вер­ше­нен. Дья­вол – как не­ко­то­рая ан­ти­те­за, то, что не да­ёт нам ста­но­вить­ся луч­ше. Это, ра­зу­ме­ет­ся, су­ще­ст­ву­ет, но не как не­кая сущ­ность, а имен­но как на­ши соб­ст­вен­ные не­со­вер­шен­ные ча­с­ти. И те, кто пы­та­ют­ся по­бо­роть соб­ст­вен­ные не­со­вер­шен­ст­ва, у тех всё го­раз­до луч­ше, чем мы мо­жем се­бе пред­ста­вить.
– А всё-та­ки как на­счёт вам­пи­ров, ведьм и про­чих пло­хих сущ­но­с­тей: их сов­сем нет?
– Ес­ли от­тал­ки­вать­ся от то­го, что я толь­ко что ска­зал, есть не­ко­то­рые ве­щи, ко­то­рые мы не по­ни­ма­ем. Они бу­дут су­ще­ст­во­вать все­гда, по­ка бу­дет су­ще­ст­во­вать на­ука. Рань­ше, сов­сем дав­но, лю­ди бо­я­лись мол­нии, гро­зы, с дру­гой сто­ро­ны, они и сей­час её бо­ят­ся, уже по­ни­мая, чем им это мо­жет гро­зить, под­соз­на­тель­ный страх ни­ку­да не дел­ся. Су­ще­ст­ву­ет мно­же­ст­во до­ку­мен­таль­ных при­ме­ров лю­дей, ко­то­рые об­ла­да­ют за рам­ки вы­хо­дя­щи­ми спо­соб­но­с­тя­ми. Я да­лёк от мыс­ли, что этих лю­дей на­столь­ко мно­го, как нам пы­та­ют­ся рас­ска­зы­вать в пе­ре­да­чах по те­ле­ви­де­нию. И ес­ли от­крыть ка­кие-ни­будь жур­на­лы и га­зе­ты с со­от­вет­ст­ву­ю­щи­ми объ­яв­ле­ни­я­ми, то мож­но уди­вить­ся, как до сих пор сам не стал ка­ким-ни­будь кол­ду­ном. Но факт в том, что есть лю­ди, не­сколь­ко от­ли­ча­ю­щи­е­ся сво­и­ми спо­соб­но­с­тя­ми от нас, их ма­ло. Я не ду­маю, что они са­ми зна­ют, бла­го­да­ря че­му они на­де­ле­ны эти­ми спо­соб­но­с­тя­ми, и что они са­ми в со­сто­я­нии их объ­яс­нить. Что ка­са­ет­ся раз­ли­чий: ведь­ма это или до­б­рая фея – это во­прос то­го, как каж­дый вы­би­ра­ет для се­бя, как эти­ми спо­соб­но­с­тя­ми рас­по­ря­жать­ся. С обо­рот­ня­ми и вам­пи­ра­ми слож­нее. Тем бо­лее что их об­ра­зы су­ще­ст­вен­но раз­нят­ся. Ес­ли мы бу­дем рас­сма­т­ри­вать ми­фо­ло­гию как не­кое ус­ред­нён­ное на­сле­дие, то да­же в этом слу­чае об­раз вам­пи­ров объ­е­ди­ня­ет толь­ко стрем­ле­ние по­пить кро­вуш­ки. Тон­кий мо­мент. К то­му же, мы зна­ем, что это не­жить, а мёрт­вые клет­ки, мяг­ко го­во­ря, дол­го не жи­вут. Транс­фор­ма­ция на ге­не­ти­че­с­ком уров­не – то, что мы на­зы­ва­ем обо­рот­ня­ми – это сов­сем не про­сто, это на­до ви­деть.
– А вы се­ри­ал «Ге­рои» не смо­т­ре­ли – он как раз о лю­дях, об­ла­да­ю­щих сверх­спо­соб­но­с­тя­ми за счёт осо­бых ге­нов?
– Да, смо­т­рел чуть-чуть. Но в ка­кой-то мо­мент я рас­те­рял­ся от­то­го, что ге­рои ста­ли по­па­дать­ся на каж­дом ша­гу – ку­да ни плюнь – че­ло­век со сверх­спо­соб­но­с­тя­ми. И каж­дый жи­тель Аме­ри­ки ока­зал­ся ге­ро­ем, и это пе­ре­ста­ло вы­зы­вать ка­кой-то ин­те­рес.
– В «Гер­ме­ти­ко­не» цеп­пе­ли пу­те­ше­ст­ву­ют к дру­гим звёз­дам че­рез пу­с­то­ту – сво­е­об­раз­ные ды­ры в тка­ни про­ст­ран­ст­ва-вре­ме­ни. Что вы ду­ма­е­те о на­шей Все­лен­ной? Дей­ст­ви­тель­но ли она на­ча­лась с Боль­шо­го Взры­ва? На­сколь­ко вы ста­ра­е­тесь быть up-to-date с со­вре­мен­ной фи­зи­кой, сле­ди­те за кон­цеп­ци­я­ми ти­па теп­ло­вой смер­ти?
– Ес­ли го­во­рить о на­ча­ле Все­лен­ной, то мы этот во­прос уже за­тра­ги­ва­ли – в на­ча­ле бы­ло Сло­во, это оче­вид­но. А что ка­са­ет­ся со­вре­мен­ной фи­зи­ки, то здесь всё ещё тонь­ше. «Гер­ме­ти­кон» – это мир, в ко­то­ром лю­ди на­учи­лись пу­те­ше­ст­во­вать меж звёзд. И как и лю­бой дру­гой пи­са­тель, ко­то­рый за­тра­ги­ва­ет те­му пе­ре­ме­ще­ния умер­ших звёзд, я ста­нов­люсь в ан­ти­те­зу к со­вре­мен­ной фи­зи­ке, ко­то­рая нам ут­верж­да­ет, что это прак­ти­че­с­ки не­воз­мож­но и прак­ти­че­с­ки не­ре­аль­но. В прин­ци­пе, на мой ди­ле­тант­ский взгляд – я не очень силь­но уг­луб­лял­ся в то, что да­ла те­о­рия от­но­си­тель­но­с­ти во­об­ще фи­зи­ке – но, по­вто­рюсь, на мой ди­ле­тант­ский взгляд, её не на­до бы­ло пуб­ли­ко­вать во­об­ще. Ес­ли вы­честь то, что она да­ла фи­зи­кам, на­уке для раз­ви­тия, то вряд ли это ком­пен­си­ру­ет то, что она от­ня­ла, а от­ня­ла она на­деж­ду. По­то­му что мы рань­ше смо­т­ре­ли на звёз­ды и ду­ма­ли, что мы, гля­дишь, и до­ле­тим ка­ким-ни­будь об­ра­зом.
– Все фан­та­с­ты XX ве­ка дей­ст­ви­тель­но жи­ли этой иде­ей…
– Да, а те­о­рия от­но­си­тель­но­с­ти по­ста­ви­ла на этом боль­шой и жир­ный крест, и этот крест, ес­ли го­во­рить о ре­аль­но­с­ти, по­став­лен и на стрем­ле­нии на­уки дви­гать­ся в этом на­прав­ле­нии. А то ка­кой смысл со­зда­вать ко­с­ми­че­с­кий ко­рабль, ес­ли он до­ле­тит до дру­гой звез­ды тог­да, ког­да с Зем­лёй бу­дет не­из­ве­ст­но что – мо­жет, Солн­це к то­му вре­ме­ни взо­рвёт­ся.
Те­о­рия от­но­си­тель­но­с­ти от­ня­ла на­деж­ду, и ес­ли мы срав­ним ход раз­ви­тия на­уки в XIX ве­ке с хо­дом раз­ви­тия на­уки в XX ве­ке, то мы уви­дим, что лю­ди, у ко­то­рых бы­ла ка­кая-то на­деж­да, не зна­ли сло­ва «не­воз­мож­но». Все бо­я­лись гро­зы, но всё же до­ко­па­лись до су­ти, уз­на­ли, что это эле­к­т­ри­че­ст­во; лю­ди бо­ле­ли от ка­ких-то кам­ней, ка­кой-то ру­ды, но уз­на­ли, что это уран, уз­на­ли, что есть рент­ге­нов­ские лу­чи в на­шем про­ст­ран­ст­ве. И при этом изо­б­ре­та­ли ве­щи, ко­то­рые на тот мо­мент бы­ли не­воз­мож­ны­ми и, бо­лее то­го, да­же се­го­дня, чи­тая, ка­кие экс­пе­ри­мен­ты про­во­ди­лись, по­ни­ма­ешь, что у этих лю­дей не бы­ло сло­ва «не­воз­мож­но». Они эле­к­т­ри­че­с­кое ору­жие изо­б­ре­та­ли, это не го­во­ря об экс­пе­ри­мен­тах Тес­лы! Суть в том, что ког­да ты не зна­ешь, что это нель­зя, ты это­го мо­жешь до­бить­ся – это уже пси­хо­ло­гия. Не го­во­ри, что нель­зя, по­ста­рай­ся, на­пря­гись, най­ди спо­соб, че­ло­ве­че­с­кий ра­зум – это очень гиб­кий ин­ст­ру­мент, с по­мо­щью ко­то­ро­го мож­но про­лезть в та­кие щё­лоч­ки, че­рез ко­то­рые не каж­дая мыш­ка про­скольз­нёт. Но ска­за­ли, что нель­зя, и сей­час ко­с­ми­че­с­кая про­грам­ма…
– …за­кан­чи­ва­ет­ся, по боль­шо­му счё­ту, спут­ни­ка­ми и GPS-на­ви­га­то­ра­ми.
– Да, это то, что нуж­но для вой­ны и для ком­фор­та. По­след­ние 50 лет вся на­ука об­слу­жи­ва­ет ли­бо вой­ну, ли­бо ком­форт, ка­ких-ли­бо про­ры­вов нет.
Не бы­ло ли у вас мыс­ли на­пи­сать кни­гу, сю­жет ко­то­рой ос­но­вы­вал­ся бы на хри­с­ти­ан­ских мо­ти­вах? Как «Фа­уст» Гё­те, «Ма­с­тер и Мар­га­ри­та» Бул­га­ко­ва, «Бо­же­ст­вен­ная ко­ме­дия» Дан­те? На­при­мер, в «Тай­ном го­ро­де» у вас есть пер­со­наж мо­нах, но он боль­ше ин­те­ре­сен со сто­ро­ны сво­их вза­и­мо­от­но­ше­ний с ма­ги­че­с­ким ми­ром. А ес­ли це­ли­ком по­гру­зить­ся в хри­с­ти­ан­скую сим­во­ли­ку?
– Здесь слож­нее. В ва­шем во­про­се уже есть от­вет. Вы пе­ре­чис­ли­ли ма­с­те­ров, ко­то­рые уже бра­лись за это. И ра­бо­тать в этом же на­прав­ле­нии не все­гда про­сто и ком­форт­но имен­но для ме­ня. В прин­ци­пе, у ме­ня есть ро­ман «Руч­ной при­вод», в ко­то­ром без на­зва­ния уга­ды­ва­ют­ся тра­ди­ции, в ко­то­рых я вы­рос.
– Пуш­кин счи­тал, что нель­зя най­ти то, че­го нет, да­же в пла­с­ти­че­с­ких фор­мах. Он го­во­рил: «Возь­мём фан­та­с­ти­че­с­ких и сим­во­ли­че­с­ких жи­вот­ных. Ес­ли вос­ста­но­вить ри­сун­ки ле­ту­чих мы­шей и урод­ли­вых яще­риц тро­пи­че­с­ких стран, мож­но уви­деть, от­ку­да взя­ты дра­ко­ны, хи­ме­ры и иные фан­та­с­ти­че­с­кие фор­мы» – это из за­пи­сок Рос­сет-Смир­но­вой. А от­ку­да вы чер­па­е­те вдох­но­ве­ние для со­зда­ния сво­их об­ра­зов?

– Это ми­фо­ло­гия, за­чем от­ри­цать оче­вид­ное? Тем бо­лее, ми­фо­ло­гия – это бо­га­тей­ший пласт, из ко­то­ро­го чер­па­ют вдох­но­ве­ние и ос­но­ву прак­ти­че­с­ки все пи­са­те­ли. По­след­ние го­ды я стал го­раз­до мень­ше чи­тать ху­до­же­ст­вен­ной ли­те­ра­ту­ры, но в то же вре­мя я по­гло­щаю кни­ги по ис­то­рии ми­фо­ло­гии, са­ми ми­фы, мне это ин­те­рес­но, и там мож­но най­ти мас­су ин­те­рес­но­го. А что ка­са­ет­ся уве­ли­чен­ной в раз­ме­ре ле­ту­чей мы­ши – Пуш­кин, на­вер­ное, не знал ещё о су­ще­ст­во­ва­нии ди­но­за­в­ров.
– Прав­да, не знал. Но знал мно­го че­го дру­го­го. Это я вам по­том рас­ска­жу.
– Тот же са­мый дра­кон уж очень по­хож на ди­но­за­в­ра, и тут воз­мож­ны ва­ри­ан­ты: кто-то мог спа­с­тись.


– Как вы счи­та­е­те, у де­тей вкус к сверхъ­е­с­те­ст­вен­но­му раз­вит луч­ше, чем у взрос­лых?
– Что под­ра­зу­ме­ва­ет­ся под сло­вом «вкус»?
– Ин­ту­и­тив­ное по­ни­ма­ние, стрем­ле­ние, мо­жет, да­же ин­стинкт сверхъ­е­с­те­ст­вен­но­го?
– Де­ти жи­вут чув­ст­ва­ми.
– То есть, сказ­ка для них бо­лее ма­те­ри­аль­на?
– Да, бо­лее ма­те­ри­аль­на по­то­му, что де­ти бо­лее до­вер­чи­вы в си­лу от­сут­ст­вия сте­рео­ти­пов, ко­то­рые вкла­ды­ва­ют­ся уже в бо­лее стар­шем воз­ра­с­те. У де­тей по­ка это­го ба­рь­е­ра не су­ще­ст­ву­ет. Их про­ще убе­дить в су­ще­ст­во­ва­нии Ба­бы Яги и Ко­щея Бес­смерт­но­го, но при этом им прак­ти­че­с­ки не­воз­мож­но рас­ска­зать слож­ную ис­то­рию с эти­ми пер­со­на­жа­ми. Они-то по­ве­рят, что есть Ба­ба Яга и Дед Мо­роз, ну а тол­ку-то от это­го?
– Про­во­ка­ци­он­ный во­прос из об­ла­с­ти по­ли­ти­ки. За стро­ка­ми ва­ших книг ви­дит­ся че­ло­век, об­ла­да­ю­щий жи­вым на­ци­о­наль­ным чув­ст­вом и граж­дан­ской по­зи­ци­ей. Спра­вед­ли­во ли то, что рус­ским по­сле рас­па­да СССР не до­ста­лось сво­е­го на­ци­о­наль­но­го го­су­дар­ст­ва или ре­с­пуб­ли­ки, как всем ос­таль­ным?
– Ну, во-пер­вых, не всем ос­таль­ным.
– Я имею в ви­ду круп­ных…
– Здесь до­ста­точ­но тон­кий мо­мент, ко­то­рый от­прав­ля­ет нас слиш­ком да­ле­ко в ис­то­рию. А ког­да у рус­ских бы­ло своё на­ци­о­наль­ное го­су­дар­ст­во? Мо­жет быть, на за­ре раз­ви­тия, ког­да Мос­ков­ское кня­же­ст­во гра­ни­чи­ло с не­сколь­ки­ми дру­ги­ми кня­же­ст­ва­ми, но и то при этом бы­ли уже ка­кие-то вза­и­мо­от­но­ше­ния с ли­тов­ца­ми на се­ве­ре. А даль­ше, как мы по­ш­ли при­ра­с­тать тер­ри­то­ри­я­ми, то са­мо по­ня­тие «рус­ское на­ци­о­наль­ное го­су­дар­ст­во» так и ос­та­лось в X–XI вв., по­то­му что даль­ше ста­ла фор­ми­ро­вать­ся Им­пе­рия и мно­го­на­ци­о­наль­ное го­су­дар­ст­во, в ко­то­ром мы уже 700 с лиш­ним лет жи­вём и су­ще­ст­ву­ем. И к это­му нуж­но от­но­сить­ся с по­ни­ма­ни­ем – да, у нас вот так. При этом нуж­но по­мнить, что раз­ви­тие на­шей стра­ны не пред­по­ла­га­ло то­таль­но­го ге­но­ци­да на­ро­дов за­хва­чен­ных тер­ри­то­рий, как это бы­ло в Аме­ри­ке и в дру­гих стра­нах, эт­но­сы ко­то­рых учат нас то­ле­рант­но­с­ти.
Мы раз­ви­ва­лись, рас­ши­ря­лись, при этом объ­е­ди­ня­лись на оп­ре­де­лён­ных пра­ви­лах. И рус­ский на­род яв­лял­ся фун­да­мен­том этой стра­ны. По­это­му го­во­рить о том, что нам не до­ста­лось че­го-то – у нас есть на­ша стра­на, и бы­ло бы глу­по её по­те­рять.
– Не­ко­то­рые ва­ши кни­ги про­ил­лю­с­т­ри­ро­ва­ны, до­воль­ны ли вы ил­лю­с­т­ра­ци­я­ми, труд­но ли бы­ло най­ти под­хо­дя­ще­го ху­дож­ни­ка?
– Да, до­во­лен. И, да, очень труд­но. Че­ст­но го­во­ря, я да­же не ду­мал, что бу­дет на­столь­ко тя­же­ло. Ког­да я на­пи­сал кни­гу и при­нёс её в из­да­тель­ст­во, мы по­ду­ма­ли, что нуж­ны хо­ро­шие ил­лю­с­т­ра­ции. Мы со­ста­ви­ли кон­цеп­цию то­го, что ча­с­тич­но это бу­дут ко­мик­сы, что они бу­дут встав­лять­ся в текст, что­бы дать боль­ший ви­зу­аль­ный эф­фект. И по мо­е­му на­ив­но­му убеж­де­нию, это всё бы­ло очень лег­ко ор­га­ни­зо­вать, по­то­му что у нас ры­нок, у нас пол­но фри­лан­се­ров, и из­да­тель­ст­во бы­ло го­то­во пред­ло­жить хо­ро­шие ус­ло­вия. Но мы столк­ну­лись с тем, что два ме­ся­ца про­сто ис­ка­ли лю­дей. Я по­ни­маю, ес­ли б я один ис­кал так дол­го, но это из­да­тель­ст­во – со все­ми его свя­зя­ми и воз­мож­но­с­тя­ми. Нас не ус­т­ра­и­вал ни один кан­ди­дат. Ког­да ху­дож­ни­ку пред­ла­га­лось фан­та­зи­ро­вать – слу­ча­лась пол­ная ка­та­ст­ро­фа! Я не знаю, как про­хо­дит та­кая ра­бо­та на За­па­де, но я ви­жу ил­лю­с­т­ра­тив­ный ма­те­ри­ал, ко­то­рый де­ла­ют ху­дож­ни­ки на За­па­де, и ста­но­вит­ся яс­но, что сам кни­гу про­чи­тал, уви­дел и изо­б­ра­зил. Лю­дей, ко­то­рые, с од­ной сто­ро­ны, уме­ют хо­ро­шо ри­со­вать, с дру­гой – уме­ют это де­лать са­мо­сто­я­тель­но, мы ис­ка­ли два ме­ся­ца. В кон­це кон­цов, мы на­шли Сер­гея Ат­ро­шен­ко, ко­то­рый де­лал цвет­ные ил­лю­с­т­ра­ции, и Ев­ге­ния Гу­се­ва, ко­то­рый де­лал ко­мик­сы, спу­с­тя два ме­ся­ца.


– О чём ва­ша но­вая кни­га?
– Это вто­рая часть, про­дол­же­ние «Гер­ме­ти­ко­на».
– А сколь­ко книг бу­дет в этом цик­ле?
– По­ня­тия не имею.
– А ког­да вы по­чув­ст­ву­е­те, что всё, по­ра ос­та­но­вить­ся?
– Ког­да идеи ис­сяк­нут. А как ина­че? Ес­ли есть что рас­ска­зать, о ком рас­ска­зать и ко­му рас­ска­зать – по­че­му бы не рас­ска­зы­вать. Ин­те­рес­но пи­сать, ког­да те­бе са­мо­му ин­те­рес­но. Я ни­ког­да не вы­му­чи­вал из се­бя ни од­ну кни­гу, по­это­му я не знаю, как это бы­ва­ет. Ес­ли у ме­ня нет под­хо­дя­щей до­стой­ной те­мы, ко­то­рая мне близ­ка, то я не бу­ду ра­бо­тать. Уже два го­да не бы­ло пол­но­цен­но­го ро­ма­на из се­рии «Тай­ный го­род», по­то­му что у ме­ня те­мы для не­го не бы­ло. На­де­юсь, бу­дет.
– Очень мно­гие на­де­ют­ся. Ска­жи­те, а ка­кие пи­са­те­ли по­вли­я­ли на фор­ми­ро­ва­ние вас как пи­са­те­ля, пи­са­те­ли-фан­та­с­ты и пи­са­те­ли жа­н­ра фен­те­зи, в ча­ст­но­с­ти, та­кие как Ур­су­ла Ле Гу­ин, Тол­ки­ен?
– Я, соб­ст­вен­но, пи­шу не фен­те­зи.
– Это, ко­неч­но, ус­лов­ность.
– Тол­ки­ен – мне бы­ло ин­те­рес­но его про­чи­тать, ког­да он по­явил­ся. Глав­ное воз­дей­ст­вие, ко­то­рое он на ме­ня ока­зал, ког­да я толь­ко на­чал за­ни­мать­ся пи­са­тель­ст­вом и ли­те­ра­ту­рой – я чёт­ко знал, что я не бу­ду пи­сать об эль­фах, гно­мах, гоб­ли­нах, ор­ках и про­чее. Тех, ко­го про­фес­сор вы­вел на сце­ну, и те, кто мар­ши­ру­ют из са­ги в са­гу от пи­са­те­ля к пи­са­те­лю. Я точ­но знал, что их у ме­ня не бу­дет, нуж­ны но­вые пер­со­на­жи, но­вые на­ро­ды, но­вые се­мьи, и с ни­ми нуж­но ра­бо­тать, по­то­му что мож­но эль­фу при­ра­с­тить ро­га и кри­вые зу­бы, но са­ми по­ни­ма­е­те…
«Вла­с­те­лин ко­лец» – от­лич­ная кни­га, но я ни­ког­да не за­ду­мы­вал­ся, на­сколь­ко она по­вли­я­ет на ме­ня. Она до­воль­но труд­на для вос­при­я­тия, имен­но по­это­му мне не нра­вит­ся эк­ра­ни­за­ция. В пер­вую оче­редь – из-за об­ра­за Фро­до. Я ког­да чи­тал кни­гу, мне был ин­те­ре­сен этот та­ин­ст­вен­ный бро­дя­га, дра­ки, злоб­ный ба­сур­ман – я кни­гу чи­тал в 19 лет. Я сле­дил за при­клю­че­ни­я­ми и ду­мал, что и даль­ше бу­дут бит­вы и при­клю­че­ния, а уш­ло всё на­фиг. По­след­ний том, ес­ли бы там бы­ли бои, бит­вы – я бы её за­хлоп­нул и за­был, мне бы­ло ин­те­рес­но, как Фро­до идёт. То, что в на­ча­ле кни­ги бы­ло мне глу­бо­ко до бал­ды, в кон­це кни­ги ста­ло са­мым важ­ным. Я го­тов был про­ли­с­ты­вать бо­ёв­ку и про­чее, что­бы чи­тать, как Фро­до идёт в Мор­дор. И как он ту­да пол­зёт, как он при­ни­ма­ет ре­ше­ния и так да­лее. И то, что вме­с­то со­ро­ка­лет­не­го му­жи­ка, ко­то­ро­му бы­ло о чём по­ду­мать и ко­то­рый при­ни­ма­ет ре­ше­ния, по­яв­ля­ет­ся 15-лет­ний маль­чик, ко­то­рый, по­нят­но, по­нра­вит­ся пуб­ли­ке… ну да лад­но – эк­ра­ни­за­ция, она и есть эк­ра­ни­за­ция.
Бул­га­ков, До­сто­ев­ский, Шо­ло­хов – те ки­ты из клас­си­ки, ко­то­рых очень люб­лю.
Из фан­та­с­тов – ско­рее аме­ри­кан­цы зо­ло­той эпо­хи – это 50-е, 60-е го­ды – Сай­мунг, Гар­ри­сон, Ази­мов, то есть – то, о чём го­во­ри­ли, что лю­ди, ко­то­рым ка­за­лось, что за­в­т­ра они на Лу­не, а по­сле­за­в­т­ра – на Аль­фе Цен­та­в­ра.
– Во­оду­шев­ле­ние бы­ло ко­лос­саль­ное.
– Со стра­ниц со­скаль­зы­ва­ет бес­ша­баш­ное за­ли­хват­ское по­ве­де­ние пи­о­не­ров-пер­во­про­ход­цев. Они на фо­не то­го, что бы­ло у нас, бы­ли на­сто­я­щи­ми. Я по­ни­мал их мо­ти­вы. Они ве­ли се­бя, как жи­вые лю­ди. Да­же ес­ли это был ко­рот­кий рас­сказ, их по­ступ­ки бы­ли по­ступ­ка­ми жи­вых лю­дей. То, что они ока­зы­ва­лись на Аль­фе Цен­та­в­ра, не де­ла­ло их ме­нее че­ло­веч­ны­ми. А у нас стро­и­ли вся­кие ком­му­ни­с­ти­че­с­кие ми­ры по­лу­дня, все как под ко­пир­ку. Был очень ин­те­рес­ный рас­сказ о пер­вом кон­так­те, сей­час я да­же не вспом­ню, как он на­зы­вал­ся, и тем бо­лее – кто ав­тор. Встре­ча­ют­ся в ко­с­мо­се два звез­до­лё­та: наш и их. Это са­мый пер­вый кон­такт. И что де­лать? Сто­ят они по­сре­ди глу­хо­го ко­с­мо­са, друг на дру­га смо­т­рят. Ле­те­ли два ка­пи­та­на по сво­им ис­сле­до­ва­тель­ским де­лам, а тут – чу­жой! И наш – все пуш­ки на чу­жо­го. Чу­жой – раз – все пуш­ки на на­ше­го. А даль­ше что? При этом ни­кто не хо­чет ле­теть об­рат­но, по­то­му что чу­жак мо­жет сесть на хвост, и ты при­ве­дёшь его к сво­ей пла­не­те. Нель­зя. И они сто­ят, сто­ят… в ито­ге, они ре­ша­ют об­ме­нять­ся де­ле­га­ци­я­ми. Наш хи­т­рый ка­пи­тан от­прав­ля­ет двух сво­их до­ве­рен­ных, да­ёт им эле­к­трон­ный за­ряд – ес­ли пе­ре­го­во­ры не до­стиг­нут ус­пе­ха, то они взры­ва­ют­ся вме­с­те с чу­жа­ка­ми. Пе­ре­го­во­ры про­шли ус­пеш­но, но вы­яс­ни­лось, что те то­же от­пра­ви­ли ре­бят с ядер­ным за­ря­дом. В об­щем, до­го­во­ри­лись они, об­ме­ня­лись ко­ор­ди­на­та­ми, раз­ле­те­лись, по­том сно­ва встре­ти­лись – нор­маль­но, без пу­шек друг на дру­га.
А наш мэтр Еф­ре­мов про­чи­тал этот рас­сказ, воз­му­тил­ся, на­пи­сал свой рас­сказ «Серд­це змеи» про пер­вый кон­такт, как ком­му­ни­с­ты ле­те­ли-ле­те­ли, встре­ти­ли ко­го-то, чуть не в объ­я­тья к ним упа­ли, и речь про­из­нес­ли со­от­вет­ст­ву­ю­щую, я по­мню пер­вую стро­ку: «Вста­вай! Сон – это по­бе­да эн­т­ро­пии чёр­ной!» Да­же по­спать нель­зя – ког­да ты спишь, ты не при­но­сишь поль­зы го­су­дар­ст­ву.
А аме­ри­кан­цы под­ку­па­ли – у них всё бы­ло нор­маль­но – нор­маль­ная че­ло­ве­че­с­кая ре­ак­ция. И они очень силь­но на ме­ня по­вли­я­ли. Мои ге­рои то­же внят­ные, и по­нят­но, че­го они хо­тят. В ми­ну­ты опас­но­с­ти они не на­чи­на­ют петь пес­ни. Или, как бы­ва­ло, встре­ча­ют­ся маль­чик с де­воч­кой и на­чи­на­ют об­суж­дать стро­и­тель­ст­во ком­му­низ­ма на от­дель­но взя­той пла­не­те. А ведь есть ещё чем за­нять­ся. Это жиз­нен­ность.
– А ва­ше от­но­ше­ние к Ле­му?
– Бы­ва­ют пи­са­те­ли, ко­то­рые не твои. Это как раз та­кой слу­чай. Мы су­ще­ст­ву­ем па­рал­лель­но.
– По­сту­па­ли ли вам пред­ло­же­ния об эк­ра­ни­за­ции?
– И не один раз.
– А есть ка­кие-ни­будь про­ек­ты, ко­то­рые в ра­бо­те?
– Нет.
– А с чем это свя­за­но?
– Слож­но ска­зать. Я не знаю кух­ни.
– Но вы-то со­глас­ны на эк­ра­ни­за­цию?
– Ко­неч­но, со­гла­сен, бо­лее то­го, у нас ры­нок, мно­го лю­дей за­ни­ма­ет­ся эти­ми ве­ща­ми, и как ми­ни­мум раз в пол­го­да ко мне кто-то об­ра­ща­ет­ся, мы об­суж­да­ем это. Са­мое вме­ня­е­мое пред­ло­же­ние до­шло до­ста­точ­но да­ле­ко – до сце­на­рия. Но ког­да по­счи­та­ли, во сколь­ко это вы­ли­ва­ет­ся, ре­ши­ли от­ка­зать­ся.
– Фе­но­мен фи­нан­со­вой со­став­ля­ю­щей меж­ду пи­са­те­лем и чи­та­те­лем? Пи­са­тель пи­шет кни­гу, по­том её по­ку­па­ют… ес­ли уб­рать эту со­став­ля­ю­щую, то это по­ме­ша­ет пи­са­те­лям пи­сать хо­ро­шие кни­ги? Или по­мо­жет? В Со­вет­ском Со­ю­зе не бы­ло бест­сел­ле­ров, не за­ви­се­ла зар­пла­та то­го же Еф­ре­мо­ва от ко­ли­че­ст­ва про­дан­ных книг.
– Вы оши­ба­е­тесь, очень силь­но за­ви­се­ло и в со­вет­ское вре­мя, и тог­да бы­ли свои то­пы. В прин­ци­пе, та­кой из­да­тель­ский биз­нес, ка­ким мы его зна­ем, на­чал за­рож­дать­ся в на­ча­ле XIX ве­ка. По­яви­лась про­слой­ка лю­дей, ко­то­рые ре­гу­ляр­но чи­та­ют и го­то­вы при­об­ре­тать но­вин­ки, и эта про­слой­ка уве­ли­чи­ва­лась. Сна­ча­ла это бы­ли дво­ря­не, дво­рян­ские жё­ны и де­ти, ко­то­рым бы­ло не­че­го де­лать, и ко­то­рые чи­та­ли. По­сте­пен­но по­яв­ля­лась про­слой­ка го­род­ских без­дель­ни­ков не­бла­го­род­ных кро­вей. Про­слой­ка об­ра­зо­ван­ных лю­дей раз­бу­ха­ла, и вме­с­те с ней раз­ви­ва­лось из­да­тель­ское де­ло, по­ка не ста­ло та­ким, ка­ким мы его зна­ем. Мо­жет быть, это свя­за­но ещё и с тем, что на­ука и тех­ни­ка поз­во­ли­ли из­да­вать кни­ги опе­ра­тив­но и не очень до­ро­го. А что бы­ло до XIX ве­ка, до раз­ви­тия из­да­тель­ско­го биз­не­са в ли­те­ра­ту­ре? Пи­са­ли лю­би­те­ли сво­е­го де­ла в пе­ре­ры­вах меж­ду вой­на­ми или раз­вле­че­ни­я­ми – это бы­ло дво­рян­ское хоб­би. Плюс не­кие учё­ные, ко­то­рые этим за­ни­ма­лись – не по­то­му, что им это бы­ло ин­те­рес­но, а по­то­му, что им за это пла­ти­ли день­ги ко­ро­ли. По­явил­ся из­да­тель­ский биз­нес. За­меть­те, вся клас­си­че­с­кая ли­те­ра­ту­ра, ко­то­рую мы про­хо­дим в шко­ле – это XIX век. И все клас­си­ки, ко­то­рых мы про­хо­дим в шко­ле – лю­ди, ко­то­рые пи­са­ли ра­ди де­нег. Как там Пуш­кин ска­зал? «Пи­шу-то я для се­бя. Из­да­юсь для де­нег».
То, о чём вы спра­ши­ва­е­те, всту­па­ет в пол­ное про­ти­во­ре­чие с тем, что я го­во­рил рань­ше – это не­нор­маль­но. Это лю­ди, ко­то­рые за­ра­ба­ты­ва­ют на сто­ро­не и, как это бы­ло до XIX ве­ка, что-то по­пи­сы­ва­ют на до­су­ге. Мо­жет, это хо­ро­шо, мо­жет, пло­хо.
– По мо­е­му мне­нию, это до­бав­ля­ет че­ст­но­с­ти пи­са­те­лю – До­сто­ев­ский то­же пи­сал, сда­вал ру­ко­пи­си из­да­те­лю и по­лу­чал за это день­ги. Это че­ст­но и здо­ро­во.
– Быть пи­са­те­лем до не­дав­не­го вре­ме­ни бы­ло од­ним из на­и­бо­лее че­ст­ных биз­не­сов в на­шей стра­не. Ес­ли те­бе не нра­вит­ся пи­во мар­ки «А», ты бу­дешь пить пи­во мар­ки «Б». Так же и с кни­га­ми. Ес­ли те­бе не нра­вит­ся пи­са­тель Па­нов, то ты чи­та­ешь Лукь­я­нен­ко. И рас­ска­зы о том, что мож­но вбу­хать ог­ром­ные день­ги, чтоб что-то по­лу­чи­лось – это для са­мых на­ив­ных лю­дей. По­то­му что ес­ли ты по­ку­па­ешь кни­гу и она те­бе ка­те­го­ри­че­с­ки не нра­вит­ся, то в сле­ду­ю­щий раз, сколь­ко бы ав­тор с из­да­тель­ст­вом ни рек­ла­ми­ро­вал­ся, ты всё рав­но прой­дёшь ми­мо, по­то­му что кни­га – это из­ряд­ный объ­ём тво­е­го вре­ме­ни, и тра­тить его на за­ве­до­мо пло­хие кни­ги ты не бу­дешь.
– Ес­ли по­смо­т­реть на пи­са­те­лей раз­ных стран, то рус­ская фан­та­с­ти­ка – силь­ная фан­та­с­ти­ка?
– Во-пер­вых, я мо­гу ори­ен­ти­ро­вать­ся толь­ко на пе­ре­вод­ную фан­та­с­ти­ку. Во-вто­рых, да­же из этой пе­ре­вод­ной ли­те­ра­ту­ры я мно­го че­го не чи­тал. В це­лом, от­вет про­стой. Су­ще­ст­ву­ет же за­кон, что 90 про­цен­тов все­го – аб­со­лют­ная ерун­да. Это ка­са­ет­ся и их ли­те­ра­ту­ры, и на­шей. И там, и там есть мак­си­мум 10 про­цен­тов книг, до­стой­ных вни­ма­ния. И, опять же, как ме­рить? Что брать за кри­те­рий оцен­ки? Един­ст­вен­ное – мне ка­жет­ся, что там не­сколь­ко луч­ше пред­став­ле­но то, что мы на­зы­ва­ем на­уч­ной фан­та­с­ти­кой с тех­ни­че­с­кой точ­ки зре­ния. Но это, ви­ди­мо, по­след­ст­вия сло­ма со­вет­ско­го пе­ри­о­да. И то­го, что фен­те­зи, пред­став­лен­ное до это­го од­ной толь­ко ве­щью «Труд­но быть бо­гом», оно рез­ко обо­рва­лось и вы­зва­ло, на мой взгляд, пе­ре­кос в свою сто­ро­ну. Вы­пра­вит­ся это или нет – не­из­ве­ст­но. Но глав­ное, чтоб кни­ги хо­ро­шо чи­та­лись!
Беседу вёл Дмитрий ГОРДЕЕВ
Записала Любовь ГОРДЕЕВА
Категория: Интервью с писателями | Добавил: OlegVeter (19 Сен 2011)
Просмотров: 822 | Рейтинг: 0.0 |

Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Форма входа


Поиск по каталогу

Помощь сайту

Статистика


Visitor Map


Только для фанатов фэнтези! ;)