Вторник, 31 Янв 2023, 0:04 AM

Приветствую Вас Гость | RSS

Помочь сайту Bitcoin-ом
(Обменники: alfacashier, 24change)
[ Ленточный вариант форума · Чат · Участники · ТОП · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: kagami, SBA  
Фэнтези Форум » Наше творчество » Проза » КОНСУЛЬТАНТ (Цикл "Мастер Смерти")
КОНСУЛЬТАНТ
kagami Дата: Воскресенье, 04 Дек 2022, 9:54 PM | Сообщение # 1
Кривое зеркало
Группа: Святая Инквизиция
Сообщений: 10034
Статус: Offline
..:: Дополнительно ::..
Короче, кое-кто в курсе, что эта идиотская идея не давала мне покоя в последние четыре месяца. Оттого и писалось быстро. Оттого и косяков немеряно. Хотя логические постаралась убрать. Но править еще буду ой-ой-ой сколько - по мере написания второй книги, а потом, бог даст, еще и третьей. Но, поскольку пишется оно по принципу "самой интересно, что там дальше случится", шансы быть законченной в обозримом будущем у трилогии есть. А пока мне просто интересно, станет ли кто-то вообще это читать.

Глава первая

* * *

Этим ранним утром пустырь, огороженный давно уже ставшим чисто символическим забором, не внушал. Пустырь и пустырь. Парочка собачников, наплевав на рытвины и какой-то строительный мусор, кидала фрисби своим питомцам, не задумываясь, что, пусть и во время оно, но забор поставили не просто так. Низкие серые тучи топили корявую проплешину и близлежащие улицы в чем-то среднем между дождем и туманом. Он расползался за пределы видимости, собирался ближе к горизонту в совсем уж черное марево. Но псам и их хозяевам, одетым в спортивные штаны и легкие ветровки, было тепло и весело, несмотря на промозглую апрельскую сырость.
А мужчина среднего роста и довольно субтильного телосложения зябко поежился и глубже утопил нос в клетчатом шарфе, продолжая неотрывно смотреть на пустырь. Этого человека можно было бы назвать неприметным, если бы не архаичные длинный светло-коричневый плащ и классическая шоколадного цвета шляпа с глубоко утопленной поверху тульей, отчаянно диссонировавшие и со спальным районом мегаполиса, и с неоновой рекламой развлекательного центра, и с обтекаемыми современными автомобилями. Впрочем, соотнести внешний вид созерцателя с пустырем тоже было бы сложно. Не вписывался он в антураж большого города, казался сошедшим со страниц авантюрных детективов середины прошлого века.
Валентин Штольц – так его звали. Но в узких кругах он куда более был известен, как Валет, а отчаянные головы, наивно полагавшие, что впустили его в свой ближний круг, позволяли себе называть его Валем. Впрочем, этот странный парень не отзывался на подобное сокращение, одаривал нахалов пронизывающим взглядом жутковатых глаз, и те быстро понимали, что держать дистанцию все же предпочтительней. В ближнем кругу самого Штольца, состоявшем из одного-единственного человека, он носил ласковое имя Тин и не желал слышать его от кого-либо еще.
На забавные пляски вокруг фрисби фокстерьера и лабрадора из картонных коробок и жестяных шалашиков (да-да, эта жесть когда-то была частью забора) выползли полюбоваться пятеро обжившихся на пустыре бомжей. С веселым матерком они комментировали почти цирковые номера собак, делали какие-то странные ставки на то, кто первым поймает диск или прыгнет повыше. Самый смелый, не зря получивший среди своих прозвище Танк, решив, что Штольц, судя по всему, увлеченный тем же зрелищем, так или иначе примкнул к их сомнительной компании, бочком подобрался к Валентину.
- Мужик, закурить не найдется? – поинтересовался хрипло.
Вместо ответа тот медленно перевел взгляд серебристо-серых, почти бесцветных глаз на бомжа, отчего нахального люмпена мороз продрал по коже и захотелось оказаться где-нибудь далеко-далеко. Он подался назад, но даже шага не смог сделать, привязанный этим странным взглядом.
- Вам нужно уходить, - произнес Штольц неожиданно глубоким, завораживающим голосом. – Эти успеют. Почти. Фоксика жалко, но туда ему и дорога, упрямцу. А вам лучше прямо сейчас. Скажи своим. И жесть. Жесть оттащите к забору, не оставляйте. Только быстрее.
- М-мужик, т-ты ч-чего? – с трудом выдавил Танк.
- Смерть придет через… - Валентин оттянул рукав плаща, глянул на странный, расчерченный множеством циферблатов хронометр и снова зябко поежился, - …через двадцать две минуты. Поторопитесь.
- Н-некромант! – с ужасом прошептал бомж.
- Нет, - равнодушно поправил Штольц, - Мастер Смерти.
После чего, засунув руки в карманы плаща и нахохлившись еще сильнее, развернулся и неторопливо зашагал прочь. Как Танк, наконец почувствовав, что снова может двигаться, кинулся к своим приятелям, Валентин уже не увидел. Да ему и не нужно было. Он и так знал, что через семнадцать минут ретривер, оскользнувшись на заросшей грязью давно истончившейся бетонный плите, сдвинет ее своим весом. Та, в свою очередь сломает проржавевший газовый кран, который до сих пор по чьему-то головотяпству подключен к центральной системе. И когда через четыре минуты слишком ранняя первая гроза придет на пустырь, молния безошибочно найдет вылезшую из земли железку. К тому времени собачники, спеша убраться подальше от дождя, уже окажутся за забором и будут подзывать своих питомцев. Воспитанный лабрадор немедленно подбежит к хозяину, а упрямый фокс продолжит копать заинтересовавшую его трещину в земле. Взрывной волной его откинет прямо на торчащий в небо указующим перстом кусок арматуры.
Знал он и то, что Танк, подгоняемый страхом перед непонятной ему магией, за считанные минуты разберет свой жестяной шалашик и утащит листы к забору. Глядя на него, трое других бомжей тоже поспешат убраться с пустыря. А один, не поверив в грядущую катастрофу, останется и попытается прикрыться от дождя куском жести. Но не сможет удержать его во время взрыва, и острый край безошибочно найдет сонную артерию забулдыги.
Однако все это Штольца уже не волновало. Он сделал, что мог, предупредил людей (спасать собак он не считал обязательным, он вообще их не любил), а дальше уже их дело. Валентина вполне устраивало, что вместо пяти смертей случится лишь одна. В конце концов, он мог бы и вовсе пройти мимо, не заботясь о бродягах. Кому нужны бомжи? Одна головная боль от них. Но дар требовал быть милосердным, дар хотел работать, дар определял большую часть поступков этого человека. И иногда Валентин мечтал о том, чтобы дара вообще не было.
Поэтому, едва свернув за угол, он прибавил шаг и заторопился к ближайшей станции метро. В запасе оставалось еще двадцать минут, Штольц был уверен, что успеет добраться до дому и позвонить в полицию. А та уже пускай предупреждает МЧС. Но не свезло.
- Валет! Ты-то мне и нужен! – крупный мужчина в дорогом костюме выскочил из резко затормозившего у тротуара автомобиля представительского класса и воздвигся прямо перед Валентином, загородив собой половину тротуара.
- Шеф Бромли, - вздохнул тот. – Какими судьбами?
Граф Кейн Бромли возглавлял полицию столичного округа, и Штольц именно его предупреждал о своих видениях. А порой, высокий чин напрямую обращался к Мастеру Смерти за консультациями. Увы, далеко не всегда тот мог помочь – никогда не обучался владению даром. Да и негде было – слишком уж редкий талант, слишком малоизученный. Валентин сумел прочесть лишь три монографии о своем даре и проштудировал их от корки до корки. К сожалению, все они были написаны сторонними исследователями, а не самими Мастерами Смерти. И хотя молодой человек был уверен, что в частных библиотеках наверняка остались записи других таких же одаренных, выяснить, какие семьи скрывают эти тайны, так и не удалось. Умом он понимал, что никто не захочет афишировать такой дар, как и он сам, впрочем, но злость все равно грызла.
- Садись в машину, парень, есть разговор, - непререкаемо заявил граф. – Прокатимся немного, побеседуем.
- Только не в сторону Раскрасово, - предупредил Штольц, покорно ныряя в теплое нутро седана. – Там скоро рванет.
- Что?! – тут же напрягся Бромли, плюхаясь на заднее сидение рядом с гостем. Однако распоряжение водителю не отдал, из чего Валентин сделал вывод, что направляются они, скорее всего, в Управление.
- Газ на пустыре, - равнодушно сообщил в ответ на вопрос.
- Сколько? – скрипнул зубами шеф.
- Один бомж. Остальные вняли предупреждению.
- Слышал? – обратился Бромли к водителю. Тот кивнул. – Тогда, сам знаешь, куда, - автомобиль плавно тронулся с места, перестроился в левый ряд, готовясь развернуться на ближайшем перекрестке. - И больше никаких жертв? – дотошно переспросил полицейский нового пассажира.
- Откуда мне знать? – поморщился Валентин. – Никто не умрет точно. А сколько людей покалечится, когда стекла повылетают, это не ко мне.
Сэр Кейн нахмурился, вынул из кармана телефон и связался со службой спасения, направив наряды к пустырю. Пока он отдавал короткие приказы, без зазрения совести ссылаясь на только что полученные от информатора сведения, Штольц смотрел в окно на затянутые серой хмарью улицы и думал о том, что день явно не задался.
От неприятного чувства грядущей беды Тин проснулся затемно. Наскоро умылся, опрокинул в себя греющийся в кофеварке с вечера кофе, собрался тихо, опасаясь разбудить Валентину, и выскочил на улицу. А дальше ноги сами привели его к пустырю. Дар упорно направлял к месту будущей трагедии.
Разумеется, о завтраке не шло и речи, и Штольц надеялся вернуться домой как раз к тому времени, когда сестра успеет что-нибудь приготовить. Но вот не судьба, как оказалось. Раз он срочно понадобился полиции, значит, до еды добраться сможет нескоро. Это было плохо: дар забирал прорву энергии и, если не удавалось ее по-быстрому компенсировать, мог надолго впасть в спячку. А Бромли наверняка потребует проверить какое-нибудь место немедленно. Впрочем, оставалась неслабая надежда, что шеф вспомнит об особенностях Валета и озаботится кормежкой. Просить и напоминать Мастер Смерти не собирался. Один раз поставил в известность – и хватит. Он не нищий, чтобы клянчить на пропитание.
- И вот когда ты собирался сообщить о скором взрыве? – поинтересовался Бромли, недовольно глянув на спутника.
- Как только доберусь домой, - пожал тот плечами. Мобильного телефона, к вящему огорчению полицейского, у Тина не было, и по каким-то ни разу не озвученным причинам он наотрез отказывался им обзаводиться.
К своему удивлению Валентин вскоре понял, что поворот на пути в управление остался позади. И снова тяжело вздохнул: значит, шеф везет его прямо на место преступления.
- Не страдай, - хмыкнул большой босс, обратив наконец внимание на унылую физиономию Валета. – Домой к тебе едем, в ласковые объятия мадам Валентины. Отъешься, очухаешься, потом и поговорим.
- О чем же? – слегка воспрял духом Штольц.
- Да есть для тебя одно задание, но в двух словах не объяснишь.
- Шеф, ты снова забываешь, что я на тебя не работаю, - невесело усмехнулся молодой человек, - и отчего-то считаешь мое добровольное сотрудничество такой же обязанностью, как выезды патрульных.
- Не волнуйся, в данном случае я как раз планирую предложить тебе оплачиваемую работу. По контракту. Разовому, - добавил быстро в ответ на недовольную гримасу Валета. – И это действительно важно.
- Ладно, - вздохнул тот, - послушаем, подумаем.
Бромли недовольно покачал головой.
Старинное здание, бывшее когда-то доходным домом, а теперь ставшее домом многоквартирным, встретило их угрюмым парадным. Презрев допотопный скрипучий, как несмазанное колесо, но бережно охраняемый раритетный лифт, Штольц сразу направился к лестнице. Сэр Кейн за его спиной ухмыльнулся и пошел следом. Даже на кабинетной работе шеф не позволял себе потерять форму, но массивное тело все равно создавало впечатление некой обрюзглости. Три этажа, пусть даже и с учетом высоченных потолков, не могли составить для графа проблему, но отчего-то подопечный думал иначе. Валентин же словно почувствовал аромат домашних яств, рванул через ступеньки в свою квартиру, и шефу пришлось даже чуть поднапрячься, чтобы не отстать.
Тин открыл дверь своим ключом, но почти сразу в просторную прихожую вплыла статная женщина, в росте не уступающая хозяину и притягивающая внимание какой-то нестандартной, даже провокационной красотой.
- Опять, горюшко? – начала, было, но, заметив полицейского, сменила тон. - Шеф Бромли! Рада видеть. Вы как раз к завтраку. И не мнитесь, отказа я не приму.
- Мадам Валентина, - изобразил поклон Бромли, - вы как всегда очаровательны, - и приложился к кончикам пальцев дамы.
- А вы как всегда необыкновенно галантны, - кокетливо произнесла женщина и тут же замахала руками: - Да проходите же! Стол уже накрыт, а завтрак я подам через минуту.
Шеф Бромли проводил Валентину восторженным взглядом и последовал за Штольцем, не заметив у того язвительной ухмылки. Тин полагал, что граф страдает классическим снобизмом благородных и никогда не позволит себе проявить какие-либо чувства по отношению к обычной, как он считал, экономке. Мало кто знал, а если уж откровенно, то никто вовсе, кроме двоих обитателей этой квартиры, что Валя не прислуга. Единственный ребенок барона Штольца и единственная наследница его немалого состояния, а теперь и титула, она сама решила занять место в тени сводного брата.
Готовила женщина изумительно, и Бромли не преминул отдать должное ее талантам. Даже обычная яичница с беконом выходила у Валентины достойной королевского стола. Дела, согласно этикету, за трапезой не обсуждали, но, когда был подан кофе, шеф полиции в упор посмотрел на своего визави.
- Твое присутствие необходимо в Дентрессе, - сообщил наконец.
- С чего бы? - нахмурился Валет.
- Странные вещи там происходят, - нехотя произнес Бромли. - Люди мрут как мухи. Не простые люди, а те, за кем плотно следит тайная канцелярия, люди, облеченные доверием весьма непросто лица.
- Такое случается, - пожал плечами молодой человек.
- Все смерти выглядят естественными, - словно не услышал его сэр Кейн, - но ближайшее окружение принца Александра редеет на глазах.
- Опального принца, - язвительно произнес Мастер Смерти.
- О том судить не нам, - погрозил пальцем шеф. - Но именно потому, что принц опальный, служба безопасности Кайтенгерии самоустранилась от этого дела. Им занимается только городская полиция. И копам сейчас туго.
- А какой в том интерес полиции столичной? - хмыкнул хозяин квартиры.
- Скажем так, меня попросил о помощи старый друг, отличный сыщик, в чутье которого я верю безоговорочно. Штатные маги не нашли следов ментального воздействия на жертв, а некроманты – проклятий, но слишком уж все один к одному. Дентресское управление готово привлечь любых специалистов в помощь, и ты можешь здорово им пригодиться.
- Кейн, - вздохнул Тин, переходя на неформальный тон, - ты же знаешь, как мало я умею...
- Ты умеешь больше, чем все их маги вместе взятые, - не дал ему договорить шеф. - И потом, глядишь, и научишься чему на этом деле.
- Это происходит не так, - покачал головой тот.
- Не важно! Ты им нужен, Валет. Именно ты. Я это нутром чую.
Валентин поморщился и задумчиво побарабанил пальцами по столу. В чутье шефу Бромли отказать было нельзя. Оно, чутье полицейских, было сродни ментальной магии или даже магии Мастеров Смерти. Без него сэр Кейн не дослужился бы до нынешних высот. Да что там, его просто не взяли бы на эту работу. Но уезжать из столицы, из своего привычного мирка казалось чем-то авантюрным, даже пугающим. Да и Валентина будет переживать, и расставаться с ней не хочется...
Без сестры Штольц чувствовал себя беззащитным. Конечно, в двадцать два года давно следовало выйти их-под опеки сильной женщины, и он прекрасно это понимал. Как понимал и то, что попытка жить самостоятельно, мало того, что обидит Валю, так еще и попросту не имеет смысла, не из-за чего огород городить. Не было у Штольца ни тайн, хранимых от сестры, ни женщины, с которой хотелось уединиться, ни занятий, которые могли бы Валентину раздражать или навредить ей. Вот если появятся… Но подростковый бунт остался далеко позади, да и бунтовал Валет против чего и кого угодно, кроме единственного родного человека, и то недолго – быстро понял, что не такой, как все, и нужно держаться обособленно, никому не показывать своих способностей. Сейчас его все устраивало в той размеренной жизни, которая у них сложилась, а командировка означала необходимость обеспечивать себя множеством разных вещей, о которых он привык не думать, полностью предоставив это сестре.
Тем не менее, признаваться даже самому себе, что не может прожить без Вали, было стыдно. И уж тем более, не собирался Валентин посвящать в свои страхи шефа Бромли. К тому же всеми финансами в их маленькой семье заведовала сестра, и, хотя знал, что собственное состояние значительно меньше состояния Валентины, Штольц ни разу не заработал не пфента, если не считать мытье машин на школьных каникулах. Это раздражало, даже бесило, но близкие и частые контакты с людьми приводили к тому, что на них срабатывал дар, а в этом случае Тин не мог молчать. Поэтому они с сестрой давно решили, что ему противопоказана обычная работа, поэтому же и школу, и университет он заканчивал заочно.
- И сколько в наше время платят консультантам в Дентрессе? - поинтересовался Тин.
- Сорок кроунов в час и шестьдесят за сверхурочные, - быстро ответил сэр Кейн, словно ждал именно этого вопроса.
Деньги были не то чтобы большие, но вполне солидные, и Штольц даже почувствовал некое удовлетворение от названной суммы.
- Сколько времени продлиться моя командировка?
- Зависит от того, как быстро вы сможете разобраться в происходящем. Не меньше недели, полагаю, но, надеюсь и не больше месяца, - не стал скрывать Бромли. - В среднем, смерти происходят раз в десять-двенадцать дней. Если сможешь что-то понять по остаточным следам на месте гибели прежних жертв, управишься даже быстрее.
- Когда умер последний из приближенных принца?
- Четыре дня назад. Точнее, скончался он позавчера, а четыре дня назад у господина Рейли, личного секретаря Александра, случился обширный инсульт. В тридцать один год. И прежде он никогда не страдал от повышенного давления или каких-либо проблем с сосудами.
- Ладно, - Валентин снова побарабанил пальцами по столу. - Считай, ты меня уговорил. Уведоми там своих знакомых, чтобы встретили у телепорта сегодня в три по полудню.
- Спасибо, Валет! - искренне выдохнул граф и тут же поинтересовался, сведя на нет благодарность: - И зачем только тебе шесть часов на сборы?
- Собраться-то как раз не долго, - хмыкнул Штольц, - а вот здесь все уладить…
Бромли покачал головой, а Валентин не стал объяснять, что предстоит уговаривать сестру отпустить его одного.


Вот как ползу, так и отражаю!

 
kagami Дата: Воскресенье, 04 Дек 2022, 9:55 PM | Сообщение # 2
Кривое зеркало
Группа: Святая Инквизиция
Сообщений: 10034
Статус: Offline
..:: Дополнительно ::..
* * *

Валентина невидяще смотрела в окно, по которому стекали нахальные дождевые струи. То, что точно также по ее лицу скатываются слезы, она не замечала. Глупо, глупо было плакать и жалеть о чем-то, ведь все происходило именно так, как и должно было: дети вырастают и вылетают из гнезда, нельзя их удерживать. Но впервые за много лет она чувствовала себя одинокой и ненужной. Разум требовал радоваться тому, что брат становится самостоятельным, а на сердце легла беспросветность грядущих дней.
Тридцать шесть лет не тот возраст, когда еще хочется чувствовать себя свободной и прекрасной. Она слишком долго создавала их маленький мирок, наполняла его уютом и спокойствием. Но пройдет еще год-два, и она вовсе перестанет быть нужной Тину. Даже остаться здесь, в этом доме она не считала себя в праве, ведь квартира принадлежала брату. Нет, у Валентины хватало и своего имущества, да и денег, чтобы приобрести новое жилье по своему вкусу. Вот только сил начинать все заново она сейчас в себе не чувствовала.
Тин был главным человеком в ее жизни с момента своего рождения. Именно Валя стала ему настоящей матерью, а не та, что произвела на свет.
Эстер Раушенбах, пятую дочь небогатого провинциального графа выдали замуж за полковника Штольца в шестнадцать лет, разумеется, не поинтересовавшись ни ее мнением о сорокалетнем женихе, ни желаниями, ни планами на дальнейшую жизнь. Старый вояка решил остепениться внезапно: в промежутках между локальными стычками, которые происходили на границах Кайтенгерии с дикими землями постоянно, он случайно попал на камерный вечер в доме графини Айштадт, где представляли нескольких дебютанток сезона. И был покорен не столько красотой и воспитанием Эстер, сколько ее ангельским голосом. Раушенбаху и в голову не пришло отказать такому завидно кавалеру.
Свадьбу сыграли быстро, а сразу после медового месяца, продлившегося всего лишь десять дней, барон умчался на очередную войнушку, оставив молодую жену в положении. Беременность далась юной леди Штольц тяжело и заставила окончательно возненавидеть мужа. Возможно, после рождения дочери, названной по решению супруга Валентиной в честь отца барона, женщина смогла бы смириться со своим положением. В конце концов, она теперь была богата, имела возможность посещать все престижные столичные мероприятия, а постылый супруг баловал ее своим присутствием отнюдь не часто. Но, так уж вышло, что прекрасный голос во второй раз сыграл решающую роль в судьбе юной баронессы.
Леди Штольц часто просили спеть на светских вечерах, и как-то раз ее исполнение услышал остановившийся по случаю в столице директор знаменитого Марианийского театра Ласкиано. Стоит ли говорить, что долго уговаривать сменить род занятий соломенную вдову ему не пришлось. В гневом письме мужу она заявила, что устала от одиночества и теперь будет сама строить свою жизнь. И неудивительно, что в этой новой жизни Эстер места для ее трехлетней дочери не нашлось.
Что до Штольца, то он не сильно горевал по поводу побега дражайшей супруги и, как ни странно, оказался хорошим отцом для маленькой Валентины. Ну, насколько это было возможно для военного, постоянно меняющего приграничные гарнизоны. Впрочем, девочка привыкла и к переездам, и к ограничениям, необходимым в горячих точках, и к окружению, состоявшему не только из офицеров, но и из простых солдат, и к виду монстров, трупы которых притаскивали вояки из вылазок в Немую Пустошь ли, в пустыню Миркар, или в любые другие дебри, рядом с которыми доводилось служить родителю. Ей нравился этот мир постоянного риска и напряжения. История волн – происходивших в среднем раз в полтысячи лет нашествий нежити, в которых людям ни разу не удалось победить, поглощавших некогда цветущие земли – заменяла ей сказки перед сном, а жутковатые легенды о скрытых в диких землях чудовищах и сокровищах – колыбельные. Отца Валентина любила самозабвенно и выглядела почти точной его копией. А о матери практически ничего не знала.
Эстер же вскорости снискала мировую славу и почти десять лет наслаждалась поклонением публики. Оставаясь женой барона, она тщательно следила, чтобы не возникли сплетни о ее многочисленных романах. Впрочем, ни один из них не был достаточно долгим, чтобы вызвать подозрения или кривотолки. Пока в тридцать лет леди Штольц не влюбилась. О своем избраннике она не знала ничего, кроме имени – Леонард – и того, что он баснословно богат и головокружительно красив, несмотря на скромный рост и довольно субтильное телосложение. Страсть привязала их друг к другу почти на год, и Эстер начала мечтать о смене статуса и уходе со сцены.
Увы, как это часто бывает, она не убереглась от беременности, а Леонард не пришел в восторг от перспективы обзавестись ребенком. Он исчез из ее жизни, из города и из Мариании в тот же день, как узнал об интересном положении подруги. Возможно, Эстер сумела бы скрыть растущий живот, родить и отдать дитя в приют, и вся эта история так и осталась бы тайной ее личной жизни, но слухи о связи дивы с таинственным крезом уже поползли и стремительно достигли даже дальних гарнизонов Кайтенгерии.
Барон Штольц примчался в Риалену, окинул взглядом изменившуюся фигуру супруги и припечатал одним коротким словом:
- Развод!
Мольбы и истерику он слушать не стал. Хлопнул дверью, вскочил в арендованное авто и понесся к расположенному за городом международному телепорту, чтобы в Бартвенне, столице родной страны подать прошение о расторжении брака. Не доехал. То ли бешенство застило глаза, то ли подвела чужая машина, но полковник не вписался в поворот на горной дороге и вылетел в пропасть.
Эстер пришлось отправиться в Кайтенгерию, изображая скорбящую вдову, чтобы придать тело супруга родной земле. С Валентиной она встретилась на похоронах и была поражена тем, что увидела: рассмотреть будущую красавицу и светскую львицу в рослом, угловатом, презирающем этикет тринадцатилетнем подростке не удавалось никак. Но хуже было другое: девчонка оказалась остра на язык, уважения к матери не питала, да к тому же, прекрасно поняла, что та беременна отнюдь не от отца. И откуда только у малолетки могли возникнуть такие мысли?! Вот оно, гарнизонное воспитание!
К окончательному разочарованию оперной дивы оказалось, что барон завещал все свое немалое состояние дочери и даже управлять им не позволил родной матери наследницы. Впрочем, Эстер и сама уже была не бедна и могла позаботиться о будущем второго ребенка. К тому же у нее хватило совести не отправлять девочку в дорогой интернат. А может, просто все еще питала надежды воспитать из Валентины некое свое подобие. Так юная баронесса Штольц оказалась в Риалене, в окружении богемы.
Мать она невзлюбила, но быстро поняла, что не стоит демонстрировать это всем и каждому. Даже самой Эстер, склонной закатывать истерики по любому поводу. Валентина чувствовала себя одинокой и неприкаянной в новой реальности. Она не понимала преклонения перед божественным голосом ветреной родительницы, не получала удовольствия от общения с актерами, певцами и музыкантами – слишком тщеславными и погруженными в себя, от выставок и музеев, на которые приходилось регулярно выезжать с матерью. Самих этих выездов, перед которыми следовало наряжаться по два часа, не понимала. Единственной радостью стали библиотека, расположенная неподалеку от особняка, в котором они жили, и новенький компьютер с доступом в информационную паутину. В часы, проведенные в собственной комнате, девочка узнавала о мире больше, чем в престижной школе, куда определила ее Эстер.
Все изменилось, когда родился маленький брат. Поскольку это случилось меньше, чем через пять месяцев после гибели полковника, он получил фамилию Штольц, и, чтобы ни у кого не осталось сомнений в том, чей это сын, Эстер назвала его Валентином. Отчего девочка, которой едва исполнилось четырнадцать лет, так прикипела к младенцу, не мог понять никто. Но именно Валентина взяла на себя львиную долю работы нянек. Только с малышом она отдыхала душой от непрестанного молчаливого противостояния с матерью. А оно, противостояние это, чем дальше, тем больше набирало обороты.
Эстер не нравилось в дочери решительно все: слишком высокий рост, не по-женски размашистая походка, увлечение точными науками, отсутствие певческого голоса и интереса к опере – список можно было бы продолжать до бесконечности. Даже то, что маленький Валентин тянется к сестре, раздражало безмерно, и скрывать это раздражение дива не считала нужным.
Валентина мечтала поскорее закончить школу и уехать поступать на родину, в Кайтенгерию, чтобы как можно реже видеться с матерью. Но сердце сжималось от мысли, что с маленьким Тином она тоже видеться не сможет. И все же этот день настал. Девушку приняли в один из самых престижных университетов. Перед отъездом она проплакала всю ночь над кроваткой брата. А уже через два дня для баронессы Штольц началась новая, полная соблазнов студенческая жизнь.
Они, соблазны эти, не заставили себя ждать. После трех лет затворничества Валентина оказалась среди своих ровесников и молодых людей чуть постарше. И, разумеется, влюбилась. Насколько она завидная невеста, новые приятели, конечно, не знали, но быстро поняли, что девушка получает достаточно щедрое содержание. Предмет грез Валентины Адриан Пестец тоже не обошел этот факт своим вниманием и начал осаду. Впрочем, продлилась она недолго. Улыбки, цветы, пара свиданий, поцелуи, и вот уже юная невеста стоит перед алтарем. Матери о своем замужестве девушка сообщила, как о свершившемся факте, и в ответ даже не получила поздравлений.
Счастье оказалось недолгим. Престецу жена нужна была только ради денег ее батюшки, и известие о том, что ничего, кроме все того же содержания, не светит, пока Валентине не исполнится двадцать пять лет, изрядно его разочаровало. Вылилось это разочарование в непрестанные скандалы, доходящие порой до рукоприкладства. Валентина молчала о своей семейной жизни, понимая, что жаловаться некому. Но однажды и ее терпению пришел конец. Со следами побоев девушка отправилась в полицию на освидетельствование, чтобы потом подать на развод. Первый этап прошел вполне удачно: у баронессы хватило ума пригласить управляющего ее состоянием господина Мерциуса, и тот быстро разрулил ситуацию в ее пользу. А вот на развод подать не успела, хоть управляющий привлек квалифицированных юристов: пришло известие о смерти Эстер от скоротечного рака, и Валентина, бросив все, помчалась к брату.
После было многое: грязный развод, суд за право опеки над Тином, перевод с математического факультета на экономический. Это решение баронесса Штольц приняла, когда поняла, что придется управляться с запутанными финансами матери. Эстер, словно в отместку покойному мужу, завещала все свое состояние сыну. Однако при ближайшем рассмотрении, помимо активов там оказалось и немало долгов, а собственными средствами, чтобы нанять грамотных консультантов, Валентина пока не располагала. После развода баронесса сменила не только факультет, но и университет, увезя пятилетнего брата из столицы в небольшой провинциальный городок Тельбун, только и известный, что этим старинным учебным заведением.
Тин сестру боготворил. Она не только заменила ему мать, но и стала лучшим другом. Он поверял ей все свои детские секреты, советовался по любым вопросам. Вместе они решали, как поступить в той или иной ситуации, планировали будущее, размышляли о прошлом. Валентина же, в свою очередь, сосредоточила на брате всю нерастраченную в юности любовь. Но чем дальше, тем отчетливее понимала, что тот отдает не меньше, чем берет от нее, дарит свое недетское понимание жизни, а иногда советует такое, что не пришло бы в голову и столетнему мудрецу. Возможно, так уже начал проявляться дар мальчика, но о его таланте волшебника они узнали несколько позже.
Оглядываясь назад, Валя понимала, что допустила немало ошибок в воспитании брата. Все же вырастить из мальчишки мужчину, да еще мага одинокой женщине трудно. Особенно, когда перед глазами нет примера, достойного подражания. Разве что отец, но он был военным до мозга костей, а такой судьбы Тину она не хотела. Да и не было у него склонности к службе. А еще женщина вынуждена была признаться себе, что барон Штольц был далеко не идеалом. Да, он любил ее, но мог бы тратить и побольше времени на дочь, а не перепоручать ее сослуживцам – таким же воякам, как он сам. Все же девочке требовалась женская рука, и найдись такая вовремя, возможно, Валентина не натворила бы столько глупостей.
Когда в их жизни появился Кейн Бромли, не только высоко оценивший способности мальчика, но и оказавший огромную помощь в их развитии, женщина обрадовалась. Она была благодарна шефу за то, что стал в жизни подростка тем самым мужчиной, на которого хочется равняться. На первый взгляд Тин не проявлял особого интереса к работе в полиции, хоть и честно выполнял свой долг. Тем не менее, Бромли стал примером, единственным человеком, кроме сестры, кто мог повлиять на парня.
Вот и повлиял. К лучшему конечно. Валентину пора становиться взрослым. Но как же Валя сейчас ненавидела сэра Кейна!

* * *

Начальник центрального полицейского управления Дентрессы Грета Винкин уже на четыре минуты опаздывала на утренний брифинг. Это настолько не вписывалось в привычное течение жизни, что подчиненные начали нервно оглядываться на дверь и тихо перешептываться. Наконец створка распахнулась, из уважения к шефу даже не скрипнув, и Стальная Грета широким шагом проследовала на свое место.
- Докладывайте, - резко бросила она. - Шершень, начинай ты.
Копы снова стали переглядываться. Рой Шерстик, получивший прозвище Шершень за злые и меткие шутки, а также за вечную небритость, делающую его физиономию похожей на мушиное тельце, вел не самые трудные и громкие дела и зачастую вовсе не отчитывался на планерках - не интересовали начальство мелкие воришки и аферисты. В этот раз он растерянно оглянулся на коллег и все же поднялся, чтобы рассказать о двух делах, готовых для передачи в суд.
Затем, вопреки сложившейся годами традиции, брифинг продолжился все в том же обратном порядке: от незначительного ко все более важному. Смысл у этой традиции, кстати, был немалый: менее опытные полицейские, слушая коллег, так или иначе набирались ума-разума. Но в этот раз ничего кроме недоумения утренняя летучка не вызывала.
- Ревент, Хантер, Никс, останетесь, - резко каркнула Грета, когда очередь дошла до команды, занимающейся, помимо прочих, самым сомнительным и безнадежным делом. – Остальные свободны.
Детектив Ирвин Ревент, маг-менталист Томас Хантер и некромантка Мира Никс (хотя на самом деле звали ее Эсмеральдой), дождавшись, пока остальные покинут помещение, приблизились к начальству. Надо сказать, на расследование смертей приближенных принца Александра Стальная Грета отправила лучших своих людей. Каждый из этой троицы был специалистом куда более широкого профиля, чем значилось в штатном расписании.
Ревент достиг звания детектива к двадцати пяти годам и уже четыре года возглавлял группу не только благодаря отменному чутью, но и за счёт уникальной способности обрабатывать большие объемы данных в уме, не прибегая к помощи компьютера. Он мог бы сделать блестящую карьеру аналитика, но предпочитал оперативную работу. Кроме того, Ирвин отлично ладил с любым поисковым зверьем, будь то собаки или прирученные чудовища необжитых земель. Его домашним любимцем была мантикора по кличке Роуз, нередко помогавшая взять след там, где не справлялся больше никто. А их умение понимать друг друга без слов само по себе казалось чем-то магическим.
Менталист Хантер тоже мог бы иметь карьеру попрестижней. Маги его уровня были нарасхват при дворах вельмож и даже королей. Но также, как и Ревент, Томас в синекуре не был заинтересован. Выросший в детдоме, он вообще любил подраться. И не только любил, но и умел – к тридцати шести годам, изучив больше половины различных школ рукопашного боя, по итогам создал нечто свое. В сочетании с даром, позволяющим «читать» противника, мастерство сделало из него непревзойденного и практически непобедимого бойца. Опять же благодаря дару, он мог пройти под огнем, не попав под пули. Тое есть равного Хантеру при задержании преступников попросту не было.
Леди Никс вообще не планировала заниматься некромантией. Точнее, она даже не знала, что у нее есть дар, когда, разругавшись с родственниками, вознамерившимися выгодно выдать ее замуж, поступила в Полицейскую академию на специальность криминалиста. Способность беседовать с мертвыми и работать с проклятиями пришла к ней за полтора года до окончания «вышки», и менять специализацию девушка отказалась. Вместо этого взяла дополнительный курс лекций, экстерном сдала экзамены по некромантии за четыре года и защитила сразу два диплома. Свое происхождение Никс афишировать не любила, отзывалась исключительно на имя Мира, и за три года работы в центральном округе уже успела доказать свои профессионализм и полезность в обеих сферах.
В общем, эти трое не зря считались лучшей командой в Управлении. И сейчас пребывали не в лучшем настроении: расследование не желало сдвигаться с мертвой точки – общая логика в поведении убийцы не прослеживалась, в окружении принца никто ничего о злоумышленнике не знал, а покойники искренне считали свою гибель результатами болезней или несчастных случаев. Но этого просто не могло быть! Тем более, что Ревент уже после второй смерти заподозрил злой умысел, а с его чутьем ошибался он редко. Поэтому сейчас копы не ждали ничего хорошего от приватной беседы с шефом.
Тем не менее, Стальной Грете удалось их удивить.
- Сегодня в три часа дня извольте быть у междугородного телепорта, - резко заявила она. - Ваша команда будет усилена приглашенным консультантом. Из столицы прибывает Валентин Штольц, Мастер Смерти.
- Кто? - обиженно переспросила Мира, а детектив нахмурился. - Еще один некромант, что ли? Зачем он нам?
- Он не некромант! - рявкнула шеф. – Ревент, ты-то хоть понимаешь, какого специалиста нам прислали?! - тот неопределенно пожал плечами. - Если нет, он сам все объяснит, а я не собираюсь тратить время на вас, неучей! - последнее заявление прозвучало особенно обидно. – В общем, так: консультанту предоставить все, что потребует по делу, свозить на все места преступлений и ко всем свидетелям, если захочет их увидеть. И даже вне работы прихоти его исполнять, угождать во всем, а главное, беречь как зеницу ока. Чтобы никаких мне боевых действий с его участием! А то знаю я вас, разгильдяи! И чтоб не смели его одного оставлять! Пусть все время при ком-то из вас будет, на глазах. Случись что с этим парнем, с меня шкуру спустят. А я уж с вас, не сомневайтесь, - она обвела подчиненных недобрым взглядом и рявкнула: - Задача ясна?!
- Так точно! – гаркнули копы.
- Свободны!
Из конференц-зала тройка вымелась с завидной скоростью и так же резво промчалась до ближайшего поворота коридора.
- Уф! - прислонилась к стене Мира и тихо хихикнула. – Разбушевалась Грета, однако. Интересно, с чего бы? Парни, вы знаете, что за зверь такой – Мастер Смерти?
- Впервые слышу, - отозвался Ирвин.
- Я тоже не знаю, - предупредил повторный вопрос Хантер. - В смысле, не знаю, в чем заключается его дар. Но само название доводилось слышать. Точнее, читать в одной монографии – о редких или утраченных способностях. Вот только редкая она или считается утраченной, сейчас не вспомню.
- И что, в этой монографии ничего не было по существу? - не поверила некромантка.
- В том-то и дело, что нет. То ли обладатели дара Мастера Смерти хорошо шифровались, то ли и впрямь давно не появлялось таких магов, а записей о них не сохранилось. Автор только упомянул, что такой дар имел место быть.
- М-да… - протянула девушка, а потом вдруг тихо рассмеялась. - Ставлю двадцатку, Грета и сама не знает, кого нам сподобила в консультанты. Штольц, да? Что-то знакомое. Из аристократов, кажется.
- Только задранных носов нам не хватало, - поморщился Ревент.
- Барон Штольц был героем боев при Немой Пустоши, - произнес Томас. - Погиб, правда, по-дурацки, на машине разбился. Но это лет двадцать назад было.
- Думаешь, к нам едет барончик? - нахмурилась Мира.
- Понятия не имею, - пожал плечами менталист. - Как-то не интересовался, были ли у Штольца дети. Правда, сей благородный муж однозначно не обладал даром.
- Ну, дар мог и от матери передаться, - озвучила очевидное криминалист. - А вот что нам делать с этим кадром? Не сработаемся ведь со снобом.
- А нам, други мои, следует привести в порядок все документы по делу, - вздохнул Ирвин. – Особенно тебе, Том. Барон-консультант едва ли владеет твоим тайным шифром, который ты называешь скорописью. Так что, вперед и с песней, господа сыщики. И не кисни, Хантер, мы с Мирой быстро управимся и тебе поможем.
- Диктовать будешь! - погрозила девушка пальцем старшему товарищу. - Я тоже в твоем шифре не сильна, зато печатаю быстро. И вообще, научился бы уже сразу набирать на компе, а то вечно из-за тебя вот такой аврал.
Томас в ответ лишь фыркнул. Шутка давно обросла бородой. Менталисты действительно записывали то, что читали, исключительно от руки. В основном это приходилось делать, когда просто сканировали окружение жертвы, на допросах и без магов находилось кому вести протокол. Причем у каждого менаталиста был свой метод скорописи, и подвести его под общий знаменатель хотя бы для служащих полиции никому так и не удалось.
- Кое-что ещё, коллеги, - снова заговорил Ревент. - Сдается мне, что афишировать специализацию навязанного нам консультанта не стоит. Вон, даже стальная Грета дождалась, пока все свалят, и лишь потом озвучила его появление. Так что, и мы светить этого персонажа не станем.
- Да кому он нужен?! - фыркнула Никс.
- Как знать, - пожал плечами Ирвин. - Может статься, что как раз очень даже необходим всем и каждому. Мы же без понятия, что именно он умеет. Ладно, господа, пошли делом заниматься. Мало ли, что этот консультант затребует.
И команда бодро поскакала на рабочее место.
Следующие несколько часов прошли в напряжённой работе. К их концу никто не смог бы придраться к состоянию документов по делу. Хоть столичному начальству отправляй – не найдут огрехов. У копов даже оставалось полчаса на то, чтобы перекусить перед тем, как ехать за город, к телепорту. Чем они и воспользовались.
А дальше возникла проблема: свободных машин у управления не оказалось. И хотя каждый из тройки был владельцем личного автомобиля, помогало это мало. Дело в том, что некромантка ездила на двухместной микролитражке, в которую трое поместились лишь раз, да и то в экстремальной ситуации (хозяйке пришлось ютиться в крошечном багажнике, поскольку мужчины туда заведомо не влезали).
Детектив водил такой рыдван, что даже друзья опасались садиться к нему в машину. Пусть и ездил этот агрегат побыстрее многих, но когда обивка вместе с наполнителем изодрана в хлам, а в задницу впиваются железки основы, чувствуешь себя не пассажиром, а грузом. Сам Ирвин лишь посмеивался над возмущением коллег и менять авто не собирался – зачем, если Роуз за пару поездок любую машину доведет до такого же состояния. К тому же начинка у развалюхи была такая, что не каждый гоночный болид догнал бы.
Оставался только Том, для которого его автомобиль являлся, как поговаривали злые языки, любовью всей жизни. Дорогущая «Омега-Вердано» была единственной роскошью, которую позволял себе менталист. Свою машину Хантер холил и лелеял, и очень не любил, когда кто-нарушал существующую в ней гармонию. Он вообще не любил возить пассажиров. Даже свою семью – а Томас был давно и счастливо женат и уже успел обзавестись тремя отпрысками – он предоставлял перевозить супруге, лихо рулившей минивеном. Но сейчас, во-первых, на него с надеждой взирали две пары глаз не последних в его жизни людей, а во-вторых, существовал недвусмысленный приказ начальства холить и лелеять столичного хлыща. И, тяжело вздохнув, Хантер смирился с неизбежным. Мира радостно захлопала в ладоши.
Здание дентресского междугородного телепорта, построенное более ста лет назад, изысканной архитектурой не отличалось - коробка и коробка. Правда, в какой-то момент его попытались облагородить, расширив окна и расцветив их витражами, а также разбив архаично-причесанный садик с полумертвыми туями и чахлым самшитом по периметру. Особой суеты вокруг этого транспортного узла в середине рабочего дня не наблюдалась. Редкие командировочные исчезали в дверях терминала отправления, а прибыть в славный некогда город Дентрессу не спешил никто: здесь давно уже не было ни крупных производств, ни центральных офисов больших компаний. Когда-то рядом с городом добывали медь, собственно, у рудников он и был построен. А когда те иссякли, специалисты разъехались, а новых предприятий, способных поддерживать прежний уровень занятости населения, так и не появилось. Нынешняя Дентресса жила за счёт туристов, приезжавших сюда ради карстовых пещер и целебных источников. Но сезон начинался лишь в середине мая, и пока город мало кто жаловал посещениями.
Для команды копов общая обшарпанность и малолюдность не были новостью, но внезапно бросились в глаза при мысли о столичном засланце. Переглянувшись, без пяти минут три Ирвин, Томас и Мира вошли в приземистое здание и приготовились ждать не менее получаса. Пунктуальности от барончика-консультанта никто не ждал.
Тем не менее, ровно в три телепорт вспыхнул, пропуская пассажира. Длинный серо-голубой плащ пришельца мог бы скрывать его фигуру, но отчего-то подчеркивал ее общую худощавость и некую нескладность, особенно в сочетании с огромным черным чемоданом, который гость катил за собой. А вот лица за полями тёмно-синей шляпы и натянутым на нос клетчатым шарфом практически не было видно. Но вот пришелец вскинул голову, безошибочно остановил взгляд на полицейских и глухо произнес:
- Вы не меня ждёте, господа и леди? Я Валентин Штольц.
- Здравствуйте, барон, - выступила вперёд Никс, которой коллеги давно отдали право общения со снобами из числа аристократов – у нее это получалось явно лучше, чем у комиссара и менталиста, не отличавшихся высоким происхождением.
- Обращение неуместно, - ровным голосом сообщил консультант. - Зовите меня Валетом.
Мира растерялась. То ли слова Ирвина о бароне Штольце заставили ее заранее считать прикомандированного типа аристократом, то ли его специализация, способная конкурировать с ее собственной, настроила девушку против гостя, но такой резкой отповеди она не ожидала. Зато друзья явно приободрились.
- Ирвин Ревент, детектив, - первым протянул руку для пожатия старший тройки.
- Валет, Мастер Смерти.
Хватка у консультанта оказалась неслабой, несмотря на почти по-девичьи тонкое запястье, мелькнувшее из-под длинного рукава плаща. Ирвин уважительно хмыкнул.
- Томас Хантер, менталист.
- Валет.
- Мира Никс, некромант-криминалист.
- Рад знакомству, леди.
Пожимать девушке руку гость не стал. Вместо этого неожиданно изящно склонился и приложился губами к пальчикам. Мира выдернула лапку и недовольно фыркнула. Она терпеть не могла, когда подчеркивали ее принадлежность к слабому полу, а не профессиональные качества. Однако тут же с недоумением уставилась в лицо гостю. Сейчас, когда поля шляпы были приподняты, а шарф наконец занял свое место на шее, стало заметно, насколько он молод. Девушка не дала бы ему и двадцати, но что-то во взгляде холодных белесых глаз заставляло чувствовать себя букашкой пред ликом самого времени. И тут мальчишка, кинув быстрый взгляд на странные часы у себя на запястье, улыбнулся - светло и обаятельно.
- Вы проживаете долгую жизнь, леди, - произнес будто бы расслабившись.
Потом внимательно посмотрел на детектива и менталиста, покивал каким-то своим мыслям и удовлетворенно вздохнул. Трое встречающих, неизвестно, с чего, почувствовали облегчение.
- Прошу в машину, Валет, - махнул рукой в сторону выхода Том, чтобы сгладить возникшую неловкость. - Отвезем вас на служебную квартиру, потом, если вы голодны, можем пообедать…
- Нет-нет! - затряс головой консультант. - Давайте сразу к последней жертве. Его же ещё не похоронили? А потом в больницу и на то место, где случился инсульт. Время дорого, господа, - и не дожидаясь копов, рванул к выходу, волоча за собой неподъемный чемодан.
Те в полной растерянности поспешили следом. Томас скривился – он надеялся, что катать консультанта целый день не придется, или, если уж придется, то не ему. Утешали автовладельца лишь до блеска начищенные ботинки столичного мага.


Вот как ползу, так и отражаю!

 
kagami Дата: Вторник, 06 Дек 2022, 11:28 AM | Сообщение # 3
Кривое зеркало
Группа: Святая Инквизиция
Сообщений: 10034
Статус: Offline
..:: Дополнительно ::..
Глава вторая

* * *

Валентин выдохнул с облегчением. Обычные копы с обычными реакциями. Да, они не были в восторге от того, что им навязали какую-то столичную штучку, но ради дела готовы были терпеть его присутствие. Девушка, конечно, излишне амбициозна, но и с этим можно как-то справиться. И, вроде бы, он сам не сделал ничего неправильного.
Сестра отпустила его с трудом. С тех пор, как остались вдвоем в целом мире, они никогда не расставались больше, чем на день. Валентина не хуже брата понимала, что тому пора становиться самостоятельным, но как же трудно было решиться! Страх потери и разочарования слишком сильно укоренился в душе женщины, и Тину было больно оттого, что приходится причинять боль ей.
Перед тем, как отправиться к телепорту, он заехал в полицейское управление и попросил Бромли наведываться к нему в дом хоть иногда.
- Не доверяешь экономке? – хмыкнул тот.
- Напротив, - покачал головой Валет, - боюсь, она решит, что я больше не нуждаюсь в ее услугах. А куда я без Валентины? Тут не знаешь, как в чужом городе сам станешь справляться, а если еще и дом потом пустым встретит, вообще можно вешаться.
- Избаловала она тебя, - рассмеялся граф. – Где только нашел такое сокровище? И ведь сколько лет при малолетнем балбесе живет и терпит твои выходки.
- Ну вот! Где я другую такую возьму? Сам понимаешь. К тому же Валентина слишком много обо мне знает, нельзя ее отпускать, - слегка приврал Мастер Смерти.
- Ладно, буду захаживать, чай, не край света, - махнул рукой сэр Кейн, выпроваживая посетителя. – Иди давай, а то опоздаешь, а тебя там люди встречать будут.
- Спасибо! – искренне поблагодарил Тин и ретировался.
Ему нравился Бромли. Более того, нравилось, как он смотрит на сестру. Вот только вбитое с детства чувство превосходства над теми, кому не досталось титула, ни за что не позволило бы полицейскому ухаживать за Валентиной. А та так же уперто не соглашалась открыться и рассказать об их родстве и о том, кто на самом деле унаследовал баронский титул. В молодости будущий шеф полиции был женат – по сговору, как это часто бывает у аристократов. Брак не сложился: супруга жаждала светских развлечений, а сэр Кейн оказался трудоголиком. Как-то он обмолвился, что рад отсутствию детей. Но при этом отношение графа к юному Мастеру Смерти более всего походило именно на отеческое.
Валентину было четырнадцать, когда особенно яркое озарение накрыло его с головой посреди улицы, буквально в квартале от дома. Он увидел огромную аварию на ближайшем перекрестке, жертвами которой должны были стать более двадцати человек. Парня скрутило так, что он закричал, пропуская через себя боль и страх обречённых, и рухнул на колени прямо на плитку тротуара. Сердобольные прохожие кинулись на помощь, решив, что мальчик болен. Совершенно случайно среди них оказался и Кейн Бромли, занимавший тогда должность начальника управления одного из столичных округов. Он-то и вызвался отвезти паренька в больницу. Но как только Тин понял, что перед ним представитель закона, вывалил на него все, чего испугался. Бромли, ещё не понимая, какую жемчужину нашел, поверил не столько незнакомому мальчишке, сколько собственной отточенной интуиции, просто вопившей о том, что слова подростка нельзя оставлять без внимания. И хотя не имел никакого отношения к дорожной полиции, позвонил знакомым и потребовал выслать в дополнение к светофорам ещё и регулировщиков. Слушавший его разговор Тин вдруг обмяк и с облегчением сообщил, что теперь погибнут только двое. После чего выскочил из машины и был таков.
Авария действительно произошла, а на следующий день Бромли запросил съёмку с места происшествия и убедился, что, если бы не регулировщики, трагедия могла стать массовой.
Не сказать, что коп после этого активно искал мальчишку-прорицателя, но по сторонам поглядывал. Однако в следующие три года тот лишь время от времени выскакивал перед Кейном, как чертик из табакерки, сообщал о какой-нибудь близкой трагедии и тут же исчезал, все больше разжигая любопытство. Парень не ошибся ни разу, и для Бромли его предупреждения стали не только возможностью предотвращать трагедии, но и изрядным подспорьем в карьерном росте.
Сам Тин тем временем экстерном окончил школу и поступил в университет на заочное отделение. Специальностью он выбрал юриспруденцию (сказалось влияние полицейского) и взял усиленный курс социологии, пытаясь таким образом компенсировать недостаток знаний о людях из-за отсутствия живого общения. Кроме того, сдав половину экзаменов за первый курс на полгода раньше срока, в следующем семестре добавил себе часы по общей некромантии. Слабая надежда, что этот предмет поможет разобраться в себе, пропала быстро: никаких способностей к общению с миром мертвых или к проклятиям у Валета не было. Зато именно некромантия по-настоящему свела его с Бромли.
По традиции, копы проводили собеседования со студентами выпускного курса, вербуя себе ценные кадры. Вот сэр Кейн во время такого визита и приметил знакомую мордашку. Ловить своего странного осведомителя в коридорах университета он не стал, просто прошел в деканат и описал внешность интересующего его студента. Парня по профессионально сделанному словесному портрету узнали. А дальше было дело техники.
В квартиру Валентина Бромли явился, точно зная, что сам парень в это время должен быть в университете. Коп наивно надеялся поговорить с родителями юноши и выяснить побольше о его даре. Увы, женщина, встретившая его, представилась экономкой, рассказала, что барон Штольц сирота и больше ничего о нем сообщить не сумела. Это был единственный раз, когда брат или сестра объявили Тина бароном. По закону именно он должен был стать носителем титула, но, когда проявился дар и мальчик захотел исследовать семейные хроники, Валентина не стала скрывать историю его рождения. Именно тогда, в восемь лет, узнав, что имя получил, чтобы упрочить обман, Валентин назвал себя Валетом. Бромли он так и представился в одну из встреч. Впрочем, граф был едва ли не единственным, с кем юноша завел знакомство достаточно близко, чтобы назвать свое имя, пусть и выдуманное. То, что профессора именовали его согласно документам, не в счёт, они понятия не имели о его даре. А вот от титула юный Штольц отказался в пользу сестры на следующий день после того, как стал совершеннолетним. Впрочем, сын графини, простолюдином он от этого не стал.
В тот день, когда Тин вернулся домой, он сначала посмеялся над идеей представить сестру прислугой. Но, поразмыслив, они пришли к выводу, что таким образом удалось хотя бы частично дистанциировать ее от Валета. Внешняя непохожесть делала подобный обман вполне доказательным. Валентина пошла в отца, да и Тин унаследовал от матери разве что цвет волос. Опять же вместе брат и сестра решили, что знакомство с полицейским позволит использовать дар чаще и ко всеобщему благу.
А на следующий день Валентин заявился в полицейское управление. Когда представился Валетом, его приняли за осведомителя и попытались отфутболить к кому-нибудь менее значимому, но парень наотрез отказался разговаривать с кем-то ещё. Мытарили его больше двух часов, и все это время Тин сидел в холле и улыбался, безмерно раздражая дежурных. Разумеется, никто не рискнул доложить большому начальству о столь странном посетителе – выговор же схлопотать можно за то, что побеспокоили по ерунде. Закончилось все эпично: Бромли собрался на обед в ресторан, где у него действительно была назначена встреча с осведомителем, причем совсем не простым. А когда увидел на выходе сияющего Валета…
- И наконец-то здравствуйте! - поднялся молодой человек ему на встречу.
Нет, начальственного ора не было. Граф застыл, разглядывая юношу, потом медленно обвел взглядом дежурных, и других копов, по случаю оказавшихся в холле, снова повернулся к парню и спросил:
- Давно ждёшь?
- Порядочно, часов с десяти, - хихикнул этот нахал.
- А теперь, - начальство снова недобро воззрилось на дежурных, - я задам этому молодому человеку один вопрос, и, если ответ будет положительным, вы уволены.
- Не надо! - замахал руками Валет. - Я пришел лишь потому, что вы сами меня искали. И нашли. Ничего важного и страшного, клянусь.
- Ваше счастье, - рыкнул на подчинённых Бромли, и, уже обращаясь к гостю: - Пошли!
Так Тин в первый и единственный раз приобщился к работе детективов: на встрече с осведомителем он был представлен как барон Штольц, личный стажёр Бромли. Гость впечатлился. А между сэром Кейном и Валентином позднее состоялась долгая беседа и была достигнута договоренность, по которой юноша обязался сообщать Бромли о любых своих видениях, а тот, в свою очередь, искать по своим каналам любую информацию о Мастерах Смерти.
Бромли заставил подростка по-новому взглянуть на самого себя: дал ему понимание, что даже самую грязную и неприятную работу можно любить, если знаешь, что она необходима людям. Благодаря сэру Кейну Валентин Штольц смирился со своим даром, начал относиться к нему не как к обузе, а с интересом, сделал дарованные природой способности объектом собственных исследований.
Кроме того, граф занялся тем, на что у Валентины не хватало силы воли: физической подготовкой мальчишки. Сначала тренировал его сам, потом отдал в руки полицейских инструкторов. Звезд с неба Валет не хватал, силовиком ему было не стать, но рос парень крепким и гибким. А еще он сам не заметил, как начал учиться у Бромли, перенимать у него некоторые привычки. К примеру, так же, как шеф полиции, Тин стал составлять в уме словесные портреты всех, с кем доводилось пересекаться. Этот профессиональный навык помог не только упорядочить впечатления о разных людях, но и лучше оценивать незнакомцев. Разумеется, чутья полицейского Мастеру Смерти отсыпано не было, но отсутствие этого дара он довольно успешно компенсировал любопытством. Работать с информацией он тоже в основном научился не в университете, а у сэра Кейна. И эта наука помогла и без того талантливому и пытливому студенту побить своеобразный рекорд альма-матер: в двадцать лет Штольц защитил сразу три диплома – по юриспруденции, по социологии и по некромантии. А спустя еще год – по теории магических потоков.
Вот только пока не понимал, как найти всему этому применение, и уже год болтался без дела, скитаясь по библиотекам и пытаясь найти еще какое-нибудь интересное для себя направление. Хотелось чего-то грандиозного, сулящего великие открытия, но ничего такого в благообразной и изрядно закосневшей столице, разумеется, не попадалось. Внезапная просьба шефа о командировке обрушилась на него как ушат холодной воды. Не о такой работе Штольцу мечталось. В то же время он испытал благодарность к Бромли: предложение прозвучало неким признанием достижений юноши.
Именно поэтому Валет искренне хотел сделать первую в своей жизни настоящую работу хорошо и правильно, но для этого предстояло взаимодействовать с отлично спаянной командой копов, о которых сам он при этом не знал ничего. И сразу же дар подкинул подлянку, показав при тактильном контакте смерть Никс. Очень нескорую смерть - некромантка в видении выглядела дряхлой старухой, а маги, как правило, жили подольше неодоренных. Странным был ещё и интервал. Обычно Мастер Смерти видел события, которые должны были произойти от силы через месяц. Реже, когда речь шла о конкретных людях, а не массовых катастрофах, смерть могла наступить через два-три года. Но чтобы так… У Тина было объяснение случившемуся, но оно казалось слишком невероятным. И это следовало обдумать.
Откуда знал точные сроки любого фатального события, Валентин не понимал, но никогда не ошибался. Пару лет назад шеф Бромли, выслушав сомнения парня по этому поводу, нашел какого-то артефактера, то есть человека, обладающего не менее редким даром, чем Тин. Дар артефактеров был направлен не внутрь себя, как, к примеру, чутье полицейских, не на других людей, как у менталистов, а на предметы. Только эти маги мог придать вещи свойства, созвучные с даром владельца, уточняющие его, усиливающие или даже запирающие. Неудивительно, что артефактеры тоже не слишком афишировали свою деятельность.
Где уж сэр Кейн откопал эдакую диковинку, неизвестно, но именно так появились странные часы Валентина, показывающие как количество жертв грядущей катастрофы, так и точное время их смерти. Включались они импульсом дара. Однако до сих пор ничего нового сообщить не могли: данные прибора всегда совпадали с ощущениями самого Мастера Смерти. Вот только теперь, когда увидел постаревшую Никс и не понял, через сколько лет наступит смерть, часы вдруг отмерили девушке больше двух веков жизни, о которых сам маг не подозревал.
Валет понимал, что новые соратники не ждут от него чудес. Он и сам их от себя не ждал. По сути, дар Мастера Смерти не был прорицательским. Это был талант к расплетанию последнего узла судьбы, способность отсрочить уход. Вот только Тин не имел представления о том, как правильно это делать, мог разве что предупредить. Сложившееся сотрудничество с полицией было максимумом тех возможностей, которые успел постичь. Кроме того, по идее, он должен был видеть, если последний узел был завязан вопреки воле судьбы. Но сколько бы ни таскал Бромли Валета в морги, подобных откровений не произошло ни разу. Зато они случались на местах смертей: парень мог совершенно точно сказать, что произошло убийство, или, что его не было. Поначалу подобные прозрения возникали спонтанно, но постепенно Тин научился ловить связанные с ними ощущения и вытаскивать сигналы дара на поверхность сознания.
Взглянуть на усопшего секретаря принца Александра он решил внезапно. Поначалу собирался посетить в первую очередь больницу, где тот скончался, затем место, где с молодым человеком случился инсульт. Плохо было то, что смерть стала логичным продолжением болезни, а воздействие, буде оно случилось, не стало летальным сразу. Дар мог и не среагировать при подобных обстоятельствах. А вот если сочетать его с возможностями некромантии…
Идея в первую очередь посмотреть на покойника пришла в тот момент, когда коснулся губами руки Миры Никс. Возникшее видение навело на мысль о почти невероятной, но иногда все же случающейся самопроизвольной синхронизации магических потоков, и Валет захотел его проверить. Вот только для этого нужно было завоевать доверие Миры, а она явно восприняла навязанного консультанта в штыки. Что с этим делать, Тин не знал совершенно. Он вообще не умел общаться с девушками и слегка их побаивался. Нет, он был здоровым мужчиной с нормальными желаниями, и даже не оставался девственником в свои двадцать два года (опять же благодаря стараниям Бромли, сообразившего, что парня пора сводить в бордель). Но вот строить с противоположным полом отношения, пусть и просто дружеские, никак не получалось. Эти странные создания почему-то так и норовили залезть в душу, выведать тайны, которыми юноша не хотел, да и не мог поделиться. К тому же требовали каких-то бессмысленных с точки зрения Мастера Смерти знаков внимания вроде звонков каждые полчаса и эсэмэсок с сердечками. Разве он виноват, что мобильные телефоны у него просто взрываются при каждом выплеске дара? А как это объяснить девушке, не раскрывая себя?
Его единственный опыт влюбленности в восемнадцать лет ограничился одним свиданием, которое обернулось полным крахом. Тин хотел бы сводить очаровательную Анабель и в ресторан, и в кино, но совсем не был готов, что от него потребуют выбить какую-то игрушку-монстра в дешевом тире. Стрелять он не умел и учиться не собирался, несмотря на настоятельные советы Бромли. Все, что было связано с отнятием чужой жизни, вызывало у Мастера Смерти суеверный ужас, если оказывалось в его собственных руках. Он и в рукопашной-то выучил преимущественно приемы уклонения. Насилие для Щтольца вообще было неприемлемо, поэтому предложение дамы сердца набить морду некому Хью, который чем-то там ее обидел, повергло юношу в ступор. Валентин начал дотошно выяснять, зачем Анабель это нужно, в результате чего девушка психанула и сбежала, а брошенный посреди улицы парень отправился домой в полной растерянности.
- Не расстраивайся, - успокоила его тогда Валентина. – Просто ты встретил не самую лучшую представительницу нашего племени. Только неуверенные в себе женщины могут стравливать мужчин. Поверь, для умных дам интеллект – самое привлекательное в кавалерах. А дурочка тебе уж наверняка не нужна.
Эти слова накрепко засели у Тина в голове, но он все равно предпочитал держаться от девушек подальше. Даже от тех, что казались ему умнее прочих. А теперь вот нестерпимо захотелось провести над собой эксперимент, который никак не вышел бы без Миры. Валет понимал, что некромантка далеко не глупа, и, наверное, договориться с ней можно. К тому же близкое общение конкретно с этой девушкой после видения не пугало – все уже случилось. Вот только как заставить ее саму подпустить его ближе?


Вот как ползу, так и отражаю!

 
kagami Дата: Вторник, 06 Дек 2022, 11:29 AM | Сообщение # 4
Кривое зеркало
Группа: Святая Инквизиция
Сообщений: 10034
Статус: Offline
..:: Дополнительно ::..
* * *

Его ненаследное высочество Александр пребывал не в лучшем расположении духа. Уже девятый за сегодня звонок на телефон некроманта-проклятийника, обещавшего принцу лояльность приближенных даже после смерти, оставался без ответа. Мэтр Мариус Эльнис пропал с радаров около месяца назад и выходить на связь, судя по всему, не собирался. Пусть бы и пропадал, истеричка сопливая, но смерть Финна сильно повредила жизненно важным планам Александра. Мало того, что на подготовку замены Рейли понадобиться время, которого и так в обрез оставалось – принц это нутром чувствовал, так еще и привлечь нового человека без клятвы было слишком большим риском. И других специалистов не найти, не с нынешнем уровнем доступа. На Эльниса-то и то почти случайно вышли, спасибо, кстати, тому же Финну. Жаль парня, толковый был и преданный, хотя и не борец, ведомый.
Хуже то, что теперь копы наверняка зубами вцепятся в дело. Они и так уже уверены, что приближенных убивают. Черт бы побрал это их чутье! И ведь не поспоришь! Дураком Александр не был и сам прекрасно понимал, что считать череду смертей своих соратников простым совпадением – себя не уважать. Вот только он предпочел бы сам провести расследование, или чтобы им занялись его доверенные люди. Но где их возьмешь? Когда-то он сделал все, чтобы вылететь из списка наследников и попасть в опалу, считал, что так будет легче скрыть свои тайны, ведь следить станут за политическими связями, а не за всякой якобы шушерой, которая трется вокруг изгнанника. Теперь вот, спустя три года, пожинал плоды принятого тогда решения: ни в полиции, ни в СБ своих людей у него не осталось.
Александр снова набрал номер некроманта, послушал длинные гудки и выругался. Завтра Рейли придется хоронить, чтобы не вызвать подозрений, а допросить его без помощи некроманта, знающего ключ к клятве, не сможет никто. Пусть он не профессионал в расследованиях, но кое-что узнать просто необходимо, получить хоть какую-то зацепку. В конце концов, мозги в голове есть, информации у него побольше, чем у копов, можно было бы потянуть за ниточки. Принц уже и на тех копов был почти согласен – все равно же Финн ничего лишнего не скажет, не сможет просто, а вопросы задать можно так, чтобы очаровательная графиня ни о чем не догадалась. Но ведь не позволят! Кружат и кружат, как воронье, а о результатах не сообщают даже ему. Не положено, мол. Да и кто он такой теперь, чтобы чего-то требовать?
Его высочество поморщился и встал с дивана. Тот облегченно скрипнул, избавляясь от немалого веса. В свои тридцать лет принц имел прекрасную физическую форму: это был высокий, крепко сложенный мужчина, его литые мышцы, наработанные явно не только на тренажерах, перекатывались под кожей, как у бегущего тигра. Он и двигался по-кошачьи – плавно, вроде бы расслабленно, но ощущение готовящегося прыжка присутствовало даже в самом невинном жесте. Несмотря на красоту – а это понятие было применимо не только к телу Александра, но и к его лицу с правильными, почти идеальными чертами – вместо симпатии он вызывал опасения и настороженность у тех, кто посильнее духом, и почти мистический страх у слабаков. Иногда опальному сыну короля казалось, что батюшка тоже его побаивался, оттого и вышло так легко провернуть авантюру с якобы готовящимся переворотом.
Что ж теперь можно было с уверенностью сказать: отец, Зиновий III, наступил на те же грабли – перестарался с достоверностью. А когда афера выплыла наружу, потерял не только надежду, но и жизнь: уже больше двух лет в Кайтенгерии правил младший сын ныне покойного батюшки Александра Ульрих I. Что ж, туда им всем и дорога. За что боролись, на то и напоролись.
Едва слышно щелкнула ручка двери, и легкий сквозняк ознаменовал появление нового действующего лица.
- Как ты, мальчик? - женщина, позволившая себе вторгнуться в уединение принца, выглядела странно: только слепой мог бы назвать ее красивой или даже просто привлекательной. Грубые и вопиюще дисгармоничные черты лица, искривленное бедро, костлявая узловатая рука, сжимающая набалдашник трости. Выглядела она на все свои «под пятьдесят». И тем не менее, аура властности и уверенности в себе в сочетании с теплым взглядом лучистых светло-карих глаз делали гостью необъяснимо привлекательной. На женщину хотелось смотреть и смотреть, возможно, из желания понять, что же в ней есть такое, особенное.
- Что-то случилось? - Александр обернулся.
- Я беспокоюсь о тебе.
- Не стоит, я справлюсь.
- Не сомневаюсь, - Диана Мендель – так теперь звали эту женщину – прошла в комнату и без приглашения опустилась в кресло. - Но мне кажется, ты слишком большое значение придаешь смерти молодого Рейли.
- Четвертой смерти за полтора месяца, - невесело хмыкнул его высочество. – Мы не вылезаем из траурных мероприятий, а похоронное бюро скоро выпишет мне абонемент. Полагаешь, я должен быть спокоен?
- И все же гибель Финна слишком сильно по тебе ударила, Лекс, - покачала головой женщина.
- Скорее, по нашим делам. Трудно будет справиться без него.
- Из-за остальных ты так не переживал.
- Остальные легко заменяемы, да и были у них осведомленные во всех делах помощники. А на Рейли повязано слишком многое. Даже не знаю, как теперь буду контактировать с риколийскими агентами, а без поставок забугорных ноу-хау нам придется слишком сложно. Большинство моих людей не приспособлено к тяготам длительного похода, они не вытянут без всех тех обеспечивающих комфорт фишек, которые добывал Финн.
- Контрабандисты не знают, что работают на тебя?
- Нет, конечно. Даже Рейли они не знали, но у него были свои связи. А я, как последний дурак, не вмешивался, не хотел светиться.
- Финн был умненьким, не может быть, чтобы не оставил каких-то намеков для тебя, - покачала головой Диана. – Ты хорошо осмотрел его кабинет?
- И кабинет, и покои. У меня только одна надежда, что всю информацию он хранил в банковской ячейке, но доступ к ней я не получу до оглашения завещания. Проклятье! – он взъерошил волосы и с силой провел ладонями по лицу. – Какая же сволочь пакостит, а?
- Ты по-прежнему уверен, что твои проблемы исходят не из дворца? – нахмурилась женщина.
- Не наверняка, процентов на девяносто. Ульрих слишком поглощен собственным величием, чтобы строить мне козни.
- Фанфарон! Весь в вашего прадеда! – фыркнула Диана. – Но ты забываешь об Арианне.
- Не забываю. Ни на минуту. Да она и не дает, - Александр усмехнулся. – Вчера звонила, выражала соболезнования. Откуда только узнала?!
- А ты сомневался, что за тобой следят? – хмыкнула его визави.
- Нет, конечно. Да и соболезнования – только предлог. Ее величеству королеве-матери нужно, чтобы все было благообразно и красиво. Она уже добилась, чего хотела для сына, и теперь мечтает вернуть меня во дворец. Чтобы мы с братом поменялись местами, и я стал его правой рукой. Понимает, что я лучше, но никогда этого не признает. А править страной кому-то надо.
- Ты же ясно дал понять, что не станешь этим заниматься.
- Не стану. Не хочу. Особенно рядом с Ульрихом. Случись с ним что, виноватым сделают именно меня.
- А ведь такой легкий способ снять проклятие с моей семьи! – по-девчоночьи хихикнула женщина.
- Но я нашел более интересный! - не остался в долгу принц, и его лицо на миг озарила мальчишеская улыбка, сделав по-настоящему живым и совсем не страшным.
Диана улыбнулась в ответ.
- Не претворяйся, что веришь в это дурацкое пророчество, мальчик.
- Нет, конечно, - усмехнулся Александр. – Но и не слишком о проклятии переживаю. Не такое уж оно и страшное.
- Ты просто никогда не терял детей, - едва слышно произнесла женщина, но тут же тряхнула головой, отгоняя дурные мысли. - Вообще-то, я зашла сказать, что, кажется, нашла тебе некроманта. Конечно, сама я пока с ним не встречалась, но, как сообщил один из моих клиентов, этот юноша весьма склонен к приключениям. Так что, он вполне может нам подойти.
- Ты опять моталась в свой офис? – нахмурился Александр.
- Бизнес требует постоянного контроля, - пожала плечами женщина. – Конечно, у меня там толковые управленцы, но и им не стоит давать расслабляться. Да и чего мне бояться?
- Арианну и Ульриха, разумеется. Рано или поздно они тебя вычислят и постараются убить. Или поймать, чтобы потом шантажировать меня.
- Брось! Во-первых, твои парни отлично постарались с поддельными документами прислуги. Диана Мендель безвылазно сидит в Джанце. В последнее время она приболела и не часто появляется на работе. Это может подтвердить даже доктор Мурс. Нога, знаешь ли дает о себе знать. Ну а ее престарелая экономка, бедная Дарина Аншвиц разрывается между семьей сына, где недавно родился третий ребенок, и работой на добрую госпожу, которая во всем идет ей навстречу. Так что ничего удивительного в том, что Дарине приходится мотаться из города в город так часто.
- А во-вторых?
- А во-вторых, я совершенно уверена, что твой батюшка не открыл бы жене моего имени. Да она в жизни не поверит, что Зиновий мог променять ее на меня!
- Променял он, как же! – скривился его высочество. – Попользовался и выкинул, - как всегда при мысли о том, как поступил отец с этой женщиной, его передернуло. – Скажи спасибо, что жива осталась.
- Ну уж точно не твоему батюшке, - отмахнулась Диана. – Хвала всевышнему, меня мозгами не обидел.
- Хвала, - согласился Александр и вернулся к прерванной теме: - Так что там за некромант?
- Некий Линд Аузе двадцати шести лет от роду. От работы в полиции отказался, сидеть на подхвате у нотариуса ему тоже скучно. Пытался записаться в действующую армию, чтобы отправиться на границу Немой Пустоши, но не прошел медкомиссию – что-то там у него с позвоночником не то.
- Хм… А чего это он рвется в Пустошь?
- А вот это самое интересное. У мальчика есть теория, что химеры – порождения вещественной некромантии.
- Ничего себе! – опешил принц.
- Аузе уверен, что века или тысячелетия назад маги обладали и таким даром, но он был утрачен, как и многие другие. Согласись, грех отказываться от такого энтузиаста.
- Действительно… Я отправлю людей навести о нем справки. Если тебе не соврали, пусть вербуют.
- Да там и вербовать-то не придется, сам прибежит, как узнает о твоей задумке, - усмехнулась женщина. – И, мне кажется, его теория очень логично накладывается на твои предположения, милый.
- Если верить источникам, это уже не предположения, а доказанный факт. Но да, ты права. А как у него с собственным даром?
- Точно не знаю, но вроде в полицию его зазывали активно, а значит, не бездарь. Опыта у него, конечно, по сравнению с этим трусом Мариусом маловато, но, если будет заинтересован в сотрудничестве, научится всему необходимому. Куда же он денется?
- И кто ему даст куда-то деться? – усмехнулся Александр.
- Ну вот, ты уже не такой печальный, - Диана встала, приблизилась к принцу и провела кончиками пальцев по его щеке. – Мне тоже жаль Финна, он был хорошим мальчиком, но это ведь не повод опускать руки, правда? Ты сам себе не простишь, если не справишься, Лекс. Так что держись.
- Обязательно, - он на миг прикрыл глаза, впитывая мимолетною ласку. – Спасибо!
- Не за что, мой хороший, - грустно улыбнулся женщина. – Не держи все в себе. Помни, я всегда рядом.
И она решительно направилась к выходу из комнаты.
- Спасибо, - еле слышно повторил его высочество. – Спасибо, мама.
Он так и стоял у окна, не замечая, что едва заметно улыбается. Эта удивительная женщина снова сумела вернуть ему душевное равновесие. Как же он жил, не зная о ее существовании?!
Но долго предаваться бессмысленным размышлениям принцу не позволили. После короткого стука дверь распахнулась и на пороге появился нехарактерно взволнованный дворецкий.
- Ваше высочество! К вам… к вам…
- Кто там, Минц?
- К вам, - наконец взял себя в руки старый слуга, - ее высочество Камилла.
- Что?! – Александр резко обернулся, но дворецкий не успел ответить – в комнату влетела юная девушка.
Слуга с достоинством поклонился и вышел, бесшумно прикрыв дверь.
- Лекс! Лекс, пожалуйста! – принцесса упала на колени. – Пожалуйста, помоги мне!
- Ками?! Что… что ты здесь делаешь?!
- Лекс, она совсем рехнулась! Она хочет выдать меня замуж за короля Мариании! За старого Лучиано! Да я лучше в Миркар эмигрирую!
- Что за бред! – тряхнув он головой, подхватил сестру под руки и поднял с пола, усаживая на диван. – На кой бес ей это сдалось?!
- Я не знаю! Но завтра он прибывает в Бартвенну, а потом – бал, на котором объявят о помолвке! А я… я сбежала! – он она разрыдалась.
- Та-а-ак! Что сбежала – это неплохо. Арианна, похоже, совсем не понимает, чем такой брак может грозить Кайтенгерии. Допустить его нельзя. И не допустим, милая. Хоть я и зарекся лезть в политику, но разрывать на части страну не позволю. Только, Ками, ты уверена, что тебя не отследили?
- Не должны были, - шмыгнула носом принцесса. – Я купила документы у девушки-цветочницы с Луальской площади, Мариты Прамис. Она обещала немедленно уехать и пока не подавать на восстановление паспорта.
- И где гарантия, что она тебя не обманет? – грустно усмехнулся Александр.
- Не обманет. Я просто слегка восстановила справедливость. Марита – наша сестра по отцу. Мы с ней похожи очень. А на деньги и драгоценности, что я ей отдала, она сможет обустроить себе достойную жизнь.
- Надеюсь, в Дентрессу ее хоть не принесет? – вздохнул его высочество.
- Думаю, на днях, - разочаровала его Ками. – Я ей сказала, чтобы добиралась окольными путями и прямо к тебе обращалась. От моего имени. Мало ли, что с нее могут потребовать, если поймают. Она хорошая, правда. Мы случайно познакомились, и я быстро все поняла. Но проверила, ты не думай. Через десяток подставных лиц анализ на ДНК сдала. Я Марите и так помогала и собиралась побольше денег дать, чтобы устроилась нормально, но теперь вот спешить пришлось.
Известие о наличии у папаши девчонки-бастарда принца удивило. Лишних детей Зиновий отслеживал и методично уничтожал. Как прокололся-то? Или с бабы спроса нет? Да как сказать. На трон ей не претендовать, конечно, но ведь у самой дети пойдут, и как знать, что им или каким-нибудь заговорщикам взбредет в голову. А сестренка умница, конечно. Впрочем, в этом он не сомневался. И Ками права, неучтенную родственницу лучше держать при себе.
Камилла – младшая из дочерей Арианны и, как подозревал опальный принц, совершенно нежеланная, почему-то была ему ближе всех. Лукрецию, которой сейчас уже исполнилось двадцать семь, отец выдал замуж за младшего принца Фрагранса, но это событие совершенно не задело Александра: была у него сестра где-то во дворце, а стала где-то в другой стране. Считай, ничего особо не изменилось. Через три года после старшенькой ее величество родила Ульриха и, видимо, собиралась на этом остановиться, но природа решила иначе, и спустя пять лет на свет появилась Камилла. А когда подросла, избрала своим кумиром старшего брата. Поначалу он от нее бегал. Шутка ли: парню тринадцать лет, а за ним эдакое розовое пирожное в оборочках телепается и с криками «Лесь! Лесь!» норовит залезть на ручки. А потом… Александр и сам не мог теперь сказать, как так вышло, что Ками не то что раздражать перестала, а стала чем-то вроде его личного талисмана.
Три года назад, когда он провернул свою авантюру с опалой, для сестренки это стало настоящим потрясением. Камилла рвалась отправиться в изгнание вместе с ним. Да только кто бы ее отпустил – соплюшку шестнадцатилетнюю. А теперь вот все же примчалась. Александр улыбнулся. Глупо, иррационально, но он был рад, что сестра теперь рядом. И пусть это добавит проблем, плевать. Ками заслуживает лучшей участи, чем брак со стариком. К тому же такой союз ну никак не пойдет на пользу Кайтенгерии. А еще сестра определенно принесет ему удачу.

* * *

- Он жуткий! - прошептала Мира, глядя в спину шагавшего впереди консультанта.
- Да ну! – отмахнулся Томас. – Нормальный парень, просто молодой пока слишком. Оттого и рвется сразу на подвиги. Ничего, еще обтешется и обленится. Вот только я так и не понял, что он может.
- Я тоже, - согласился Ревент. – Но с Мирой и впрямь вышло жутковато. Прорицатель он, что ли, по совместительству?
- Глаза у него какие-то нечеловеческие, вы заметили? – поежилась девушка. – Словно вообще без радужки.
- Просто светло-голубые, - пожал плечами Ирвин, - вполне обычные.
Но криминалист была с этим не согласна. Не только в цвете там дело. Да, светлые, да, на фоне по-детски голубоватых белков почти теряются. Нет, в самом взгляде, которым Мастер Смерти одарил девушку, поцеловав руку, было что-то запредельное, недоступное простым смертным. И оттого пугающее. А еще вызвавшее жгучее любопытство. За него Никс и попыталась мысленно зацепиться, поскольку страхи в себе ненавидела даже больше, чем родственников, считавших ее всего лишь выгодным вложением капитала.
В автомобиле детектив занял законное место впереди, а девушка оказалась на заднем сидении вместе с гостем. Такое соседство напрягало, но Валет сидел ровно, едва ли не руки на коленях сложил, сократить с ней дистанцию не пытался, и это позволило слегка расслабиться.
Путь до резиденции принца Александра, где проходила гражданская панихида, был неблизкий. Замок, а точнее, роскошный особняк, вполне тянувший на небольшой дворец, стоял на холме, довольно далеко от города. Первые минут пять ехали молча – никто не знал, с чего начать разговор. К тому же копы пока не определились, какой линии поведения придерживаться с залетной пташкой: так вроде и нормальный парень, без гонора, но как-то слишком уж круто он взялся.
Не выдержал тишины Ирвин.
- Высочество не обрадуется явлению толпы детективов на гражданскую панихиду, - высказался вдруг.
- Мы не пойдем толпой, - тут же отозвался Валет, которого царившее до этого молчание, похоже, не напрягало. Или напрягало, но он слишком хорошо это скрывал. Некромантка, из-под ресниц наблюдавшая за его лицом, так и не смогла заметить хоть какую-то тень эмоций. Поэтому следующее заявление консультанта ее, мягко говоря, удивило. - На панихиду зайдём только я и леди.
- Меня зовут Мира, - рыкнула девушка.
Постоянное, хоть и непроизвольное указание на ее происхождение начинало бесить.
- Только я и леди Мира, - покладисто поправился консультант.
- Просто Мира!
Видя, что коллега готова всерьез поскандалить с гостем, и понимая, что допустить этого ни в коем случае нельзя, детектив посчитал необходимым вмешаться.
- Может, вам лучше зайти одному? Принцу примелькались все наши физиономии, с любым из нас вы сразу окажетесь персоной нон-грата.
- Мне нужна леди некромант. Есть подозрение, что вдвоем мы сможем получить больше информации от трупа. Скажите, Мира, - резко повернулся к девушке Валет, - вы уже беседовали с ним?
- Разумеется! - возмущенно ответила она. - Рейли уверен, что скончался от обширного инсульта.
- А больше он ничего вам не сообщил?
- По поводу своей смерти – нет.
- А вообще?
- Вообще… - Никс растерялась. - Вообще он очень переживал, что не смог помочь принцу завершить какое-то важное дело.
- И почему этого нет в протоколе?! - вызверился Ревент.
- А что за дело? - одновременно с ним спросил консультант.
- Он не смог сказать, - ответила девушка Тину, проигнорировав непосредственное начальство. - Клятва, затрагивающая даже посмертие. Мерзкая вещь, должна сказать. Сродни проклятию.
- Интересно… А на других жертвах вы подобного не замечали?
- Да к ним как-то не возникло вопросов, на которые не смогли бы дать ответы, - пожала плечами Мира. - А специально присматриваться мне в голову не пришло.
- Никс, я тебя закопаю! - возмутился теперь уже менталист. - Как ты могла не упомянуть о таком?! А теперь высочество ни за что не станет отвечать на новые вопросы. Во всяком случае, до следующего покойника. Тогда хоть официально его на допрос вызвать можно будет.
- Да кто ж знал-то? - понурилась некромантка. - Никогда прежде с подобным не сталкивалась, читала только. Когда поняла, решила все же проверить себя, прошариться по литературе. А отчёт Ирвин затребовал немедленно. Вот туда информация и не попала.
- Ну конечно! Никс слажала, а виноват я! - вспылил детектив.
- Никто не виноват, так просто случилось, - примирительно произнес Валет, которого меньше всего интересовали внутренние дрязги команды. - Мира, скажите, а потоки синхронизировать с другим магом вам приходилось раньше?
- Н-нет, - вконец опешила девушка, но тут же разозлилась. - Вы хоть представляете, какой уровень доверия должен быть между партнёрами, чтобы достичь синхронизации?! Я вас впервые вижу! Можно и не загадывать, ничего у нас не выйдет!
- Вы правы на счёт доверия, - улыбнулся Тин, но как-то неуверенно. - И, скорее всего у нас ничего не вышло бы. Но есть единственное исключение из этого правила, которое с нами и произошло: потоки синхронизировались в тот момент, когда я взял вас за руку. Сами. Такое редко, но случается. Теперь нам не составит труда работать на общей волне.
- Афигеть! - не сдержался Хантер. - А со мной, случайно, так не вышло?
- Увы, - снова улыбнулся консультант. - Все же случай и впрямь редчайший. Теперь понимаете, господа, почему нам с Мирой лучше пойти вдвоем?
- Такой шанс действительно нельзя упускать, - согласился Ревент, а некромантка прикусила губу.
Идея поработать в близком контакте с непонятным Мастером Смерти, с одной стороны, вызывала оправданную тревогу, но с другой – безумно хотелось попробовать. Раньше Мире никто подобного не предлагал – не такого высокого полета она птица, чтобы сильные маги хотели видеть ее в паре, а слабым и в голову не пришло бы пытаться. Каков уровень Валета определить было нереально, но отчего-то казалось, что за свои слова он готов отвечать и все сделает правильно. И все же открываться перед незнакомцем было боязно. Что он увидит в ее эмоциях и памяти? Воспользуется ли чем-то из полученных сведений ей во вред? С другой стороны, консультант тоже подставляется, причем со странной готовностью. Уверен в своей силе? Считает, что ей не пробить встречный поток? Или ему действительно настолько нечего скрывать? А может, для него это не впервые, и он точно знает, что ничего крамольного они друг у друга увидеть не смогут? Впрочем, размышлять можно было до бесконечности, но вредное начальство в лице Ревента уже все решило за нее. Да и прав Ирвин, грех упускать такую возможность. Впору за все хвататься, чтобы раскрыть наконец это гиблое дело.
- Не волнуйтесь, - заметил ее напряженность Штольц, - я не собираюсь лезть к вам в душу и читать эмоции. Мы будем просто работать, Мира.
- Действительно, - хмыкнула девушка. – И я даже знаю, как сделать так, чтобы нас сразу не выставили из резиденции принца.
Том покосился на нее в зеркало заднего вида и весело подмигнул. Ирвин заулыбался. Валентин переводил недоуменный взгляд с одного на другого.
- Скоро все поймете, - хмыкнул детектив, заметив растерянность гостя. – Ну что Никс, остановимся у «Карденса»?
- Сойдет, - хихикнула девушка.
- Только не зависай там слишком долго, идет?
- Полчаса максимум, - подтвердила она.
- Не думаю, что нам стоит задерживаться, - нахмурился консультант.
- Стоит-стоит, - отмахнулся Ревент. – Нам желательно подольше не светить вас как своего сотрудника. Глядишь, и узнаете больше, чем у нас получилось. Вы ведь знакомы с приемами полицейской работы?
- Да, - коротко ответил Штольц, продолжая хмуриться.
А Мира вдруг ощутила тот самый кураж, что был сродни чутью полицейских, но в то же время принадлежал ей одной. О да, господин консультант, вы еще не знаете, что такое настоящий мастер маскировки! Но ничего, сейчас увидите и поймете, что вам не с чего задирать нос.
На счет задранного носа она, конечно преувеличивала. Врать себе Никс никогда не любила, даже в самых безнадежных и унизительных случаях. Нет, Мастер Смерти не был ни зазнайкой, ни снобом. Но отчего-то очень хотелось превзойти его хоть в чем-то, удивить, заставить себя уважать. Глупое желание, ребяческое. Но ведь в данном случае оправданное?
«Омега-Вердано» гордо затормозила на стоянке гипермаркета «Карденс», и Мира, прихватив свою необъятную потертую кожаную сумку, легкой бабочкой выпорхнула из салона, на радостях послав мужчинам на прощание хулиганский воздушный поцелуй. Смешок Томаса она услышала отчетливо, а вот физиономию Валета видеть за тонированными стеклами не могла. А так хотелось! Ну ничего, главное представление впереди.
Некромантка промчалась по всем пяти этажам универмага весенним ветерком, безошибочно выбирая именно то, что подойдет к новому образу: платье, туфли, манто, моментальную нестойкую краску для волос, даже заколки и серьги. Состроив глазки какому-то унылому типу, проскочила без очереди к кассе, расплатилась собственной картой – гулять, так гулять, шокировать гостя, так шокировать, но подобные траты из бюджета управление ей не простит – и так же стремительно рванула в дамскую комнату. На преображение даже получаса не понадобилось. Ровно через двадцать пять минут к «Омега-Вердано» походкой от бедра направлялась совершенно новая женщина. Вместо пацанки в узких джинсах и кожаной куртке перед копами предстала очаровательная юная девушка в летящем голубом платье и туфлях на высокой шпильке. Плечи ее прикрывало короткое темно-синее кашемировое манто, и весь наряд как-то подозрительно гармонично сочетался с одеждой Валентина. Из жгучей брюнетки Мира превратилась в рыжую, а глаза из почти черных стали сине-зелёными. Даже короткая стрижка была зачесана как-то иначе, подколота шпильками с нежными незабудками и совершенно не походила на прежнюю. Лицо стало казаться худее и рельефнее из-за искусно наложенного макияжа, а чуть капризное выражение нарисованного изгиба губ безошибочно указывало на их принадлежность светской бездельнице.
Когда девушка плавно опустилась на заднее сидение машины, несчастный консультант шарахнулся к противоположной двери и уставился на нее круглыми глазами. Мира даже не взглянула в его сторону, демонстративно пялясь куда-то поверх голов сидящих впереди мужчин. Впрочем, те синхронно обернулись и окинули ее одобрительными взглядами. Томас даже изобразил аплодисменты тремя медленными хлопками.
- Да, Никс, в этот раз ты превзошла саму себя, - усмехнулся Ирвин.
- Никс?! – отмер Валет, и его ошалелый взгляд бальзамом пролился на душу лицедейки.
- Ну вот такая у нас некромантка-криминалистка, - рассмеялся Ревент. – Многоликая, да.
- Мира, я восхищён! - искренне произнес Штольц. - Ваше искусство преображения выше всяких похвал.
Отчего-то стало обидно, что его впечатлило только это. Интересно, что он видел раньше и что увидел сейчас? Мира не страдала комплексом неполноценности по поводу своей внешности. Если ее что и не устраивало, так только маленький рост. На фоне высоких коллег она смотрелась комнатной собачкой, особенно в форме (которую в отделе никто не носил никогда. Ну, за исключением совсем уж парадных случаев) или в простой и удобной повседневной одежде. Зато в платье рядом с Ревентом и Хантером выглядела нежной и хрупкой, красоткой, случайно оказавшейся в компании этих бультерьеров. Линда, жена Хантера, увидела их вместе впервые, когда Никс была именно в таком амплуа, и даже приревновала. Впрочем, женщины быстро между собой разобрались и в итоге подружились, насколько это было возможно. Да и не интересовал ее Томас. Не то что Ирвин.
Придя в отдел стажером, Никс влюбилась в шефа сразу и безоговорочно. Вот только Ревент был безнадежно женат на своей работе и пополнению в маленькой команде не обрадовался. Точнее, не обрадовался необтесанной жизнью девчонке. Так-то некроманта он себе требовал давно.
Мире понадобилось почти полгода, чтобы доказать, что чего-то стоит, и умение преображаться сыграло в этом не последнюю роль. В итоге мужчины ее приняли, поверили в профессионализм, вот только и относиться как к представительнице прекрасного пола перестали совсем. Никс стала «своим парнем», человеком, которому можно доверить прикрывать спину. По-своему Ирвин и Том даже гордились тем, что рядом с ними работает очаровательная девушка, вслед которой заглядывалась половина отделения, и при этом никому не позволяли ее обижать, раз и навсегда доведя до сознания коллег, что Мира неприкосновенна.
Как-то Ревент даже набил морду Шершню за какую-то сальную шуточку в адрес юной некромантки. Она тогда неделю лелеяла надежду, что это не просто так, мечтала об особом отношении Ирвина. Но в итоге вынуждена была смириться с тем, что шеф просто никогда не дает в обиду своих. Постепенно она привыкла, научилась не искать детектива глазами каждую минуту и не воспринимать любые его слова как откровение господне, но глупое сердце продолжало вздрагивать при каждой встрече.
А теперь вот захотелось, чтобы женщину в ней увидел мальчишка-консультант. Сообразив, что именно ее возмутило, Мира нахмурилась и предалась анализу собственных ощущений. А поразмыслив, пришла к неутешительному выводу, что была бы не против вызвать с помощью Валета ревность Ирвина. Гость, конечно, невысок, но, насколько удалось разглядеть под плащом, неплохо сложен, к тому же мордашка у него была довольно симпатичной. Ну, если забыть о слишком светлых, почти нечеловеческих глазах. Никс подумала, что вместе они могли бы составить довольно гармоничную пару.
- Лучше бы вы сказали, что я красотка, Валет, - несколько запоздало ответила она на реплику консультанта.
- А разве это не очевидно? – искренне удивился тот.
- Ну хватит! - детектив резко обернулся и внимательно посмотрел на странную парочку, расположившуюся на заднем сидении. - Значит, так. Особой необходимости кому-либо представляться у вас нет, но, если возникнут вопросы, вы у нас столичные знакомцы Финна Рейли. Поскольку парень приехал сюда вместе с Александром, таковые вполне могут случиться. Скажем, вы, Валет, его одноклассник, а Мира может быть просто вашей девушкой. Если что, наш покойничек окончил Бесхемскую школу. Знаете такую?
- Конечно, - кивнул тот. – Так он был аристократом?
- Да, сыном какого-то служаки.
- Ладно, придется представляться бароном, - недовольно поморщился Валет. Мира покосилась на гостя и задумчиво закусила губу. Интересно, аристократов он недолюбливает также, как Ревент с Хантером, или тут что-то другое? И ведь то, что фамилия у него баронская, прекрасно осведомлен. Может, внебрачный сын того самого Штольца, о котором говорил Ирвин? Загадок, связанных с консультантом, становилось все больше, но теперь это не пугало, а только раззадоривало. Никс пообещала себе во всем разобраться. Но главное, конечно, в его магии. Что же ты такое, Мастер Смерти? - Только вот я сомневаюсь, что потяну на одноклассника Рейли. Все же разница в возрасте, знаете ли. Не выгляжу я на тридцать.
Девушка прищурилась, изучила лицо гостя, кивнула своим мыслям и полезла в сумку за косметичкой. Потом решительно потребовала:
- Придвиньтесь, Валет, будем делать из вас старичка.
- Что? – не понял тот, отпрянув, вместо того, чтобы выполнить приказ некромантки.
- Но-но! Я бы попросил! – возмутился Томас – самый старший в команде.
Но Мира не обратила внимания ни на слова, ни на маневры. Резким броском она сгребла Штольца за ворот плаща и притянула к себе. От неожиданности тот, кажется впал в ступор, да так и застыл в неудобной позе, наклонившись вбок с разворотом.
- Отлично, так и сидите, только глаза закройте, - велела Никс и принялась вдохновенно наносить краску на лицо консультанта. – Вот так! – постановила буквально через пять минут. – Мальчики, оцените. И, Ирвин, поделись своими пижонскими очками.
- Ага, точно, - согласился детектив и бесцеремонно нацепил на нос консультанта хамелеоны в тонкой золотой оправе. – Теперь, Валет, можете на себя полюбоваться, - кивнул удовлетворенно на зеркало заднего вида.
И Мира во второй раз за полчаса пришла в экстаз от растерянной физиономии нового знакомого.


Вот как ползу, так и отражаю!

 
kagami Дата: Четверг, 08 Дек 2022, 8:52 AM | Сообщение # 5
Кривое зеркало
Группа: Святая Инквизиция
Сообщений: 10034
Статус: Offline
..:: Дополнительно ::..
Глава третья

* * *

Наконец они доехали до стоящей на холме резиденции принца, и машина Хантера плавно вписалась в ряд таких же дорогущих красавиц. Им повезло: успели до официальной панихиды, принц Александр наверняка пока не спустился в холл, где был установлен гроб с телом. Впрочем, среди ранних посетителей наверняка были и приближенные высочества, так что, о явлении незнакомцев ему, скорее всего, доложат. Если не сумеют узнать Миру. А они не сумеют.
Некромантка оказалась гением маскировки. Даже свой кошмарный баул, который дамской сумочкой можно было назвать только сослепу, она вывернула на изнанку, и тот превратился в эдакий кружевной пляжно-курортный аксессуар, вполне гармонирующий с новым образом. Правда, для Валета так и осталось тайной, как в нем помещается вся та гора хлама, что образовалась между ними на сидении в процессе этого самого превращения.
В целом таланты новоявленной напарницы Тина порадовали. Но его комплемент явно не порадовал девушку, заставив Мастера Смерти занервничать. И что он опять сделал не так? Однако этот вопрос разрешился быстро, лишний раз убедив Валета в необъяснимом тщеславии женщин. Валентина тоже всегда интересовалась, как она выглядит, перед тем как выйти из дому. И Тин исправно заверял ее в том, что она неотразима. Зачем нужно это повторение, он не знал, как не понимал и того, что кто-то может не посчитать сестру красавицей. Для него самого она всегда была самой лучшей во всем, а заинтересованные взгляды Бромли только укрепляли эту уверенность.
Ну вот и Никс зачем-то понадобилось, чтобы он вслух оценил ее внешность. Странные все же существа, эти девушки. Вон, даже Ревент возмутился. Интересно, а трудно этим парням работать с Мирой? Так-то команда выглядит вполне сплоченной.
Зато когда его самого разрисовала – мастерски, надо сказать, - была довольна, как обожравшийся сметаны кот.
Тин незаметно вздохнул. Ему уже приходилось сталкиваться с недоверием из-за своего слишком юного возраста и еще более несолидной внешности. И почему люди считают, что знания приходят только со временем? Он же не виноват, что усваивает любой материал быстрее других. Ну вот так мозги устроены: если интересно, все с первого раза запоминается и систематизируется. Он и пятый диплом защитить мог бы – по истории магических талантов – вот только профессоров пугать не хотелось (и так косо смотрели). Да и не пригодилась бы ему такая специальность в жизни – для себя он в предмете разбирается на неплохом уровне, а кому надо, пусть сам копается, или на поклон приходит через сарафанное радио. В свое время самому Валету повезло встретить знающего человека именно благодаря молве.
Есть, правда, еще такой страшный зверь – опыт. И тут тоже все уверены, что он дается только многими годами жизни. С опытом у Тина и впрямь были проблемы. Особенно в том, что касалось общения с людьми. И в этом тоже был виноват дар.
Поначалу-то он рос вполне обычным ребенком. Жили они тогда в Тельбуне, Валентина заканчивала университет, работала над дипломом. Брат был самостоятельным мальчиком и не сетовал, что приходится иногда допоздна оставаться одному. Нередко он в середине дня прибегал на занятия – приносил сестре ланч, приготовленный домработницей. Все изменилось в одночасье. В тот день он тоже должен был встретиться с Валей в парке около экономического факультета. А идти до него нужно было мимо корпуса химфака. Тут-то Тина и накрыло.
К Валентине он примчался взмыленным и напуганным.
- Валя! Валечка! Пожалуйста, очень прошу, пошли домой! - выпалил прежде, чем сестра успела поинтересоваться, что случилось. - Тебе нельзя здесь оставаться! Смерть близко! Много смертей! Валечка, пожалуйста!
Доходчивей объяснить он бы все равно не смог: слишком много эмоций, слишком много страха – своего и чужого. А Валентину испугали не разговоры о смерти, а взвинченное состояние самого Тина. Сильно испугали: она, наплевав на оставшуюся пару и дополнительное занятие с руководителем диплома, потащила мальчика домой, грешным делом размышляя, не лучше ли было бы сразу отправиться к врачу.
По возвращении в квартиру видения словно бы отступили, Тин успокоился, начал улыбаться, весело болтал с сестрой о своих школьных делах. Но стоило той озвучить желание вернуться в университет, снова разрыдался и чуть ли не лег в дверях, не желая отпускать.
Взрыв в корпусе химфака произошел около шести вечера, как раз в то время, когда Валя должна была находиться по соседству на дополнительном занятии.
- Что это?! - ахнула она и бросилась к окну, надеясь рассмотреть, где и что рвануло.
- Твой руководитель диплома умер, - вдруг совершенно спокойно сообщил Валентин. - Ему стекло в голову попало.
Он видел это отчетливо, и теперь, когда все уже случилось, страх отступил: ребенок не мог оценить масштабов трагедии, главным было то, что цела осталась сестра. А молодая женщина осела на пол, с ужасом глядя на брата.
- Откуда ты знаешь, Тин? - спросила, с трудом проталкивая слова из горла.
- Увидел, - пожал плечами мальчик, - когда мимо проходил. Там сегодня многие умерли, - и вдруг, разрыдавшись в голос, кинулся к сестре, обнял, прижался всем телом. - Валя, Валечка, ты тоже могла… там. Я так испугался!
Далеко не сразу они поняли, что это не обычный дар предвидения. Тин видел только смерть, а вскоре стало понятно, что он может спасать отдельных людей, заранее предупредив об опасности.
К сожалению, сцена в парке не осталась без внимания. Кто-то ее наблюдал, рассказал другим, и это повлекло за собой нездоровый интерес к мальчику. Вот тут-то им и повезло случайно узнать, что на факультете некромантии есть знающий человек. До профессора Энга тоже дошли слухи о странном видении малыша, и когда к ученому обратилась с этим вопросом студентка, он сам попросил привести к нему Валентина. Для Энга редкие магические таланты были хобби, но, как истинный учёный, он глубоко погрузился в тему, фанатично собирая сведения о необычных и нечасто встречающихся дарах. О Мастерах Смерти он знал, но, к сожалению, крайне мало. Впрочем, уже то, что смог определить, в чем заключается дар маленького Тина, стала немалым подспорьем. Именно профессор предупредил, что такой талант лучше держать в секрете, слишком уж много желающих им попользоваться окажется вокруг. И он же посоветовал искать информацию о способности мальчика в столичном университете, находящимся под патронажем короны.
Так что, едва Валентина получила диплом, брат и сестра отправились в Бартвенну. Валя сразу отмела мысль о том, чтобы отдать Тина в обычную школу. Запросив помощь своего поверенного, она сумела выхлопотать для мальчика рекомендацию врачей о домашнем обучении. Несмотря на значительное подспорье, которым стала столичная квартира, принадлежавшая прежде матери, а теперь Тину, денег на частных педагогов из своего содержания девушка выделить не могла – то, что более чем достаточно для юной девушки, никак не хватит на двоих, особенно, если один из них ребенок. И хотя элитная недвижимость матери в Мариании приносила стабильный доход, Валентина откладывала эти деньги на оплату университета – в том, что брат не остановится на среднем образовании, она не сомневалась. Молодая женщина договорилась в школе о заочном обучении и стала заниматься с братом сама. А когда отцовский капитал полностью перешёл в ее владение, начала играть на бирже, и довольно успешно. Больше они с Тином не знали нужды в деньгах.
Но возникла другая проблема. Мальчик не умел общаться со сверстниками, терялся, если возникала необходимость в коммуникации с другими людьми. Он даже не знал, как купить что-то в супермаркете! По сути Валентин боялся собственного дара, тех вспышек видения смерти чужих людей, которые могли возникнуть спонтанно и в любой момент времени. В то же время, дар следовало развивать, нужно было учиться его контролировать, а не используя, это сделать было невозможно.
Не раз и не два выезжали они далеко за пределы столицы в небольшие городки и селения, где Тин учился самым простым бытовым вещам и постепенно постигал собственные способности. Тот самый опыт, который многим дается с раннего детства, ему приходилось нарабатывать в ускоренном темпе, вполне сознательно анализируя как свое поведение, так и поведение окружающих, запоминая, примеряя к разным ситуациям.
Кроме того, он научился сдерживать большинство внезапных озарений, при первом контакте они теперь случались крайне редко. Усмирил требование дара немедленно сообщать об увиденном потенциальным жертвам, если картины гибели оказывались нечёткими и если смерти не были массовыми.
Позднее, когда уже взял его под свою опеку, Бромли тоже допустил ошибку: так никому и не сказал о необычности мага, с которым сотрудничает. Круг знакомых Тина не стал больше, его навыки коммуникации не улучшились. Что уж говорить о сокурсниках, приезжавших на сессии со всей страны и мало интересовавшихся малолетним выскочкой. Так что даже после блестящего окончания высшего учебного заведения, Тин оставался по сути подростком – нелюдимым, слегка аутичным, плохо представлявшим, как нужно сосуществовать с другими людьми. И прекрасно это понимал.
Зато теоретическими знаниями его голова была напичкана под завязку. Что ж, пришло время их использовать. Раз уж он выглядит сейчас старше своего возраста, придется и вести себя соответственно. В конце концов, он посмотрел достаточно много фильмов и начитался художественной литературы тоже, чтобы представлять, как должен вести себя в паре кавалер. И Валет впервые в жизни приготовился сыграть роль на полной импровизации.
- Удачи! - пожелал Ирвин, когда Валентин обошел машину и открыл дверь Мире, как галантный кавалер.
Томас просто продемонстрировал скрещенные пальцы.
Некромантка выпорхнула из авто и одарила консультанта ослепительной улыбкой. После чего довольно бесцеремонно повисла на его локте.
- Так не пойдет, - тут же негромко произнес Тин. – Нужен телесный контакт. Поэтому просто возьмите меня за руку и не отпускайте, пока не разрешу.
- Как первоклашки! - фыркнула девушка, но приказ выполнила.
Даже поболтала их сцепленными руками, словно проверяя на прочность.
Валет снова беззвучно вздохнул: было немного обидно, что он не понял реплику о первоклашках. Не знал он, как они себя ведут. Не знал! Но в простом жесте Миры было что-то веселое и бесшабашное. Что-то, чего у него в жизни никогда не было и уже не будет.
Но тут же вспомнил, что знает кое-что другое. Пусть в теории, но разве это важно? Уже по широким ступеням к распахнутой стеклянной двери холла, он покосился на находящихся вокруг и тихо беседующих людей, сплел свои пальцы с пальцами Миры и, приподняв их соединенные руки, легонько коснулся губами ее костяшек.
- Дорогая, зайчик мой солнечный, я понимаю, что ты никогда не была знакома с Финном, но все же вспомни, что мы на панихиде, побудь паинькой. У тебя получится, милая.
Неподалеку кто-то фыркнул, но Тину было все равно. Он сам удивился, насколько достоверно сыграл этот маленький пассаж. Голос его прозвучал сейчас глубоко и властно, совсем, как под действием дара. А может, так оно и было: близкий контакт, легкая ласка, удивление в глазах партнерши – все это подстегнуло непослушную силу, заставило ее потянуться к девушке, к ее способности говорить с мертвыми, с теми, кого не успел или не смог спасти его собственный дар. Две стороны одной медали, день и ночь, жизнь и смерть – грань. В этот миг они перестали быть некроманткой и Мастером Смерти. Они стали этой гранью, тончайшим лезвием, открывающим обзор на обе стороны. И, подходя к гробу с телом каждый из них смотрел через призму другого.
Валет не знал, что именно видела или спрашивала у покойного Рейли Мира, но сам разглядел странное. Словно последний узел жизни секретаря внезапно превратился в скользящий, а потом медленно, но верно поехал из будущего в настоящее, пока не споткнулся о крошечную зацепку, вызвавшую роковой инсульт. Финн Рейли и так умер бы от кровоизлияния в мозг, но это должно было произойти еще очень нескоро, лет через сорок-пятьдесят – точнее смотреть Тин не стал. Во-первых, побоялся увлечься и пропустить что-то в окружающей ситуации, а во-вторых, не хотел, чтобы Никс, теоретически способная отслеживать все его действия, разобралась, в чем заключается дар Мастера Смерти. Не нужно ей таких знаний. И никому не нужно.
Но самое удивительное было в том, что Валет не заметил каких-либо следов стороннего влияния. Нет, не так: влияние определенно было, но какое и кто мог подобное проделать, молодой человек не знал. Открытие настолько потрясло Тина, что он едва не прервал контакт с некроманткой, но вовремя вспомнил, что она тоже работает в этой новой для себя сфере. Искушение подсмотреть, что именно она делает и чувствует было настолько велико, что Мастер Смерти заставил себя отключиться от потока собственной силы, синхронизированной с силой девушки. Пусть делает, что может. Конечно, стоило бы ее предупредить, что он свою часть закончил, но шептаться при таком скоплении народа будет слишком уж некрасиво и подозрительно. Наверное, существовали какие-то другие способы общения в синхроне, но их Тин не знал, а экспериментировать на глазах у незнакомых людей побоялся.
Зато теперь, не концентрируясь на работе, он смог наконец обратить внимание на окружающих. Народу было немного: несколько мужчин у панорамного окна тихо беседовали друг с другом. В углу в креслах и на диване сидели две, судя по всему, семейные пары – немолодые, откровенно расстроенные. Еще две женщины помоложе и трое мужчин с любопытством смотрели на незнакомую парочку. Тин понял, что лучше уйти, пока не пришлось объясняться с этими людьми. Как бы ему ни хотелось сыграть запланированную роль, уверенность в своих способностях импровизатора и безупречности грима внезапно испарилась, уступив место напряжению. Что-то было не так. Точнее, стало не так, как только они привлекли внимание… чье? Штольц попробовал незаметно оглянуться, но новых действующих лиц в холле не заметил.
А потом ему вдруг захотелось задержаться. Сильно захотелось. И иррационально. Чувство было словно бы и не его, а… навязанное! Где-то поблизости явно работал менталист, и целью его были именно они с Мирой.
Другой на месте Валета и не обратил бы внимания на влияние, но Мастер Смерти защитил свой четвертый диплом не только просиживая штаны в библиотеке. Теория-то она, конечно, теория, но без наглядной работы в лаборатории разобраться с ней не просто. А Тин разбирался, зачастую именно на себе испытывая воздействие потоков разных сил, в том числе и ментальной. Не то, чтобы он научился ставить блоки – подобное мог позволить себе только ментальный маг, на любом другом они бы не удержались. Разумеется, Валет в совершенстве освоил приемы частичной блокировки, но они могли лишь отчасти снизить воздействие как на магов, так и на бесталанных, но это капля в море. Да и слабенькие они, приемы эти, хороший специалист пробьется. Особенно, если не станет жалеть допрашиваемого. Можно, конечно, накрутить себя до предела, чтобы мыслечтец ничего не мог разобрать за эмоциями, но несколько раз позволив себе сильные чувства, Штольц пришел к выводу, что они слишком застят логическое мышление, и с тех пор старался всегда держать себя в руках. Однако в своей последней дипломной работе Тин доказал, что собственный дар того, на кого направлено воздействие, может войти в резонанс с внешним потоком и приглушить его. Пусть Мастер Смерти не научился общаться с людьми, но в науке он все делал на совесть и сейчас не растерялся, начал снижать давление чужой силы.
Было сложно: поскольку они с Мирой работали в синхроне, приходилось вытягивать двоих сразу. Тем более, что напарница забеспокоилась, потянула за руку назад.
- Дорогая, тебе не стоит здесь оставаться. Я же знаю, как остро ты реагируешь на любую трагедию, душа моя, - Валет, быстро поднес к губам их сцепленные руки, согрел пальцы дыханием. Отцеплять некромантку пришлось едва ли не силой, во всяком случае встряхнуть ладони, вырываясь из захвата понадобилось резко. И тут же Валентин обхватил девушку за плечи освободившейся рукой и тесно прижал к себе. - Уходим, - шепнул едва слышно.
- Конечно, милый, как скажешь, - пропела Мира, одарив его таким злым взглядом, что стало не по себе.
Казалось, Тин не прибавил шага, но дверь стремительно приблизилась. Ментальное давление усилилось, некромантка попыталась притормозить движение и уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но Валет распахнул дверь и почти силком вытащил ее на крыльцо.
- Быстро звоните коллегам и скажите, чтобы Том зашел, сделал вид, что это плановый обход и поискал менталиста, - потребовал он.
- Что?!
- И такси вызовите, по двойному тарифу высокой срочности.
- Зачем?!
- Нельзя, чтобы нас связали с копами. Чем-то мы сильно заинтересовали хозяев.
На миг на лице девушки мелькнула растерянность, но через секунду Никс выругалась и тут же достала телефон из сумочки и принялась звонить – быстро, четко, без эмоций объясняя коллегам ситуацию.
- Чертов Тэрон! Я совсем о нем не подумала! –прошипела, прикусив губу. – Хорошо хоть давил не сильно, шифровался, гад! Вы как, сможете скинуть внушение?
Мастер Смерти пожал плечами и вдруг совершенно другим голосом произнес:
- Дорогая, обещаю, сегодняшний вечер станет для тебя праздником. Мне так жаль, что тебе пришлось пережить это посещение, но, поверь, это было необходимо. Просто неприлично находиться в городе и не проводить в последний путь старого знакомого.
Несмотря на велеречивые излияния, Тин продолжал стремительно двигаться по подъездной аллее к высоким кованным воротам, сейчас стоявшим нараспашку. Ему не нужно было оборачиваться, чтобы почувствовать сверлящие спину взгляды. Двое, их было двое. Дар взбрыкнул, и даже с такого расстояния Мастер Смерти почувствовал, что одному из этих людей не суждено дожить до конца недели. Первым порывом было обернуться и предупредить, тем более, что их как раз окликнули. На миг Валет даже замедлился. Но рядом была Мира, и попадаться в лапы этих заинтересованных товарищей прямо в день приезда никак не входило в его планы. Поэтому просто пообещал себе, что, если получится, он все же даст парню знать, что того ждет смертельная неприятность – на более точный анализ Тина сейчас не хватило бы.


Вот как ползу, так и отражаю!

 
kagami Дата: Четверг, 08 Дек 2022, 8:53 AM | Сообщение # 6
Кривое зеркало
Группа: Святая Инквизиция
Сообщений: 10034
Статус: Offline
..:: Дополнительно ::..
* * *

Только после того, как Валет сказал о менталисте, до Миры дошло, что она не просто так хочет вернуться. Откровенно говоря, она жутко злилась на Мастера Смерти за то, что тот в одностороннем порядке позволил себе прервать синхронизацию. Впрочем, на себя она тут же разозлилась тоже. Ведь по большому счету все, что хотела и могла узнать у покойного Финна, выяснила еще минут десть назад, а потом просто наслаждалась ощущением новой силы, точнее старой, но ведущей себя незнакомо, все пребывающей. Была у девушки не слишком честная мыслишка заглянуть в эмоции напарника, но некромантка тоже неплохо знала теорию и понимала, что, во-первых, такое вторжение не останется незамеченным, а значит на дальнейшее доверие и совместную работу с Валетом рассчитывать уже не придется, а во-вторых, трезво оценивала свои силы и не сомневалась, что не сможет удержаться от слияния, потеряется в чужой личности – именно она, а не Валет, сила которого была огромной… нечеловечески! Потоки, идеально структурированные в верхних слоях ауры, уходя в глубину, расплетались широкими лентами, чтобы влиться в океан. Океан этот и был способностями странного паренька, и Мире показалось, что дар почти спал, не осознавая себя. Даже собственной глубины не осознавая. Впрочем, можно ли было ее измерить в принципе? Дар самой Никс оценивался по шкале Оэра примерно в пять фелов и продолжал потихоньку расти – уверенный такой середнячок, плавно переходящий к отметке «сильный маг». Потолком некромантки на данном этапе было воздействие с силой до трех с половиной сотен тэф , хотя сразу по окончании академии она и до трех с рудом дотягивала. Но тренировок не оставляла и постепенно раскачивала мощность дара. Мире было, чем гордиться. Но даже примерно она не смогла бы оценить возможности Штольца. Сила Никс утонула бы в океане его дара. В этом спокойном, спящем пока океане, от которого невозможно было отвести взгляд.
Именно из созерцания некромантку и выдернул консультант, и не будь его физиономия при этом такой сосредоточенной и серьезной, мог бы и схлопотать локтем в живот или еще как. Девушка уже почти прицелилась каблуком к носку начищенного черного ботинка, когда Валет заговорил. А стоило понять, о чем речь, эйфория тут же пропала и началась работа. Что за ними пошли, Никс поняла – по тому, как ускорился новый знакомый, по сжавшейся на ее плече руке. И тоже шаг прибавила. До ворот оставалось всего ничего, когда их окликнули. Показалось, что напарник решил обернуться, заговорить. Этого допустить было никак нельзя.
- Я падаю в обморок, вы несете меня в такси с криками, что это приступ, - прошипела она в ухо Валету.
- Приступ чего? - растерянно спросил тот, но прежде, чем это чудо остановится и начнет выяснять подробности, Мира, застонала и всем весом навалилась на партнера, сделав вид, что не в состоянии идти.
В последний момент мелькнула мысль, что будет весело, если Валет не сможет ее удержать: на культуриста он как-то не тянул. Впрочем, если уж ее не удержит… Всего-то сорок шесть килограммов!
Но тот не растерялся.
- Дорогая! – взвизгнул почти на ультразвуке и подхватил на руки. – О боже! Только не сейчас! Только не приступ! Такси! Такси! - последние метров семь до машины он преодолел едва ли не в два прыжка, почти забросил Никс на заднее сидение и плюхнулся рядом. – Нам нужно к врачу! Срочно! – и уже совершенно нормальным голосом произнес: - Это мы вас вызвали. Уезжаем, быстрее.
В подтверждение его слов Мира сунула таксисту под нос свою бляху. Уговаривать парня не пришлось, и автомобиль с визгом сорвался с места. В зеркальце заднего вида девушка успела заметить, что двое крупных мужчин, не добежавшие до них метров десять, резко свернули в сторону и куда-то помчались в том же темпе.
- На хвост сядут, - тут же определила опытным взглядом.
- Те двое?
- Да. Слушай, мужик! – она перегнулась вперед, показывая шоферу на дорогу. - Видишь вон тот поворот? Сворачиваешь резко, тормозишь и сразу делаешь ноги. Дальше поведу я.
- Но… - начал было водила.
- Считай, что полиция конфисковала твою машину для нужд секретной операции. На вот держи, - она вытащила из сумочки записную книжку и быстро что-то в ней черкнула. – Завтра зайди в полицейское управление. Я оставлю рапорт об изъятии транспортного средства.
На физиономии таксиста было написано отнюдь не счастье, но перечить он побоялся. Еще бы! Записную книжку в руках Никс сменил пистолет. Стараясь не сильно высовываться из-за спинки сидения (немощная же, к врачу везут), она оглянулась на дорогу. Из ворот выезжал вроде бы неприметный серый седан – из тех, у которых начинка никак не соответствует внешнему виду. Мира закусила губу: об автопарке принца она знала, и не только по этому расследованию – о его машинах в городе ходили легенды. Иногда – страшные. А вот такси явно разменяло второй десяток. М-да…
Когда машина остановилось, с заднего сидения сорвались оба. Консультант даже успел что-то шепнуть водителю и похлопать его по плечу. Но ремень безопасности застегнул одновременно с Никс. Быстрый! А так не скажешь.
- А вы точно умеете водить? – спросил вдруг робко.
Мира, в крови которой уже даже не пел – ревел адреналин в предвкушении гонки, рассмеялась.
- Вот сейчас и оцените, - подмигнула растерянному спутнику.
Автомобиль сорвался с места и запетлял среди странных, явно давно не используемых строений. Некоторые из них были приземистыми, одноэтажными. Выбитые стекла в окнах, раскрошившиеся ступени, пыль и плесень. Иные выглядели менее разрушенными, наивно сохраняя остатки прежнего лоска – местами обвалившуюся облицовку, почти стершиеся барельефы на фасадах. Другие и вовсе напоминали скелеты каких-то монстров, но не костяные – железные. Ржавчина, облетая с них, ложилась на землю кровавыми пятнами, ярко вспыхивавшими под лучами уже скатившегося к горизонту и заалевшего солнца. Если когда-то и существовал некий план застройки этого места, то теперь расположение зданий казалось хаотичным. Проезды между ними давно нельзя было назвать дорогами, редкие островки асфальта возникали под колесами злыми, ориентированными в никуда трамплинами.
Но Никс хорошо знала этот лабиринт. Иногда несколько команд из управления устраивали здесь в свои выходные игры в страйкбол, что даже поощрялось начальством. Зато им же весьма порицались гонки на скутерах и даже автомобилях в этом богом забытом районе. Впрочем, катались копы на собственном транспорте, не рискуя гробить на бездорожье казенное имущество. Это ж потом в жизни не расплатишься, втридорога сдерут!
- Что это за место такое вообще? Это же не в городе, да? – через пару минут догадался спросить консультант.
- Рудничный поселок. Бывший. Не бойтесь, я хорошо его знаю, не потеряемся.
- Я и не боюсь, - с искренним равнодушием ответил Валет. - Надеюсь, правда, что в какую-нибудь дыру мы не опрокинемся. Куда мы хоть едем-то?
- Есть здесь одна тропиночка… Нам нужно на нее выскочить так, чтобы не увидели. Получим фору минут в пятнадцать-двадцать. Машину спрячем еще в поселке, а там уже город. Проулками доберемся до гипермаркета, сменим прикид, лица новые нарисуем. И все, пусть ищут потом.
- Мы больше не будем обманывать их своей внешностью?
- Если понадобится, будем конечно, но уже другой, - Мира даже умудрилась пожать плечами, хотя в этот момент машина подпрыгнула на какой-то совсем уж выдающейся кочке. – А в чем проблема?
- Так если не догонят, пойдут проверять больницы. И кабинеты врачей. Уж думаю, у его высочества, пусть и опального, на такую работу людей хватит. И поймут, что мы самозванцы.
- Полагаю, уже поняли, - фыркнула девушка.
- А новая внешность… лица-то да, это вы умеете великолепно. Но еще же фигуры…
- И фигуры можно изменить. А лучше всего у нас с даром вышло: если и успели что-то понять, то будут искать ту общность, которая возникла в результате синхронизации. Наверняка же они не просекли, что работали двое. Меня же не вычислили.
- Уверены?
- Абсолютно.
- Интересный эффект, - произнес Мастер Смерти и надолго задумался.
Причем так глубоко, что Никс даже обидно стало: а чего это он совсем не ценит, как она тут по буеракам на раздолбанном такси зайчиком скачет. Поджав губы, она отвернулась от нового напарника и выжала из автомобиля максимум того, на что тот был способен. Такси взвыло и заскрипело, что-то отчаянно загремело в багажнике, но вписаться в нужный поворот удалось до того, как на перекресток выскочил серый седан. Мира, не сбавляя скорости, въехала в гигантский, лишенный створок проем какого-то то ли ангара, то ли склада, то ли давно раскуроченного цеха и направила машину в стену. Валет вздрогнул, зрачки его расширились, но спросить ничего не успел: на крышу авто посыпались пласты древнего, уже крошащегося поролона, полностью погребя автомобиль под собой. Некромантка самодовольно покосилась на пассажира.
- Ну как вам?
- И что дальше? – не впечатлился тот.
- Будем выбираться. Где-то здесь должна быть дверь в соседнее помещение, а как из него выйдем, до городских окраин уже рукой подать.
Дверь действительно нашлась, и даже недалеко от такси. Правда впечатлений от путешествия через завалы губки Валет на всю жизнь нахватался и с такой брезгливостью отряхивал с плаща налипшие кое-где клочки, что Никс не выдержала.
- Да снимите вы его! – воскликнула шепотом – они как раз добрались до выхода из здания и сейчас девушка осторожно выглядывала в проем.
- А потом в руках таскать? – возмутился Штольц.
- В сумку суну, - парень недоверчиво покосился на кружевной баул, но Мира знала точно, что при желании и самого консультанта туда упихает. Однако с плащом тот расставаться отказался. – Вроде никого. А теперь – бегом!
И, схватив Мастера Смерти за руку она рванула через небольшой пустырь к разделенным огородиками домишкам частного сектора. Пришлось изрядно попетлять по узеньким проходам между заборами, а кое-где и по банальным тропинкам, прежде чем они достигли некоего подобия улицы. Мира ехидно отметила, что не только плащ, но и пижонские ботинки, и брюки со стрелками изрядно подрастеряли свой первоначальный лоск, нарастив броню из жирной, фактически сельской грязи. Только шляпа по-прежнему сидела на голове напарника, словно приклеенная, и теперь уже совершенно не вязалась с остальным обликом.
Им повезло: какой-то мужик на еще более разваленной таратайке, чем почившее в поролоне такси, выезжал со двора, и некромантка быстренько договорилась с ним, что тот за малую мзду довезет пассажиров до гипермаркета. Бальзамом на душу стало то, что расплатиться ей Валет не позволил. Увы, это оказалось последней приятностью: на парковке торчал знакомы серый седан. Мира выругалась и, надавив на плечи компаньона, заставила того присесть между машинами.
- Снимайте плащ! – велела непререкаемо.
- Да он уже от всего остального не сильно по чистоте отличается, - поморщился Валет.
- Снимайте, снимайте, будем менять вам фигуру. И шляпу мне отдайте, она приметная, - после чего надолго зарылась в свой необъятный баул.
Наконец девушка вытащила из него некую странную конструкцию из полотна телесного цвета. Консультант к тому моменту уже успел выкрутиться из плаща, что было не так уж просто сделать, сидя на корточках, и Мира одежку тут же отобрала. Ловко сложила, аккуратно заполнив подобие крошечного гамака тканью.
- А теперь поднимите рубашку и свитер, чтобы я до живота могла добраться.
Валет покраснел, и Мира умилилась такой скромности, но щадить ее и не подумала.
- Что вы делаете? – хрипло поинтересовался напарник, когда она прижалась к нему всем телом, обводя вокруг талии завязки конструкции.
- Живот, - хихикнула девушка. – Вы у нас теперь слегка пузатенький. Хотели же сменить фигуру. И не вздумайте заправляться! Пусть все так и болтается, а то сразу заметно станет накладка, - потом отстранилась, окинула Валета взглядом и нахмурилась. – Вам очень дорог этот свитер?
- Эм… - растерялся тот.
- Слишком шикарно выглядит, - пояснила девушка. – Не сочетается с заляпанными брюками. Кстати, а это идея! - она поискала что-то глазами, нашла лужу и, намочив в грязной воде бумажную салфетку, широким жестом провела темную полосу по упомянутому свитеру, зацепив и воротник сорочки. И еще раз. И еще. Кажется, Валету это не очень понравилось, но кто его спрашивал! – Ну что вы переживаете? Отстирается, если купите нормальное средство. Подскажу, какое, если что. Небось дома вас прислуга обиходит, - он снова смутился. - Так, теперь лицо. Наклонитесь. И шляпу наконец отдайте.
Ответом ей стал тяжелый вздох. Ничего, потерпит! А волосы у него красивые, темные и будто с красноватым отливом, густые такие, жаль, короткие. Мира снова зарылась в сумку, долго что-то искала, покачала головой.
- Я могу вам помочь? – нерешительно поинтересовался Штольц.
- А знаете, можете, - кивнула она. – Все равно сумку выворачивать. Подставляйте колени.
Не заботясь о том, что может замерзнуть, она ловко стянула манто и расстелила его на коленях напарника. А потом вывалила сверху содержимое своего необъятного ридикюля. Усмехнулась, поймав ошалелый взгляд Валета, и быстренько выкопала из этой горы необходимое. Только после этого снова превратила кружевную пляжную корзинку в неприметную черную сумку и быстро запихала в нее оставшиеся пожитки.
А спустя несколько минут девица в кепке, длинной бесформенной юбке и легкой ветровке тащила через стоянку уже успевшего вываляться в грязи пьяного – то ли братца, то ли хахаля. Кто ж их разберет-то! И конечно, никто из тех, кому досталось узреть это непотребство, не мог предположить, что садящиеся еще минут через пятнадцать в роскошный «Омега-Вердано» некромантка из полицейского управления и растрепанный светловолосый подросток, судя по поведению и несчастному виду ею и арестованный, это та же самая парочка.
- Мы молодцы! – заявила девушка, плюхаясь на сидение. - Нас не вычислили!
Ревент обернулся и окинул их недовольным взглядом.
- Я рассчитывал, что мы сегодня сумеем еще поработать в управлении, показать Валету материалы дела, - недовольно заявил он. – Тем более, наш гость и сам был не против.
- Я и не против, - тут же отозвался консультант с немалым энтузиазмом.
А Мира восхитилась. Сегодняшняя беготня даже ее слегка ушатала, а этот еще и работать рвется. Впрочем, высказывать свои восторги Ирвину, когда он так смотрит – себе дороже.
- Вы-то, может, и не против, - отозвался детектив, - но боюсь, наше начальство не обрадуется, увидев вас в таком затрапезном виде. Нам, между прочим, велено пылинки с вас сдувать и ни в какие авантюры не втягивать. А Никс нам вот такое начало сотрудничества устроила. Так что придется везти вас на квартиру, чтобы себя в порядок привели.
- При чем здесь Никс? – растерянно спросил Валет, вычленив именно это.
- Мы вас видели, когда вы шли к гипермаркету. И я очень хотел бы знать, по каким буеракам вас таскала наша безбашенная некромантка. А главное – зачем?!
- А, так там другой дороги просто не было. Хорошо, что Мира эту хоть знала, а то не ушли бы. А сбежать, отказавшись от общения с приближенными его ненаследного высочества было моей идеей, - отмахнулся консультант и улыбнулся.
Солнечно так, открыто. Девушка даже залюбовалась. И невольно улыбнулась тоже. Но, поймав совсем уж суровый взгляд начальства, тут же приняла серьезный вид.
- В любом случае, сегодняшний вечер мы, считай, потеряли. По ее милости!
- Глупости! – тряхнул головой Валет. – Заедем сейчас на квартиру, вы подождете минут пятнадцать – мне хватит, чтобы принять душ и переодеться. А это никак не весь вечер. А потом – в управление. Материалы я, конечно, сразу не проштудирую, но хоть ознакомлюсь. Заодно и поделимся сегодняшней информацией. Не знаю, что успела узнать Мира, но я заметил очень-очень странную вещь.
- Да, я тоже кое-что накопала, - кивнула напарница.
На водительском месте тяжело вздохнул Томас – то ли из-за того, что рабочий день опять грозил затянуться неизвестно до которого часа, то ли из-за всего лишь на скорую руку отчищенных ботинок консультанта.

* * *

- … хотел бы понять, при чем здесь Немая Пустошь. Может, вы, Валет, в курсе, как они могут быть связаны?
- Что, простите? – Тину стало неловко. – Я… отвлекся вот… - он развел руками, в одной из которых держал некромантский протокол допроса почившего Грэна Эствуда, заместителя начальника личной охраны принца Александра, и виновато улыбнулся.
- Я бы хотел уточнить, можно ли объяснить причину смерти Рейли проклятием Немой Пустоши. Может, вы что-то знаете об этом?
- Впервые слышу, - нахмурился Штольц. – Никогда не доводилось работать с людьми, которые там побывали. Моя… - нет, раскрывать тайну своей родственной связи с Валентиной он не собирался, поэтому резко себя одернул, - я знаю женщину, дочь военного, которая росла в приграничных гарнизонах, в том числе, и недалеко от Пустоши, но она, женщина эта, уж точно не проклята. Да и, если бы проклятия получали те, кто наведывается на эти территории, в армии бы об этом знали.
- То есть, и вы не можете объяснить, почему Рейли так уверен, что его смерть наступила от проклятия, - вздохнул Ирвин.
- Да не было на нем никакого проклятия! – возмутилась Никс. – Я вообще не понимаю, с чего Финн о ней вспомнил!
- Повтори-ка еще раз, о чем вы говорили, - потребовал Ирвин.
- Ну… Понимаете, это сложно было назвать допросом. Я в значительной степени ловила не сформулированные ответы, а эмоции. И Финн знал, что слов-то особо и не нужно. Он… как бы чувствовал ответы. А говорил мало. Рейли будто обрадовался, когда я его позвала. Даже облегчение испытал вроде бы. Я спросила, зачем принц берет посмертную клятву со своих приближенных, и Финн ответил, что Александр собирается совершить великое дело, даже подвиг, и нельзя, чтобы кто-то попытался ему помешать. Он… Финн в смысле, он… был в восторге от замысла. Это что-то настолько грандиозное, что он просто песчинкой у ног колосса себя чувствовал. И ему было жаль, что не дожил. Я тогда спросила, а что молодым-то умер, не жалеет? Вот тут и были слова, четко так, он их именно что произнес: «Это проклятие Немой Пустоши. Кто-то должен отсеяться. Видимо, я оказался слабым звеном». Вот так он сказал.
- Ну, хоть буду знать, о чем спрашивать высочество на следующем допросе, - хмыкнул Том. – На какой такой подвиг он вдруг решил замахнуться.
- Очередной переворот, скорее всего, - пожал плечами Ревент.
- Нет, - отмела эту идею Мира. – Категорически – нет. Мне показалось, что планы Александра вообще не связаны с Кайтенгерией.
- Почему? – заинтересовался Тин. – Почему вы так уверены, что не связаны?
- Потому что… Финн не мог ничего рассказать, клятва же, но… в его эмоциях было что-то… дальнее. Очень дальнее. Дорога, путешествие. И оно – к тайне. Или к открытию. Как-то так. И это точно не телепорт в столицу, уж поверьте.
- А знаете, - консультант почесал нос ребром так и оставшейся в руках папки, - у меня ведь тоже было такое странное ощущение, что давило что-то издалека. В смысле, на его судьбу давило, сжимало пружину. Правда, я не уверен, что речь шла о расстоянии. Может, там цепь посредников была. Но, кто бы не переписал судьбу Рейли, сам Финн с ним лично знаком не был. А тайна там сработала, проклятие или конкретный маг, не могу сказать. Надо мне побывать на местах всех четырех смертей. А мы даже в больницу сегодня не попали, не говоря уж об этой вашей… «Идиллии», - опечалился он.
И было с чего. Конечно, убегать от охраны принца на пару с Мирой было довольно весело. Новый опыт Тину понравился. Но застревать в Дентрессе надолго он по-прежнему не планировал. К тому, же перехваченная в гипермаркете пара гамбургеров не могла компенсировать потерю сил во время синхронизации, и Валет опасался, что дар откажется работать завтра. Потому и был расчет на поездку в ресторан, где у Рейли случился инсульт. Копы-то тоже люди, им тоже есть хочется, так почему бы не совместить работу и жизненную необходимость?
- Ну… - некромантка задумчиво потерла плоский животик. – В «Идиллию» нам в самый раз смотаться. А, парни? Не поверю, что вы не проголодались.
Копы переглянулись.
- Мысль! – первым согласился Хантер.
Ирвин покосился на консультанта, и Валет кивнул, обрадовавшись, что предложение исходило не от него. Как-то он привык, что дома всегда ждала своевременна и вкусная трапеза, а здесь вот оказался в зависимости от других, от их ритма, от рабочих процессов, а они у полицейских ненормированные.
Слова с делами у копов не расходились, и уже через пять минут Тин оказался на переднем сидении «Омега-Вердано». Мира и Ревент отправились на своих авто – возвращаться в управление никто не планировал.
Ресторан «Идиллия» располагался почти в самом центре, к тому же недалеко от управления. Именно поэтому полицейскими он и был облюбован. Заведение не отличалось особым шиком, однако здесь было чистенько, недорого и вкусно, а сервис оставался ненавязчивым ровно в той степени, чтобы не вызывать раздражения. Как уж в эту далеко не шикарную харчевню занесло секретаря принца, оставалось загадкой. Однако, как успел выяснить из протоколов Штольц, бывал он здесь время от времени, иногда один, а порой и в компании с другими приближенными Александра или вовсе с неопознанными личностями. В день, когда Рейли свалил инсульт, он обедал здесь с Расмусом Вельски, выполнявшим при высочестве некие функции, раскрывать суть которых полицейским не посчитали нужным. Один из помощников – и точка. Впрочем, одаренным Вельски не был, и заподозрить его в устранении Рейли было бы крайне недальновидно. К тому же, Ирвин на вопрос Тина лишь рукой махнул: мол, парень испереживался весь – такое не сыграешь.
К вящему сожалению команды, столик, за которым тогда сидели Финн и Расмус, был занят, за ним расположилась еще одна тройка из управления. Коллеги помахали вновь прибывшим, удостоили консультанта любопытных взглядов и вернулись к прерванному разговору.
- Придется подождать, - решил Ревент. – Не стоит привлекать внимание к Валету. Уйдут ребята, тогда и осмотрим место. Давайте вот тут, рядом присядем.
Тин спорить не стал и с интересом принялся оглядываться по сторонам. Не то, чтобы ему прежде не приходилось бывать в ресторанах, но с сестрой они посещали куда более престижные заведения. Здесь же царила непринужденная атмосфера, больше подходящая кухне в большой семье, нежели общественному месту. Копы поздоровались с хорошенькой официанткой, как со старой знакомой, и девушка – имя ее было Джорджия, но называли все почему-то по-мужски, Джордж – весело подмигнула консультанту, однако обратилась к Ирвину.
- Вы где такого милого мальчика откопали? И чем кормить ребенка?
Тин вспыхнул, но тут же взял себя в руки, улыбнулся в ответ и тоже подмигнул.
- Вы, тетенька, главное, виски в суп не доливайте, а остальное мне можно.
Копы, да и сама Джордж рассмеялись. От официантки Штольц получил символический подзатыльник – за «тетеньку», наверное. А атмосфера сразу разрядилась – новичка приняли. И отчего-то это было чертовски приятно. Тин даже немного загордился.
За столом разговоров о деле не вели. Команда перешучивалась, втягивая в веселые разборки и консультанта. Общая расслабленность заставила забыть хоть на время о странных смертях, о Немой Пустоши, даже о том, что знает этих людей Валет меньше суток и в принципе не умеет нормально общаться. Оказывается, оно само получается – когда вот так. Да и простая, не отягощенная изысками еда немало поспособствовала расслаблению. Она оказалась вкусной настолько, что даже насытившись хотелось потянуться к еще одному пирожку с ливером или чесночному сухарику.
Но вот Ирвин, сидевший лицом к тому самому злополучному столику, перестал улыбаться.
- Ну что ж, пора, Валет, - сказал спокойно и посмотрел на Тина.
Остальные тоже обернулись к нему.
Показалось, от него ждут чего-то особенного. Чуда какого-то. И Штольцу стало не по себе. Он ведь не был уверен, что именно в этом месте увидит нечто важное. Все же здесь была не сама смерть, а только ее причина. Он, не вставая, медленно повернулся всем корпусом. Джордж убирала грязные тарелки на поднос. Сейчас она отойдет и быстро вернется, чтобы расставить на бело-голубой скатерти новые приборы. Можно подождать и собраться с мыслями. Сосредоточиться.
- Не торопись, Джордж, - сказал вдруг Ревент. – Наш мальчик посидит немного за этим пустым столиком.
Девушка кивнула и, подхватив переполненный поднос, покачивая обтянутыми узкими джинсами стройными бедрами направилась к кухне. А у Тина не осталось времени. Он прикрыл глаза и мысленно взмолился, обращаясь к дару, прося, требуя не подвести. Хоть что-то, ну хоть что-то увидеть!
Не потревожив стул, одним плавным движением перетек в вертикальное положение и сделал три шага. Постоял, прислушиваясь к себе. Положил ладони на край столешницы. Дар нехотя, но откликнулся, Финн Рейли сидел здесь, вон на том стуле, что напротив. Он был чем-то озабочен, что-то втолковывал собеседнику. Слов Валет не слышал, да и не мог. Он мог другое – стать судьбой погибшего парня, почувствовать все ее изменения и их причину.
Вот далекий инсульт, причиной которого должны были стать ослабленные с возрастом сосуды. Тин уже знал, что почему-то узел из будущего заскользил в настоящее, и теперь рванулся вперед, чтобы понять, отчего в судьбе Рейли возникло столь резкое изменение. Подобно тому узлу, сознание Мастера Смерти неслось навстречу, в будущее, к причине. Он почти достиг точки перелома, почти разглядел, что именно там случилось, когда дар вдруг словно взвыл и голову сдавило болью, а потом она, боль, – черная липкая, беспросветная – рванулась ниже, к сердцу, с единственной целью – смять, остановить. Валет почти увидел собственную смерть, почти успел ей удивиться и обидеться на боль, которую, он считал, что не заслуживает, но раньше наступила милосердная темнота…
- …на удивление хорошо справились, коллега. Повезло, что вы были рядом и сразу разобрались в случившемся, - голос был незнаком, к тому же он то отдалялся, то приближался, и Тин не мог разобрать большую часть слов.
Или это сознание то возвращалось, то отключалось снова? Эта мысль повлекла за собой следующую. Сознание? Жив? Жив?! Штольц несказанно удивился и тут же попытался сесть. Голова закружилась, но боли не было. Зато перед глазами стояла какая-то муть – не разглядеть ничего вокруг.
- Валет!
Этот голос трудно было спутать с другим, он вызвал слабую улыбку. Мира. Смешная мелкая некромантка, мастер маскировки. А потом воспоминание: дар, отказывающийся работать и боль. Перегорел?! Стало до слез жаль, что не сможет больше принимать участие в расследовании.
- Да куда ж вы спешите, юноша! – это тот, первый голос, и человек в темно-вишневой униформе врачей скорой помощи. Тин смог разглядеть его и обрадовался – зрение прояснялось. А мужчина подхватил его за плечи и бережно уложил обратно на… Нет, не понять, что за место. Но не кровать, ноги вон свисают, да и узко. – Вам еще минимум полчаса лежать надо! – причитал доктор. – Шутка ли! Смертельное проклятие! Да вас эта милая девушка чудом спасла! Сразу увидела и удалила тело, мне только несколько корней подчистить и осталось. Вы ей жизнью обязаны!
- Бросьте, коллега! – голос Миры прозвучал смущенно, но саму ее Тин не видел – стояла где-то за спиной. – Обычная полицейская работа, а своих мы не бросаем.
От этого «своих» стало тепло и радостно. Но тут мысль зацепилась за слова… второго некроманта? Проклятие? Откуда? Не дар? С ним все в порядке?
- Что со мной случилось? – спросил Штольц и не узнал собственного голоса – хриплого, слабого.
- Смертельное проклятие, я же говорю, - повторил мужчина. – И как только вы умудрились его активировать! За этим столиком столько народу перебывало, а только вас вот не минуло, - и тут же обратился к кому-то еще: - Зиночка, душа моя, стимулятор молодому человеку вкатите. А то, я смотрю, он слабенький совсем. Хорошо все же зацепило, хоть и сняли мгновенно.
Укола Тин и не почувствовал почти. Некромант со скорой еще немного повосхищался везучестью пациента и мастерством Никс, а потом откланялся. Голова кружилась, но как-то… приятно. Словно на аттракционах катался. Пришлось прикрыть глаза.
- Мира, - позвал Валет. – Расскажите.
- Да нечего пока рассказывать, - вздохнула девушка. – Не знаю, что вы делали, но среагировала ловушка не сразу. Ну и… Повезло, что я именно проклятие разглядела. И сняла. А скорая могла и не успеть.
- Спасибо!
- Да не за что! Только… странно это. Там столько народу пересидело за пять дней – не счесть. А подловило вас. Не знаете, почему?
- Не знаю. Я просто работал даром, хотел понять, где произошел роковой перелом в судьбе Рейли. А как приблизился, оно и накрыло. Я даже не понял, что проклятие, думал перегорел. Вы, кстати, не посмотрите?
- Да посмотрели уже, - отмахнулась некромантка. – Скорая, как приехала, в первую очередь именно это проверили. Меня даже слушать не стали, на счет проклятия. Слишком уж симптомы характерные для перегорания. Хорошо, дядька этот присмотрелся, остаточные корни увидел. А то же могло и заново прорости. Я сглупила: все силы на тело кинула, а зачистить уже не смогла.
- Как вы сами? – тут же озаботился Валентин.
- Да нормально, - фыркнула Никс. – Тоже стимулятор вкололи, только сразу, как приехали. Вы-то как? Полегчало?
Тин прислушался к себе и понял, что глаза можно открыть. Да и встать попытаться, что бы там ни говорили про полчаса. Что он и сделал, на этот раз – с большим успехом.
- Вот, - улыбнулся. – Как видите. Ой! - взгляд скользнул на собственные колени и пополз выше, на грудь, где все было залито какой-то кросно-желто-зеленой жижей. – А это что?!
- Сумисини а-ля натюрель в соусе дюпрежар, - рассмеялась Мира. – А по-простому – глазунья с помидорами.
- Что?!
- Вы соседний стол на себя опрокинули, когда падали. Ну и там эти… а-ля натюрель, ага.
Валет вздохнул: одежду было жалко. Рубашку, любимую, шелковую – особенно.
- Вы мне какое-то стиральное средство обещали посоветовать, - поморщился он. – Думаете, возьмет?
- Куда денется? Главное, правильный режим выставить. Сумеете? - на всякий случай Штольц кивнул, хотя, о каких выставках и режимах идет речь, не понял. – Ладно, вы все же полежите еще, а я пойду немного свою работу поделаю. Кое-какие пробы я уже цапнула, но подумала тут… А, впрочем, вы же не криминалист, не поймете.
Тину стало обидно, он ведь не дурак, мог и разобраться, если бы Мира потрудилась объяснить. Но тут же одернул себя: девушка тоже не железная, устала небось, а идет работать, пока он тут прохлаждается.
- Я могу чем-то помочь? – предложил, понимая, как это глупо.
- Нет, конечно, - засмеялась Никс. – Отдыхайте, Валет, а я минут через пятнадцать закончу и заберу вас домой. Мы же временно соседи – в одном доме, через подъезд живем.
Ответить он не успел – в комнату ввалились Хантер и Ревент.
- Ожил? – поинтересовался хмурый Томас.
- И слава всем богам, - добавил Ирвин. – Ну и напугали вы нас, Валет.
- Да я и сам как бы… Думал, умираю.
- Так и умирали, - скривился детектив. – Это ж надо было спящее проклятие откопать и на себя стянуть!
- А ты его не вини! – встала вдруг на защиту консультанта некромантка. – Есть у меня кое-какое подозрение на счет сонливости того проклятия. Пойду еще пару проб сниму, а завтра ответ дам на все вопросы.
- Ишь ты! – задумчиво протянул Хантер, глядя вслед девушке. – А Никс, похоже, на след встала.
- Или опять что-то себе напридумывала, - проворчал Ревент.
- Ты не справедлив к ней, - только и качнул головой менталист, но развивать тему не стал.
А вот Тин не выдержал:
- Знаете, не стоит недооценивать леди. Удивительно разносторонняя личность. Вы бы больше ей доверяли.
Но, кажется, его слова только сильнее разозлили Ирвина.
- Ладно, раз с вами все уже почти в норме, на сегодня распрощаемся. Завтра жду вас в управлении к де… десяти утра. А до дому вас наша непревзойденная Никс доставит. Если, конечно, по дороге не втравит в очередные неприятности, - добавил с сарказмом. – Всего хорошего.
Хантер посмотрел в спину уходящего начальства с сочувствием. Тин – недоуменно. Команда, конечно, была профессиональная и сработавшаяся, но какие-то подводные камни в отношениях здесь, определенно, имелись.


Вот как ползу, так и отражаю!

 
Cat20087 Дата: Четверг, 08 Дек 2022, 1:39 PM | Сообщение # 7
Избранник
Группа: Проверенные
Сообщений: 1982
Статус: Offline
..:: Дополнительно ::..
Прочитала только первую часть, дальше не стала. Почему мне не понравился текст?

Текст "сырой" настолько, что иногда приходишь в изумление:

Цитата kagami ()
Этим ранним утром пустырь, огороженный давно уже ставшим чисто символическим забором, не внушал.


Не внушал, да. Как-то сразу.

Стиль Автора напомнил мне стиль Ю.Полякова. Витиеватый и многоречивый. Разумеется, это свидетельствует о прекрасном лексиконе. Однако читать подобный текст мне как-то не хочется.

Цитата kagami ()
Этого человека можно было бы назвать неприметным, если бы не архаичные длинный светло-коричневый плащ и классическая шоколадного цвета шляпа с глубоко утопленной поверху тульей, отчаянно диссонировавшие и со спальным районом мегаполиса, и с неоновой рекламой развлекательного центра, и с обтекаемыми современными автомобилями. Впрочем, соотнести внешний вид созерцателя с пустырем тоже было бы сложно. Не вписывался он в антураж большого города, казался сошедшим со страниц авантюрных детективов середины прошлого века.


ksenia
 
kagami Дата: Четверг, 08 Дек 2022, 8:09 PM | Сообщение # 8
Кривое зеркало
Группа: Святая Инквизиция
Сообщений: 10034
Статус: Offline
..:: Дополнительно ::..
Cat20087, так это ж здорово! Вот кому-то уже не читабельно. А я и не сомневалась. Но вообще, меняя фокалы героев, я страралась показать мир их глазами через стилистку повествования в том числе. И Тин, он такой. Он слегка сам себя выдумал эдакой мрачной личностью. А на самом деле дите дитем. Там дальше понятно становится. Но издевалась я над ним всю дорогу по-всякому - от детективных приключений до ситуативного абсурда, от неловких положений до стилистических казусов. "Бьет - значит, любит" - это про автора и его персонажей, ага.

Глава четвертая

* * *

Сказать, что новый рабочий день начался для Ирвина Ревента отвратительно – не сказать ничего. Мало того, что полночи не спал, все одолевали застарелые страхи, так еще и проснулся ни свет, ни заря. И снова вернулись вчерашние опасения. Никс явно запала на консультанта. Нет, не как на мужчину, но как на партнера, как на личность. Заинтересовал он ее. Да что греха таить, всех заинтересовал. Но Миру – особенно. Эта их синхронизация… Напарница прям загорелась вся. Да еще и предсказание сделал. Вот с какой стати?
Ай, что там! Понятно же, что рано или поздно что-то такое должно было случиться. Никс – девочка умненькая, талантливая, работящая. Аристократка! А уже три года прозябает в этом захолустье. Нет, не жалуется, конечно, и ни разу не заикалась, что уйти хочет. Но к чему слова? И так понятно, не место ей в Дентрессе. И Штольц для нее может стать тем самым шансом. Так что… А самое обидное, опять они с Томом останутся вдвоем и без некроманта. Даже если и пришлют кого, криминалистом этот некромант не будет. Развалится команда.
Команду детектив любил. Именно как команду. И считал немалой своей заслугой ее сработанность. Поначалу-то, конечно, к Никс отнеслись настороженно: молоденькая, прыткая, а сколько там на самом деле знаний и умений – поди разберись. Но нет, доказала, что не пустое место. И как вот ее променять на кого-то другого? А ведь уйдет…
Даже себе, а точнее, в первую очередь себе, Ирвин ни за что не сознался бы, что Мира ему просто нравится. Не как специалист, не как товарищ по работе – как женщина. Зачем в таком сознаваться? Чтобы потом жалеть себя, злиться на социальную несправедливость, терзаться несбыточными надеждами? Пустое. Где он, парень из рабочей слободки, а где графиня!
Несмотря на то, что корона декларировала Кайтенгерию как страну равных возможностей, и во многом именно так оно и было, искоренить несколько презрительное отношение большинства аристократов к простолюдинам так до конца и не удалось. Были и закрытые клубы, и увеселительные заведения, и даже отели только для дворян.
Не имея титула можно было получить любое образование, хорошо зарабатывать, достичь карьерных высот в частной компании. Свой бизнес развивать тоже не возбранялось, и даже поощрялось. Но вот получить достаточно высокую должность в госструктуре – нет, будь ты хоть миллиардером. Та же Стальная Грета никогда не поднимется выше начальника городского управления полиции в заштатной Дентрессе, да и того смогла добиться только своими немалыми способностями и успехами в работе. Ревент считал, что способности у него не меньше, а к успеху шел, в том числе, создавая свою уникальную команду. У него хватало амбиций мечтать о том, что когда-нибудь сменит Винкин на ее посту.
Увы, большего не ожидалось. В отличие от того же Фрагранса, корона Кайтенгерии никогда не торговала титулами. Получить их можно было только за действительно выдающиеся заслуги, и происходило такое крайне редко. В последний раз – лет пятьдесят назад.
Разумеется, и браки аристократы предпочитали заключать между собой. И если какой-нибудь дворянин и мог жениться на простолюдинке, не побоявшись скандала и презрения остальных, то уж девушек точно никогда не отдавали в семьи низкого происхождения. А если такое и случалось, то замалчивалось, и сами женщины теряли все наследственные права.
Так что, Ирвину проще было верить, что Никс – друг и коллега, и заранее жалеть о том, что рано или поздно она перерастет провинциальное полицейское управление и отправиться дальше, покорять вершины столицы. А теперь вот Штольц, да…
И ведь как кинулась спасать мальчишку! Нет, Ревент понимал, что Мира точно так же спасала бы любого из них. Да что там, даже незнакомца спасала бы. Но все равно злило. И странный этот Мастер Смерти со своими тайнами тоже злил. Опосредованно, пока рядом не оказывался. А вот смотреть на него, разговаривать и злиться при этом – не получалось. И верилось почему-то, что с таким консультантом они с этим делом справятся.
Роуз мявкнула и призывно покачала перед носом хозяина ядовитым кончиком хвоста. Мол, очнись, человече, у тебя животина не кормлена. Осознав, что одни и те же мысли бродят по кругу уже вторую чашку кофе подряд, Ирвин почесал любимицу за ушком, вывалил в ее миску разморозившееся с вечера мясо и начал собираться на работу.
Ну, сам дурак! Зная, что начальство будет не в восторге от вчерашних эскапад с консультантом, решил прийти пораньше, чтобы еще и за опоздание не нагорело. Да и любопытно было просмотреть заметки, которые накануне делал в отдельном блокноте Штольц. В «Идиллию» подкинулись так быстро, что столичный гость свои записи прихватить забыл. А может, не посчитал нужным таскать с собой. Вот они Ревента и интересовали. Вдруг да высмотрел Валет что-то, что они сами пропустили.
А в кабинете Ирвина ждал сюрприз: на его столе лежала папка, подписанная скачущим почерком Никс. Похоже, некромантка полночи проторчала в лаборатории, исследуя пробы, взятые на месте вчерашнего преступления. Ничего удивительного, впрочем. Сначала выложилась, спасая мальчишку, а потом ей стимуляторов вкололи – вот и не могла заснуть. Оставалось надеяться, что она хоть Штольца в целости и сохранности до дому доставила. Записка, приколотая к первой же странице, подтвердила догадку: Мира сообщала, что опоздает – выспится и привезет к десяти Валета прямо в управление. Пролистнув первую пару страниц, пестрящих специальными терминами, детектив нашел выводы, сделанные криминалистом по результатам исследования. Прочитал. И медленно опустился на стул, неверяще глядя в запись.
Проклятийную ловушку мог активировать только Штольц. Или только Мастер Смерти – точно Никс определить не смогла, слишком мало осталось там от настройки, все проклятие мгновенно вгрызлось в Валета. Ну а когда вытаскивала, некромантка, похоже, больше думала о том, как спасти парня, а не об уликах. Это было понятно, но все равно обидно. И все же Мире хватило профессионализма если не заметить, то ощутить метку, потому и рванула собирать остаточные следы и спешно проводить исследования.
Ревент откинулся на спинку стула и прикрыл глаза. Предположить, что за Штольцем охотятся, было легко. В конце концов, они ничего не знают об этом парне. Даже о даре его ничего не знают, так и не объяснил ведь, уходил от прямых вопросов. Мог Валет крупно насолить кому-то в столице? Мог. Вопрос в другом: кто знал, что он отправляется в Дентрессу, именно на это расследование? Кто мог быть уверен в том, что он станет осматривать места преступлений? Об этом информации тоже не было, но почему-то Ирвину казалось, что о работе консультанта не писали в центральных газетах. Неужели все же крыса? Жирная такая, которая стучит не куда-нибудь, а столичным шишкам. Может, даже в СБ. И тогда все это дело откровенно пованивает большой политикой, а не местечковыми неприятностями опального принца. Только этого не хватало!
С другой стороны, как отметила Стальная Грета, специалист Штольц уникальный. Могли зарядить проклятие на любого, наделенного подобным даром? Могли. Если именно Мастер Смерти способен вычислить убийцу. Тогда следовало бы узнать, когда именно ловушку поставили. Но Никс ничего об этом в отчете не пишет, значит, определить было невозможно. И еще вопрос: на что проклятие было закреплено? Не на стол же, в самом деле! Смешно даже. И снова в исследовании ни слова об этом. Почему, интересно? Уж такое Мира бы не пропустила. Или не досмотрела? Устала?
Чутье не желало склонять чашу весов к определенному решению. Ирвин, разумеется, не всегда полагался только на него, на то и был отличным аналитиком. Да и ни один суд чутье полицейского за улику не считает. Чуешь – ищи и доказывай, это твоя работа. Но подспорьем дар безусловно был. А сейчас вот молчал. Ну да ничего, еще проснется. Надо только побольше данных собрать.
И тут в голову пришла еще одна мысль: если рискует именно Мастер Смерти, значит, остальные места преступлений тоже неприятностями заряжены. А чертов Штольц собирается осматривать их все. И ловить новые проклятия? Только этого не хватало! Да шеф их живьем сожрет и скажет, что так и было!
Помяни собаку! Не успел Ирвин прийти к неутешительным выводам, как ожил селектор.
- Ревент! Ко мне в кабинет! Живо! Я знаю, что ты уже здесь! – рявкнул он голосом Стальной Греты.
Детектив поморщился, тяжело вздохнул и, прихватив папку, направился к выходу. От начальственного нагоняя, как и от судьбы, не уйдешь.
О блокноте с пометками консультанта он даже не вспомнил.
От ора мадам Винкин Ирвин отключился. Даже уникальные матерные конструкции, коими шеф умела сыпать, как никто другой, не вызывали в этот раз интереса. Он и так все знал и понимал. Да, им было велено пылинки сдувать с консультанта. Да, этого сверхважного задания они не выполнили. Да, за полдня умудрились неприкосновенного Штольца втравить в погоню, вывалять в грязи, заставить изображать арестанта, а под конец и вовсе чуть не угробили проклятием. И да, нет им прощения, и ждет лично его, Ирвина Ревента разжалование в патрульные.
Наконец Стальная Грета иссякла, перевела дух и требовательно спросила:
- Что по делу?
- Вот, - Ирвин положил на стол папку. – И мне нужна информация об этом парне.
- Тебе надо – ты и раскапывай! – огрызнулась шеф, но потом вчиталась и нахмурилась. – Та-а-ак! – протянула недовольно и побарабанила пальцами по столу. – Ладно, нишкни! – детектив приподнял бровь. – Тебя здесь нет! И чтоб ни звука!
Комиссар набрала на телефоне столичный номер и включила громкую связь. Закурила, в ожидании ответа. Трубку не брали долго, но шеф, похоже, чего-то подобного и ожидала.
- Бромли! – рявкнули на том конце провода минуты через две.
- Винкин! – в тон отозвалась Стальная Грета.
- Что у тебя? – в голосе собеседника появилось напряжение.
- Твой парень попал под направленное проклятие. Сняли сразу. Жив, здоров, отсыпается. Кто на него охотится?
А дальше Ревент и шеф заслушивались уже вместе. Долго так. Грета не перебивала. Лишь однажды, на особенно крутом пассаже едва слышно прошептала: «Силен мужик!», но Ирвин не рискнул подать ответную реплику, а кивка его Винкин все равно не увидела – смотрела куда-то в пространство с таким ностальгическим выражением, что детективу даже неловко стало. Однако и этому монологу пришел конец.
- Не могут на него у вас охотится, - выдал наконец неизвестный Ревенту Бромли. – Я сам надумал его к тебе отправить только вчера утром.
- А на любого, наделенного его даром?
- Я не знаю других, - со вздохом признался мужчина. – Теоретически они есть, но скрываются. Мой тоже… засекреченный. Дар такой… Не любят Мастера Смерти себя афишировать. Я искал, но безрезультатно.
- Ты – и безрезультатно?
- Случается. Я бы тоже с таким даром на дно залег. А Валет вот еще на благо общества что-то делать пытается.
- А что за дар-то? – не преминула поинтересоваться шеф.
- Обойдешься! – рыкнули на том конце провода. – Береги парня! Грета, если с ним что-то случится, не прощу. В патрульные уйдешь. Или на пенсию.
- Ладно, поняла, - отрезала Винкин. – Бывай, Кейн, - и отключила звонок. – Все слышал? – повернулась она к Ревенту. – Иди работай! И, черт с вами, на планерку можете не являться.
- Слушаюсь! – отчеканил Ирвин, схватил ценную папочку и поспешил ретироваться.
Настроение немного поднялось. Все-таки, не на консультанта охотились, скорее всего. Если, конечно, этот Кейн Бромли – надежный источник. Надо бы в сети прошариться, что за он. А заодно можно будет что-нибудь узнать и о самом Штольце. Вчера вот времени так и не нашлось. А то ж сведет ценную некромантку, а куда – фиг узнаешь.
С этим настроем Ревент вернулся в кабинет. Увы, Хантер был уже на месте, а значит, пора начинать работать. Впрочем, отвлечь его пока нашлось чем.
- На вот глянь, что наша звездная девочка накопала, - детектив кинул папку на стол перед менталистом. – И да, я стал свидетелем интересной беседы Стальной Греты с парнем, который нам консультанта сосватал. А от планерки шеф нас освободила, что есть ура.
- И? – поднял бровь Том.
- Что – и?
- Что за парень-то?
- Который?
- Который сваха, - хмыкнул Томас.
- А! Некий Кейн Бромли. Хочу вот выяснить, кто он такой и можно ли ему доверять.
- Идиот, - вздохнул Хантер.
- Кто, Бромли?
- Ты идиот. Действительно не знаешь, кто он такой?
- Нет, а должен?
- Граф Кейн Бромли – единственный коп с полным комплектом орденов Доблести всех трех степеней. Сейчас он какая-то крупная шишка в столичном управлении, а начинал, хоть и дворянин, с простого патрульного.
- Фигасе! – растерянно произнес Ирвин. – А почему я про него не слышал?
- Да он не рвется к публичности, - пожал плечами Томас. – Сыщик же, а не функционер. Но о таких людях знать надо, дружище. Как подумаешь, так не стыдно в полиции работать становится.
- Иди ты! – поморщился Ревент, действительно чувствуя себя идиотом. Нет, не слышал он никогда об этом Кейне Бромли. Но с другой стороны, он и не интересовался особо столичными чинами. Оно ему надо? – Ладно, ты отчет почитай, а я тогда пока на самого консультанта информацию покопаю.
- А я уже, - Том потянулся. – Покопал. У этого сопляка четыре защищенных диплома, между прочим. И все в Бартвеннском университете. Так что, консультант он серьезный.
- А дар?
- А вот про дар ничего нет. Совсем. Будто и не существует в мире Мастеров Смерти.
- Бромли сказал, что существуют, но шифруются. Почему – не объяснил и про сам дар не сознался. Но обещал укатать Стальную Грету в патрульные, если с парнем что-то случится.
- Силен! – хмыкнул Хантер. – Впрочем, он может.
- Черт! Вот что ты такой резкий, а? У меня теперь по твоей милости нет повода в сеть залезть. Хоть отвлекся бы после выволочки. Зря я что ли так рано на работу приперся?
- И выволочка тут ни при чем. Ты боишься, что Штольц нашу Никс сманит.
- Ну да, боюсь, - поморщился Ирвин.
А чего врать? Менталисту-то. Он, может, специально друзей не читает, неэтично это, но все равно все чувствует, да и случайно иногда ловит отголоски мыслей. К тому же знает напарников как облупленных.
- А ты не бойся, ты женись, - усмехнулся Томас.
- На ком?! – опешил Ревент.
- На Никс, разумеется. Тогда точно не сбежит.
Ирвин рассмеялся. Представить себя женатым ему и так было трудно, а уж на Мире – и вовсе невозможно. Ни одна аристократка на такую жертву добровольно не пойдет.
- Может, еще посоветуешь, чем опоить графинюшку, чтобы в храме мне «да» сказала?
- Я же говорю, идиот, - покачал головой Хантер и уткнулся в отчет.
Ревент взъерошил волосы, недоверчиво покосился на друга. Менталист-то он менталист, но идеи у Тома иногда бывают откровенно дикие. Скажет тоже – женись! Скрипнув зубами, Ирвин направился, было, к своему столу, но тут все же вспомнил, из-за чего притащился в управление в такую рань. Однако явно остававшейся вчера на Мирином столе записной книжки на прежнем месте не оказалось. Что за дела? Детектив выходил последним, гасил свет в кабинете, и видел, что блокнот лежал на углу, поверх папки с делом Эствуда. Куда он мог деться?!
Ирвин уже приготовился вывалить на Хантера очередную зловещую загадку, но чутье молчало. Тут он сообразил, что ночью в кабинет заходила Никс. Ну да, все ясно: увидела заметки Штольца и пригребла, чтобы лично ему вернуть. Заботливая. Вот только не ко времени, не к месту и не к тому человеку. Отчего-то тут же вспомнилось, что точно так же некромантка поступала и с его собственными вещами: находила, догоняла, отдавала. Зачастую это оказывалось не просто кстати, а очень даже важно для дела в тот момент. А воспринималось как должное. Стало немного стыдно и совсем тоскливо. Тоже мне, аналитик! Сам с собой разобраться не может.
- А знаешь, у нас тут «пастбище» перед Управлением, - хмыкнул минут через пятнадцать Томас.
Ирвин и не заметил, когда он дочитал материалы и уставился в окно, но после подобного сообщения мгновенно сделал стойку.
- Просушиваешь их?
- Далековато, только обрывки ловлю, - пожал плечами Хантер.
- Даже, кто пасется, определить не можешь?
- Надеюсь, прихвостни высочества, но машин две и обе незнакомые.
- Интересно, кто им нужен?
- Да понятно, что кто-то из нас, не из-за Шершня же они с утра здесь обретаются. Надо бы нам разбежаться в разные стороны и посмотреть, кому на хвост сядут. Только Штольца уж одного отпускать не станем, хватит вчерашних приключений.
- А знаешь… - Ирвин замялся.
- Что? – вскинул бровь Том, а детектив посмотрел на друга умоляюще. – Что еще придумал?
- Давай Валета ты возьмешь на себя, а сообщать ему и Никс, зачем это нужно, не станем, а? Хочу проверить кое-что, а то мне данных не хватает, не складывается картинка.
- Все-таки, ты идиот, - вздохнул менталист. – Но раз тебе мало проблем, при Мире промолчу.


Вот как ползу, так и отражаю!

 
kagami Дата: Четверг, 08 Дек 2022, 8:10 PM | Сообщение # 9
Кривое зеркало
Группа: Святая Инквизиция
Сообщений: 10034
Статус: Offline
..:: Дополнительно ::..
* * *

Александр прекрасно знал, что Ками греет уши у задней двери его кабинета. Любопытства сестренке было не занимать. Да и азарта по части раскрытия всяких тайн, а также дурости по умению вляпываться в приключения. Может, именно за это он ее и любит? Чем-то младшенькая напоминает его самого. А дурость… с возрастом проходит.
Принц пока не решил для себя, насколько Камиллу можно посвящать в свои планы. Нет, сестре он доверял и понимал, что примчалась она за помощью, а не для того, чтобы за ним следить. Но, опять же, дурость, да. Ками слишком открытая и коммуникабельная, слишком доверяет людям. Сможет ли она сохранить его тайны, если узнает? Сомнительно вот. Разболтает же. Не по злобе и подлости, а в твердой уверенности, что делает лучше для него же.
Впрочем, речь сейчас шла о том, что скрыть от нее все равно не удастся. Уже ревела из-за Финна и вытрясла из обслуги информацию, что эта смерть – четвертая за последнее время. Уж во дворце с девочкой подробностями жизни старшего брата точно не делились. Может, и к лучшему: будет ломать голову над этой загадкой и не полезет в остальное. Да, действительно лучше. И пусть пока думает, что подслушивает, уж сделать вид, что не в курсе ее изысканий и не желает, чтобы она вмешивалась в эти дела, он сможет.
От этой мысли Александр невольно улыбнулся, отчего Зак Стадин споткнулся на полуслове.
- Я сказал что-то не то, ваше высочество? – смущенно поинтересовался он.
- Нет, Зак, простите, я просто отвлекся.
Вельски фыркнул. В отличие от Стадина, он работал на Александра давно и был в курсе некоторых странностей босса. В частности, его нелюбви к длинным подробным докладам, коим и злоупотребил сейчас новичок.
- Мне повторить? – растерянно спросил Зак.
- Не стоит, - отозвался принц. – Расмус, давай ты: коротко и по существу.
- Если коротко, то к команде копов, которая работает над нашим делом, прикрепили некоего консультанта. Сопля соплей, лет семнадцать на вид. Кто он такой и в чем именно консультирует, узнать пока не удалось. Очевидно, что маг, но в чем его дар, мы не знаем. Однако, создалось впечатление, что и сами копы не в курсе. Вчера парень попытался что-то помагичить в «Идиллии», над тем самым столом, где Финна прихватило. И чуть сам не помер – зацепил какое-то проклятие.
- Откуда информация про проклятие?
- Да вся «Идиллия» на ушах стояла! Шутка ли, за тем столом тьма народу перебывала, а поймал дрянь консультант этот. Решили, что именно из-за того, что колдовал. Точнее, пока неизвестно. Если Никс и сделала какие-то выводы – а она там изрядно поковырялась – нам не сообщили. И да, спасала парня тоже она, так что, точно проклятие.
- Это хорошо, что они усилили команду, - задумчиво произнес Александр. – Ревент, конечно, отличный коп, но слишком уж все запуталось. Узнайте точно на счет этого консультанта, что он за птица. Как его зовут хоть?
- Они называют его Валетом, а настоящего имени узнать не удалось. Но мы работаем.
- Работайте. Мне нужно максимум сведений. Винкин не дура, абы кого с улицы не привела бы. Значит, парень этот действительно может что-то, чего не могут другие. И не исключено, что нам он тоже пригодится.
- Он же на копов работает! – поморщился Вельски.
- Сегодня на копов – завтра на нас, - пожал плечами его высочество. – Не захочет добровольно, прижать всегда можно. Если, конечно, он нам действительно нужен окажется. В общем, выясняйте. За ним кто-нибудь следил?
- Нет пока, но с утра наши пасутся возле управления. Как только появится, сядут на хвост.
- Хорошо. А что на счет тех двоих, что вчера на панихиде нарисовались? Выяснили, что они там магичили?
- Нет, - вздохнул Расмус. – Стас говорит, что-то очень крутое. Он не то что дар определить, кто из двоих работал, понять не смог.
- И вы, конечно, их не нашли, - усмехнулся Александр.
- Стас прошелся по частному сектору вечерком, нашел мужика, который их до «Карденса» подкинул. Но там наши дежурили, а те двое не появились. Видно, засекли и свалили куда-то на сторону. Я отправил людей поспрашивать по отелям, но что-то мне кажется, не найдем. Могут ведь и у частников жилье снимать.
- Плохо. Очень плохо. Нам нужны люди с неординарными способностями. Этих двоих надо найти. Просто для того, чтобы побеседовать. И будет очень скверно, если вы их вспугнули, создали впечатление, что мы имеем какие-то претензии.
- Я понимаю, босс, - понурился Вельски.
- А еще мне нужно быть уверенным в том, что это парочка не работает на полицию. С копами у нас дружбы не выйдет, они и меня подозревают в смертях приближенных. Хантер, конечно, меня читал, но вот поверил ли…
- Так разве можно обмануть менталиста? – не выдержал Стадин.
- Обмануть нельзя, а вот увести в сторону от каких-то важных тем даже спеца можно, например, если музыку в голове прокручивать. Еще сильные эмоции мешают читать мысли.
- Как это?! – растерялся новичок.
- Вельски! – рявкнул Александр. – Вы что, вообще ничему парня не научили?!
- Так учим, ваше высочество, - развел руками Расмус. – Не все же сразу.
- Ладно, - принц вздохнул. – Копам его постарайтесь пока не показывать. Идите уже, занимайтесь, чем собирались. И Стаса ко мне пришлите.
Когда помощники удалились из кабинета, его высочество провел руками по лицу, взъерошил волосы. С нормальными специалистами среди его приближенных было плохо. Не то что, в полиции. И ведь не подберешься к ним! Крысу бы в управление внедрить, но Стальная Грета наверняка не просто так отдала дело лучшей своей команде. Небось засекретились по полной. А Ревент не дурак, даже коллег близко не подпустит. Вот разве что консультанта этого юного подловить? Молодость она такая молодость. Гораздая на безумства и нелепые поступки.
В голове забрезжила какая-то идея, но поймать ее Александр не успел. Дверь открылась и в кабинет без стука вошел Стас Тэрон.
- Звал? – спросил, растягиваясь в кресле для посетителей.
Высочество достал из бара бутылку любимого вина менталиста, разлил по бокалам, протянул один гостю.
- Звал, - согласился. - Рассказывай.
- Страшно, - передернулся тот.
- Что?!
- Даже думать о нем страшно, о маге этом. Там мощь такая – на десяток меня хватит.
Принц недоверчиво приподнял бровь. Тэрон был не только одним из сильнейших, он был еще и гранд-мастером. Дар открылся у Стаса рано, ему и пяти не было. А поскольку был ребенок сыном королевского церемонимейстера, его величество Зиновий о том узнал и приблизил мальчика к наследнику, разумно предположив, что хороший менталист в друзьях будущему королю не помешает. Ну и учили маленького Тэрона на совесть. Для трона же старались. Только трон Кайтенгерии потерял Стаса также, как и самого Александра. Сложившаяся с детства дружба оказалась сильнее обещанных короной плюшек, и менталист отправился в изгнание вместе с принцем.
- Не прибедняйся, - с сомнением хмыкнул принц.
- Я не прибедняюсь, Лекс. Я пытаюсь понять, как такое вообще возможно. И есть у меня одна крамольная мыслишка по этому поводу, но слишком уж невероятная.
- Выкладывай.
- Синхронизация. Два мага работают на одной волне.
- Хочешь сказать, что в этой парочке маги оба?
- Это единственное объяснение. В таком случае сила по экспоненте возрастает, а там на пару килотэф тянуло. Я просто не могу поверить в существование такого гения. Но дело в том, что слабые маги на такое не способны, а сильные слишком недоверчивы, чтобы настолько открыться перед посторонним. Мне вот, к примеру, не довелось в синхроне поработать. Не с кем. Был бы ты одаренным, я бы рискнул. А с другими – нет, уволь.
- Хочешь сказать, где-то в Дернессе обретаются два супер-сильных мага, а моя СБ о том ни ухом, ни рылом? – нахмурился Александр.
- Ну, супер-сильным никто из них может и не быть, хотя один, скорее всего, фелов на восемь потянет. А второй… не слабосилок, конечно, но и не гений. Вполне достаточно, чтобы был немного повыше среднего. И да, если это и вправду синхронизация, то один… или одна из этой парочки – некромант.
- А второй?
- Понятия не имею. Странный дар, мне неизвестный. Да и не успел я настолько отследить их работу. Пока меня позвали… Сначала же этот идиот Фред влез и попытался понять, что там такое.
- А что сам Фред говорит? – тут же заинтересовался Александр.
- Да он в ужасе от этой мощи и вообще говорить не может. На каждой букве заикается. Даже мысли, как зайцы, скачут. Но, насколько я сумел разобрать хоть что-то, тоже не понял, что за маг там работал.
Его высочество поморщился. Фред Менок обладал не слишком выраженным, не всегда срабатывающим, но уникальным даром распознавать силу и свойства магического воздействия в момент его совершения. Постфактум следы волшебства мог определить практически любой одаренный, да и современные технические средства позволяли достаточно точно выяснить даже характер используемой магии, и уж тем более – ее силу. Не хватало им только одного: базы данных со свойствами уникальных магических талантов. Но Фред умудрялся не только определить к кому или к чему маг прикладывает силу, но и достаточно точно описать, что именно он при этом делает. А там уж, либо сразу становилось понятно, о каких способностях идет речь, либо надо было искать сведения о подобном воздействии в архивах.
Заполучить Менока в команду стоило немалых усилий и средств. Однако сам по себе он был личностью настолько трусоватой и инертной, что вызывал у деятельного Александра отвращение. Кроме того, Фред заикался: в обычной ситуации довольно сильно, но хоть понять можно было, что он там бормочет. Если терпением запастись. А вот испугавшись, ценный специалист вообще терял дар речи. Поэтому собственное общение с ним принц свел к минимуму, взвалив эту неприятную обязанность на подчиненных. Стасу все же было легче: морду держал кирпичом и считывал мысли заики. Не афишируя, конечно. Кажется, Менок вообще не знал о даре Тэрона, а то боялся бы его сильнее королевской крови.
- А ты их не считывал? – на всякий случай спросил его ненаследное высочество, понимая, что, если бы информация была, ему бы уже сообщили.
- Я сразу же попытался их задержать, работал на внушение. Только вот незадача, Лекс: они поняли.
- Думаешь, второй – такой же как Фред?
- Вряд ли. Там было не сложно догадаться. Ни с того, ни с сего захотеть остаться? С чего бы? Нет, это просто мозги правильно в голову вставлены. А я протупил.
- Бывает, - вздохнул Александр и покосился на друга. - У меня к тебе просьба будет, - Стас развел руками – мол, валяй уже, выполню. – Там у управления люди Вельски ждут приставленного к копам консультанта. Составь им компанию, может сможешь прочесть парня.
- Да, я уже наслышан об этом юном гении, вляпавшемся по самое «не балуйся». Сделаю, - он поднялся и, отсалютовав принцу бокалом, опрокинул в себя остатки его содержимого. – Пошел я. А ты все же заряди Оуэна узнать, что за люди в последнее время в Дентрессу пожаловали. Может, и найдет тебе нашего супер-сильного мага.
Оуэна Шираша, начальника личной службы безопасности Александр звать не стал – набрал по телефону. И действительно отдал распоряжение выяснить, кто из иногородних за последнее время прибыл в город. Потом растянулся на диване и прикрыл глаза, позволив мыслям течь, как придется. Где-то там, в процессе всех этих переговоров, мелькнула занимательная идея, которую очень хотелось додумать. Вспомнить бы еще, с чем она связана.
Он почти задремал, когда легкий шорох приоткрывшейся двери заставил вздрогнуть и открыть глаза. А не дававшаяся до этого идея вдруг проявилась полностью и обросла подробностями.
- Ты-то мне и нужна, мелкая, - хмыкнул высочество и одним броском оказался у двери, сцапав за руку взвизгнувшую сестру.
- Пусти, медведь! – возмутилась Ками.
- Да пущу, пущу, - засмеялся Александр. – Садись вон в кресло, разговор есть, - дождавшись, пока насупившаяся принцесса устроится в указанном месте, он сел напротив, поболтал так и не допитое вино в бокале, изучая девушку, и спросил: - Все подслушала? – Ками вспыхнула. – Нет, если не все, или не поняла чего, ты спрашивай, спрашивай, - хихикнул его высочество.
- А то ты так мне все и рассказал! – раздраженно фыркнула принцесса.
- Все – не расскажу, ибо нос твой еще не дорос.
- Ну да, как замуж, так дорос, - обиженно перебила Камилла, - а как в дела посвящать, так я еще маленькая.
- Ну, не такая уж ты и маленькая. А будешь дуться, решу, что тебе и вправду замуж пора.
- Да иди ты!
- Не-е-ет! Я никуда не пойду. Пойдешь у нас ты.
- И куда ты решил меня послать? Надеюсь, не в пешее эротическое?
Александр закатил глаза.
- И откуда нахваталась?! Ты приличная девушка из правящей семьи или пьянь какая подзаборная? – Ками поджала губы и отвернулась от брата. – Ладно, не злись, малыш. Мне на самом деле нужна твоя помощь.
- Бумажки какие-нибудь перебирать, чтобы, как последняя дура, поверила, что при деле? – скривилась ее высочество.
- Отнюдь. Как раз-таки я тебя, можно сказать, на полевую работу хочу ангажировать.
- Да ладно! – не поверила девчонка.
- Ну, вот так вот, - он развел руками. - Слышала небось, что тут о юном консультанте при полиции говорили?
- Это который с проклятием и неопознанным даром?
- Он самый. Только проклятие с него сняли, так что парень живее всех живых.
- И что тебе от меня надо?
- А надо мне, чтобы ты с ним познакомилась в неформальной обстановке, подружилась. Можешь даже глазки построить, на романтику его подкинуть. Ты у меня девочка хорошенькая, должен повестись.
- Обалдеть! – Ками рассмеялась. – Родной братец под неизвестного консультанта, да еще и копа, подкладывает.
- Цыц! – нахмурился Александр. – Никто тебя под него не подкладывает. Мне информация о расследовании нужна, а полиция делиться не спешит.
- Значит, не просто так твои приближенные гибнут? – уже серьезно спросила сестра.
- Ну, ты же не глупая, должна понимать, что не бывает таких совпадений. А у меня нет своих специалистов, чтобы расследовать эти смерти. Только копы, если что и накопают, дело в прокуратуру сдадут, а пока еще там будут разбираться, фигурант сто раз сбежать успеет. И не факт, что не выплывет с новыми гадостями не здесь и не сейчас.
- Значит, ты предлагаешь мне крутить таинственным консультантом и добывать через него информацию?
- Примерно так.
- А если я ему не понравлюсь?
- Ты – и не понравишься?! – в притворном ужасе вскинул брови принц. – Быть не может! И потом, на счет построить глазки – это как вариант. Может, тебе просто подружиться с ним удастся. Все же молодой парень, вы примерно одного возраста с ним. Найдете общие интересы.
- А если он меня узнает?
- Сомнительно, - пожал плечами Александр. – Из всей королевской семьи ты у нас личность наименее известная.
- Да уж. После того, как тебя сослали, мои фотографии вообще ни разу в газетах не появлялись. Все Ульрих да Ульрих. Мать словно забыла о моем существовании. А потом вдруг раз – и замуж за старика Лучиано.
- Во-о-от! И еще пример: кто-нибудь твою цветочницу за принцессу принимал?
- Да ни разу!
- А ты сама говоришь, вы с ней похожи очень. Но, если хочешь, можем тебя замаскировать немного, - он критически осмотрел симпатичное личико сестры. – Волосы там перекрасить, цвет глаз сменить. Вы, женщины, мастера в этом. А если сама не можешь, Диану попросим, она что-нибудь путное присоветует.
- Глаза – не дам! – резко воспротивилась Ками. И было отчего: единственная из детей Арианны, этой чертой она пошла в мать, получив от нее завораживающий фиалковый цвет радужки. – А кстати, кто такая эта Диана? И почему она тут ведет себя, как хозяйка?
- А вот это как раз та информация, которой я с тобой делиться пока не намерен, - усмехнулся его высочество, а Камилла снова надулась. – Вот докажешь, что на тебя можно положиться в серьезном деле, тогда, пожалуй, расскажу. А пока прими, как данность, что Диана имеет полное право распоряжаться здесь всем точно так же, как и я сам. И не ссорься с ней. Она хороший человек и может стать тебе другом.
- Да вроде не с чего ссориться, - пожала плечами принцесса и призналась: – Мне она даже понравилась. Если, конечно, она не твоя любовница, - и ее аж передернуло.
Александр весело, от души расхохотался.

* * *
Признаться, Штольц опешил, когда Томас безропотно кинулся исполнять не вполне разумное задание Ревента, велевшего обследовать места преступлений без некромантки. Возразить что-либо Валентин попросту не успел. Даже спросить, что Хантер творит, не получилось – с такой скоростью они неслись к выходу из управления. А едва выскочили из здания, Том резко затормозил, встряхнул головой и приказал:
- Пойте, Валет! - затем полез в карман, извлек телефон и выключил его. – Свой тоже отключите.
Тин недоуменно моргнул, но тут же сообразил, что подобное указание от менталиста может означать лишь одно – их пытаются слушать. Петь Штольц не умел и не любил, даже мысленно. У него с музыкой вообще были сложные отношения – в детстве наслушался. Он предпочитал переключаться на теоретические изыскания в области магических потоков. Математика там была такая, что у неподготовленного человека мозги в узел завязались бы. Куда уж обычному мыслечтецу пробиться! Ну и собственный дар подключил, чтобы нивелировать чужое воздействие.
- Все в порядке, телефона у меня нет, а элементарные приемы я знаю, - кивнул Тин Тому. – Правда, признаться, я бы не хотел осматривать места преступлений без леди.
- Да я бы тоже, - усмехнулся Хантер. – Знаете, как-то не хочется отвечать перед начальством за вашу безвременную кончину.
- И что будем делать?
- Миру ждать, конечно, - пожал плечами Том. – Сейчас они с Ирвином поскандалят до белой пелены в глазах, а потом она к нам присоединится. Пойдемте в машину, отъедем недалеко. Никс знает, где я ее жду обычно в таких ситуациях. Заодно выясним, сядет ли мой коллега нам на хвост. Да и вообще, не мешало бы понять, кто это и где затаился. Зонт у вас есть?
Штольц с любопытством покосился на Хантера, но зонт из кармана извлек и открыл. Спорить у него даже мысли не возникло. Не на счет зонта, конечно, на счет слежки. Сколько бы Бромли ни таскал его на места преступлений, к настоящей полицейской работе – вот такой, чтобы с погонями и «хостами», ментальной прослушкой и прочими радостями оперативников – не допускал. Берег? Не доверял? Этого Тин не знал, но решил, что обязательно спросит. Потом, когда вернется. Пока же он предвкушал очередное приключение. Его собственная экспертиза временно откладывалась, но это не значило, что нельзя получить удовольствие от наблюдения за новыми напарниками. К тому же, сидя в уютном и теплом салоне «Омега-Вердано». Машина произвела на Валета впечатление еще вчера, однако сегодня его ждал и вовсе неожиданный сюрприз.
Разумеется, стоило им отъехать, следом увязался «хвост» - одна из машин, стоявших до этого напротив Управления.
- Отлично, - ухмыльнулся Томас. – Нас пасет менталист. Вот и узнаем, кто это такой любопытный.
А в следующий миг прибавил скорость так, что Тина вжало в кресло. На узких улочках центра старого города это оказалось тем еще аттракционом. Однако долго гонка не продлилась: Хантер свернул сначала в неприметный проулок, а затем, почти сразу – в подворотню. Здесь машина встала как вкопанная, а водитель нажал какие-то кнопки на панели, и боковые зеркала расцвели лепестками на длинных трубках. Трубки эти сами собой начали изгибаться и занимать такое положение, что отражающие поверхности на их концах показали не только переулок, в который выходили ворота, но и перпендикулярную улицу. А по ней как раз медленно проезжала та самая машина, что пасла их от Управления.
У поворота авто преследователя остановилось, но водитель или кто-то еще – за тонированными стеклами не было видно, сколько человек в машине – не спешили выходить.
- Да один он там, один, - хмыкнул Том, то ли прочитав мысли Валентина, то ли догадавшись по его физиономии. – Даже почти уверен, что знаю, кто это. Так что, пойте дальше, господин консультант. И не вздумайте вылезти из машины. А я пойду, вызову коллегу на беседу.
С этими словами он бесшумно приоткрыл дверцу, плавно выскользнул в подворотню и… растворился в тенях. Штольц растерянно закрутил головой, но заметить Хантера смог лишь через пару минут, когда тот, пригнувшись, обходил чужой автомобиль сзади. Резкий рывок двери, мгновенный бросок, и вот уже Томас возвращается к «Омеге-Вердано» взвалив на плечо бессознательное тело. Тину оставалось лишь хлопать глазами и мысленно задавать совсем уж безумные параметры для расчетов перекрестных магических потоков. Хотя зачем это было нужно теперь – непонятно.
Хантер свалил пленника на заднее сидение, устроил его поудобнее и аккуратно защелкнул две пары наручников – на запястьях и узких аристократических лодыжках неизвестного.
- Знакомьтесь, Валет, - произнес, устраиваясь на водительском месте. – Друг и соратник опального высочества, гранд-мастер менталист виконт Стас Тэрон. И вот очень мне интересно, зачем ему понадобилось за нами следить.
- Мы теперь будем ждать, пока он сможет ответить? – растерянно спросил Тин.
- Зачем же? Сейчас приведем в чувство и расспросим. Вы, главное, петь не забывайте, а то этот парень шибко ушлый, даже под моим присмотром прочитать умудрится, что не нужно, - Том перегнулся через спинку сидения и приложил пальцы к вискам пленника. – Приветствую вас, сэр Тэрон, - произнес ехидно, едва тот открыл глаза.
- Чтоб вы провалились, Хантер! – выругался Тэрон. – Какого черта вы меня сковали?!
- А какого черта вы за нами таскались, коллега? – со смешком поинтересовался Томас. – Слежка за полицейскими, знаете ли, дело уголовно наказуемое.
- Хантер!!! – взвыл соратник принца. – Вас же Александр с дерьмом смешает!
- На каком основании? – продолжил ерничать коп. – Я все делаю по закону и в рамках следственных мероприятий. А сковал я вас, чтобы не сбежали сразу. Но я добрый, отпущу. Если ответите всего на пару вопросов. Или могу сдать в участок на основании вашей шпионской деятельности. Доказывайте потом, что случайно здесь оказались. Особенно с учетом того, что у меня регистратор весь процесс преследования моей машины писал.
- Да чтоб вас! – заскрипел зубами Тэрон. – Спрашивайте, и покончим с этим. В конце концов, ничего криминального я не делал и не планировал.
- Ну так и расскажите нам, сэр, зачем следили за мной, - Хантер, извернувшись, сложил руки на спинке сидения, утвердил на нах подбородок и с умильным выражением на физиономии приготовился внимать откровениям.
Тин предпочел наблюдать за пленником через зеркало заднего вида. По идее, с той стороны и заметно не было, что кто-то есть на пассажирском сидении – макушка консультанта не маячила над высоким подголовником. Но он понимал: менталист уже давно определил, что в машине находится больше двух человек. Да и не факт, что следил за Томом, а не за самим Штольцем.
- Хантер, не валяйте дурака, - вздохнул Стас. – Вы прекрасно знаете, почему люди принца пасут вас, где только могут. Поделились бы уже с Александром ходом расследования! Он же места себе не находит! У него люди мрут как мухи, а вы тайны развели. Пошли бы уже человеку на встречу, глядишь, и он бы вам больше информации отсыпал.
- Его высочество Александр, как и все его приближенные, включая вас, Тэрон, находится под подозрением, - жестко ответил Томас, и Валентин даже вздрогнул от такого тона у добродушного и спокойного копа.
- Хорошо работаете! – язвительно произнес пленник. – Проще всего, конечно, подозревать пострадавшую сторону. И да, я следил за вами и пытался читать. Не конкретно вас, Томас, понимаю, что безнадежно. А вашего спутника. Кстати, молодой человек, блок вы ставите просто непробиваемый. Никогда такого не видел. Какой у вас уровень ментального дара?
- Никакой, - ответил вместо консультанта Хантер. – Он вообще не по нашей части. Но парень во многих отношениях талантливый. Так зачем он вам понадобился?
- Ясно, зачем. Темная лошадка в команде копов. Только появился – чуть не погиб от проклятия, которое никто, кроме него, даже заметить не сподобился. Вывод: что-то да умеет, что-то да выяснит там, где вам не обломилось. И мы снова возвращаемся к тому, что Александр хочет знать о ходе расследования.
- Хотеть не вредно, - пожал плечами Том. – Вы бы не лезли ни к нам, ни к парню, Стас. Вам на него молиться надо, поскольку Валет – единственный, кто может снять подозрения с вашей компании. Или подтвердить их. То есть, если полезете, мы будем считать, что вам очень невыгодно, чтобы мы продвинулись в расследовании. Это понятно?
- Да чтоб вас! А вы сами, молодой человек, чего молчите? Тоже считаете, что его высочество сам убирает неугодных людей в своем окружении?
- Не лезь к парню! – рыкнул было Том, но Тин вдруг почувствовал, как всколыхнулся дар.
Он развернулся и выглянул между спинками кресел, уставился в глаза менталисту. Тот вздрогнул и поежился.
- Дайте руку, - требовательно произнес Штольц, протягивая ладонь Тэрону, а тот не посмел ослушаться.
Дар рванулся, точно только этого и ждал. Вперед, вперед, туда, где через несколько десятилетий и даже столетий сильного мага ждала закономерная кончина. Тину стоило немало усилий обуздать своенравные способности, притормозить на небольшом временном расстоянии (месяц? год?) от последнего узла. Потому что лезть он туда не собирался, только посмотреть. И увидел: готовую соскользнуть обратно по вектору времени петлю. Стас Тэрон должен был стать одной из следующих жертв убийцы. Это было неправильно, противоречило самой сути способностей Мастера Смерти. Штольц не знал, что делать, как помочь, никогда не учился использовать свои способности для чего-либо, кроме определения времени и причины смерти, если она наступила вопреки воле судьбы. Но тут словно что-то воззвало изнутри, требуя исправить несправедливость.
И Тин сделал то, чего никак от себя не ожидал. Он потянулся даром к нити жизни и принялся вязать на ней узел максимально близко к спусковому крючку убийства. Тяжелый, мощный узел, способный задержать скользящую петлю, нацеленную в настоящее. Совсем уж лезть непосредственно к петле не рискнул. Валет не видел проклятия, но это ни о чем не говорило. В прошлый раз он тоже его не почувствовал. А сейчас не знал, сколько дней или лет жизни отнимает у Тэрона, но был уверен, что это мизер по сравнению с тем, что запланировал убийца.
А потом накатила такая всепоглощающая усталость, что рука пленника просто выскользнула из пальцев Штольца, а сам он со стоном откинулся на спинку сидения.
- Валет, что с вами?! – рванулся к нему Хантер.
- Отпустите его, Том, - прохрипел Тин. – Он не убийца. Он должен был стать жертвой. Не станет, я сделал, что мог.
- Что?! – вскинулись одновременно оба менталиста.
- Я… наверное… укоротил вашу жизнь… Самое большее… на год… Это не скоро… очень… Но зато не теперь… Исправлю потом, когда разберемся…
- Валет, с вами-то что?! – взвыл Томас, с ужасом глядя на побелевшего консультанта.
- Устал, - слабо улыбнулся Тин. – Мне бы поесть…
- Понял, сейчас сделаем. Пока вот с этого начните, - Хантер сунул в руки Штольцу бутылку с омерзительно сладкой газировкой и завел мотор.
- Эй! – завопил Тэрон. – Меня-то отпустите!
- Да чтоб тебя! – ругнулся Том и выскочил из машины.
- Валет, я не знаю, что вы сделали, но прошу вас, посмотрите остальных! Хотите, они в участок придут! Только… только не надо больше смертей!
- Заткнись, Стас! – бесцеремонно прервал его Томас, влезший на заднее сидение и уже размыкающий браслеты на ногах Тэрона. – Не смей трогать парня!
Но менталист его высочества сдаваться не собирался.
- Приезжайте в усадьбу, Валет! Поговорите с принцем. Возможно, вы сможете убедить копов в том, что он не убийца, а жертва!
- Лучше, наверное, в участок, - отозвался Штольц. – Все пусть приходят. Только не одновременно. Принц тоже. Завтра во второй половине дня буду ждать. Но я могу лишь сказать, кто не является убийцей. Вот как вы. Если кто-то не должен быть убит в ближайшее время, это не избавит его от подозрений.
- Я понял, - кивнул Стас, а Том тихо зарычал.
- И вот еще что, - продолжил Тин, которому явно полегчало от газировки. – Не говорите никому о том, что произошло сегодня, даже его высочеству. Вы же понимаете, что убийца может сам себе сократить жизнь, чтобы оказаться вне подозрений. Обещайте, сэр Тэрон. Иначе я попрошу Тома задержать вас до утра в участке.
- Так бы и следовало поступить, - проворчал Хантер.
- А давайте! – неожиданно согласился Стас.
- А на похоронах вам присутствовать не нужно? – удивился Том.
- Без меня обойдутся, - отмахнулся Тэрон. – Да и Александр примчится, как только узнает, что я в обезьяннике. Вот его и проверите в первую очередь. Даже до завтра ждать не придется.
- Мы сегодня поедем по делам, меня не будет в участке.
- Да куда вам еще?! – взвился Томас.
- Ничего, я подожду, посижу в камере, - усмехнулся одновременно с ним Тэрон.
- Я буду в порядке, когда поем, - ответил Тин Хантеру. – Уже вот полегчало, - он потряс бутылкой с остатками приторного напитка.
- Черт-те что! – проворчал Том. – Послала же судьба напарничка! Придется вам, Тэрон, составить нам компанию.
- Я даже готов оплатить ланч всем троим, - засмеялся Стас.
Однако долго посидеть им не удалось. Заказ еще не принесли, когда у Хантера зазвонил телефон, и менталист отошел в сторону, чтобы ответить. Вернулся он буквально через минуту.
- У меня возникло срочное дело. Стас, вас я отвезу в участок, а вы, Валет, ждите меня здесь. Заберу вас примерно через час, как раз успеете подкрепиться, - заявил непререкаемо.
- Эх, придется довольствоваться тюремной баландой! – деланно вздохнул Тэрон.
- Да ну вас! Принесут вам что-то нормальное поесть. Валет, отсюда – ни ногой, ради всех богов. Мне только вас потерять не хватало.
- Ладно, - пожал плечами Тин. – Только один я столько не съем!
- Хорошо, я отменю часть заказа, - хмыкнул Том и подтолкнул в спину поднявшегося Стаса.
Последний не преминул бросить на стол крупную купюру и подмигнуть Валентину.
Штольц мысленно вздохнул с облегчением. Даже при всей своей любви к теории магических потоков, он был сыт по горло вычислениями. А Тэрон, как назло, только и делал, что пялился на несчастного консультанта. То ли читать пытался, то ли любопытство удовлетворял – иди пойми. Сто лет бы с менталистами не общался!
На стол стали подавать первые кушанья, и Тин набросился на еду. Насытился он быстро, но дар явно не был удовлетворен до конца. Конфликт способностей и желудка нужно было решать, и Мастер Смерти попросил официантку немного повременить с остальными блюдами, пока он подышит воздухом. Действительно, влажная взвесь, которую молодой человек вдохнул, стоя под навесом у входа в ресторан, словно осадила пищу в переполненном животе. Валентин принюхивался к запахам разных блюд, доносящиеся из других заведений, курительных смесей из кальянной по соседству, вина, разливаемого всем желающим прямо из бочонка. Желающих, правда, было немного – в такую-то погоду. Неспешная суета туристического островка Дентрессы успокаивала, расслабляла. Дар больше не бунтовал и ничего не требовал, а аппетит снова поднял голову. Теперь уже можно было поесть спокойно и заодно обдумать, что произошло там, в «Омега-Вердано» Хантера.
И тут невдалеке завыла сирена, а потом на пешеходную улицу на дикой скорости вывернула хорошо знакомая малолитражка. Тин нахмурился и собрался было поднять руку, обозначив Мире свое присутствие, но не успел – машина промчалась мимо, обдав его фонтаном из ближайшей лужи.
Глядя на промокшие брюки и заляпанный свитер, Мастер Смерти с ужасом размышлял, как в таком виде войдет в ресторан. В том, что у копов случилось что-то важное, он не сомневался. Было немного обидно, что его не позвали, но утверждать, что срочный общий сбор связан с делом приближенных принца, он не стал бы. Тем не менее, аппетит снова пропал.
- Ой-ой-ой! – прозвучало вдруг совсем рядом. – Кажется, вам сильно не повезло! Помощь нужна?
- Здравствуйте! – Валет растерянно обернулся и уставился на молоденькую девчонку, разглядывавшую его с сочувствием и интересом. От этого интереса стало не по себе. Не привык Тин к тому, что девушки им интересуются. Да еще так… откровенно. – Не беспокойтесь, я справлюсь, - нервно ответил на вопрос.
- Да ладно! Мне не трудно помочь вам почиститься, - сделала вид, что не поняла отказа девчонка. – Вы же из этого ресторана вышли? Наверняка там есть, где намочить платок. Да и полотенца тоже найдутся.
- Благодарю, но не стоит, - напрягся Валет. – Я вполне могу справиться сам.
- Не будьте букой! – засмеялась незнакомка. – Может, вы мне понравились, и я собираюсь выведать, кто вы такой. Идемте!
- Что-то я сомневаюсь, - пробормотал Штольц, но вынужденно последовал за девушкой.


Вот как ползу, так и отражаю!

 
kagami Дата: Суббота, 10 Дек 2022, 10:38 PM | Сообщение # 10
Кривое зеркало
Группа: Святая Инквизиция
Сообщений: 10034
Статус: Offline
..:: Дополнительно ::..
Глава пятая

* * *

Говорите, злость – плохой советчик? Мира ее советов слушаться и не стала. А хотелось, очень хотелось пойти прямо к Стальной Грете и донести на Ревента, сообщить, что он затеял убить драгоценного консультанта. Нет, ну как – как?! – могло Ирвину прийти в голову отправить осматривать места прошлых смертей только Тома и Валета?! Там же тоже могут быть ловушки с проклятиями!
При этом ее саму Ревент загнал на Сиварийское кладбище прямо-таки по очень «важному» поводу – дело булочника Ускара, видите ли, в прокуратуру передавать пора, а у покойника до сих пор не уточнили, кто должен был стать вторым свидетелем, подписавшим завещание. Как будто они и так этого не выяснили!
В Ирвине Ревенте Мире нравилось все: стройная атлетическая фигура, копна чуть вьющихся вечно растрепанных пшеничных волос, чуть грубоватое, но правильное лицо с острыми скулами, под которыми в улыбке проступали задорные ямочки, яркие бирюзовые глаза, становящиеся по-грозовому серыми в моменты напряжения или злости. Более того, ей нравилось его чувство юмора, его профессионализм и отличное чутье полицейского, любовь к животным, и даже нарочито простецкий говорок и полное отсутствие чинопочитания. Но…
Всегда есть «но».
У Ирвина Ревента, как и, наверное, у всех на свете, бывали плохие дни, когда окружающим следовало искать пятый угол. В такие дни аналитический мозг детектива давал просто катастрофические сбои. Недостаток ли информации был тому виной, или чутье взбрыкивало – трудно понять со стороны, а сам Ирвин не считал нужным делиться причинами своего неадекватного поведения. Когда внутренний компьютер Ревента выдавал подобный сбой, решения этого исключительно талантливого в другое время копа становились бессмысленными или абсурдными, обычные рабочие обсуждения выливались в скандалы, любые версии, кроме собственных, объявлялись несостоятельными, а кончик носа детектива брюзгливо опускался к верхней губе.
Именно по носу Никс и определила, что день не задался, едва вошла в кабинет со Штольцем на прицепе. Последний, кстати, был весел и жизнерадостен, о том, что накануне едва не умер, вспоминать не считал нужным и вообще рвался в бой, в смысле на места предыдущих смертей приближенных высочества.
- Доброе утро, господа! – пропел он, озаряя улыбкой сумрачный кабинет.
Сумрак, по правде говоря, был обеспечен зарядившим с утра дождем и низкими облаками, но создавалось впечатление, что, его нагнетает недовольный жизнью Ревент. У Миры создавалось, а что до остальных, то ни Том, ни Валет, похоже, не замечали негатива, распространяемого детективом.
Вот тут Ирвин и выдал указание, от которого у некромантки просто дар речи пропал на мгновение. Увы, его хватило, чтобы Хантер сорвался с места, подцепил консультанта под руку и слинял из комнаты. Видно, все же успел с утра прочувствовать все прелести отвратного настроения непосредственного начальства. Просто виду не подавал.
А Мира, когда отмерла, доступно объяснила Ревенту, почему он идиот. Дура! Будто не знала, что только хуже будет. Ирвин орал. Более того, он поднялся и навис над некроманткой. И наговорил… всякого. Обидного и несправедливого. Но хуже всего, что он… эта сволочь!.. назвал ее Эсмеральдой! Вот тут Никс не выдержала и ответила. Все, что думала. И, как результат, получила обещание проверки на профпригодность и это идиотское задание.
Злость бурлила в крови, поэтому Никс гнала машину, бесцеремонно нацепив на крышу мигалку и срезая путь везде, где только возможно. По большому счету, злилась девушка и на себя тоже. Вот чего ей стоило смолчать и просто отправиться следом за парнями? Или хотя бы дать понять, чтобы подождали. Никуда бы это кладбище и закрытое, по сути, дело не делись бы. Но нет, она потеряла время на пререкания с Ирвином, а в итоге телефон у Тома оказался выключен.
Последнее тоже не добавляло радости. Просто так менталист не ушел бы со связи, и объяснение его поступку могло быть лишь одно: Хантер п0чувствовал слежку коллеги по дару, а гаджет в этом случае мог сыграть роль усилителя. Конечно, прочитать самого Тома было нереально, но вот Валета… Хотя, рядом с профи тоже просто не будет, особенно, если консультант знает простейшие приемы сокрытия мыслей. Сама некромантка, как учили еще в академии, постоянно мысленно напевала дурацкий шлягер – из новомодных и абсолютно бессмысленных. Привязался, зараза!
Мира надеялась, что у Хантера, да и у самого Штольца хватит ума не соваться туда, куда их так «великодушно» послал Ревент. А где их искать, когда освободится, подумает после. Скорее всего, Том потащит консультанта в одно из своих излюбленных заведений – чтобы и тихо, и пиво свежее, и кофе правильный. Ничего, найдутся.
Сиварийское кладбище располагалось за городом, но злая, как шершень Никс преодолела расстояние до него в рекордные сроки, выжав на шоссе максимум из своей малолитражки. Сторож попытался что-то вякнуть из-за машины, перегородившей ворота, но Никс так на него глянула, что мужик предпочел не связываться. Еще и жетоном посветила – на всякий случай, чем повергла в шок и легкую панику толпу чьих-то скорбящих родственников, как раз покидавших погост.
Оскальзываясь на мокрых дорожках и ежась от сыпавшейся за шиворот водяной крупы (зонт, разумеется, зарылся на самое дно необъятной сумки, а останавливаться, выкапывать его и терять время не хотелось категорически) девушка промчалась в глубину кладбища к могиле злосчастного булочника и, лишь привалившись к ограде искомой могилы, отдышалась, достала планшет и заставила себя сосредоточиться на деле. Злость, впрочем, никуда не делась, и несчастный покойный булочник, наверное, помер бы вторично, если бы мог, от общения со свирепой некроманткой.
Много времени снятие показаний не заняло. Уже через четверть часа Никс закинула на плечо сумку, сунула руки в карманы и быстрым шагом направилась обратно, не глядя по сторонам. И снова напугала своим зверским видом какую-то женщину. Мысли девушки были заняты тем, где искать Тома и Валета. Время едва перевалило за полдень, вполне можно было успеть посетить места смерти жертв. Вместе, разумеется. Мира даже начала размышлять о том, в каком порядке лучше это сделать – все же не ближний свет. Потом ей пришло в голову, что их могут не пустить в резиденцию принца, где сломал шею, оступившись на верхней ступеньке лестницы личный врач высочества Вильям Гертин. Хотя что там лечить этому бугаю, большой вопрос. А потом ей отчего-то пришло в голову, что в особняк можно вообще не ездить. Откуда-то взялась обида на то, что она тут работает, а эти двое – Том и Штольц – прохлаждаются где-то. Могли бы и сами съездить, договориться хоть об этом визите. И вообще, делом бы занимались. А то, как разрываться между разными расследованиями, по кладбищам мотаться, так вперед, Никс, а как дар применить, драгоценный и уникальный, так мы штатную некромантку подождем.
Девушка неслась к машине накручивая себя все сильнее.
- Фиг вам, а не моя помощь! Как доверить нам расследовать самое поганое дело – так мы лучшие, а как результат в зубах через неделю не принесли, так, стало быть, слабаки и недоучки, нате вам крутого консультанта, ибо без него вы ни на что не годитесь! Вот пусть теперь этот консультант покажет на что годен он, а мы уж как-нибудь своими методами, по старинке, - бормотала она под конец пути уже вслух.
С места Никс рванула с такой скоростью, что снесла какой-то билборд у ворот кладбища и чуть не протаранила успевшую припарковаться поблизости машину. Кажется, сторож кричал ей вслед что-то матерное, но Мире было все равно – она злилась до кровавой пелены в глазах.
Однако, через несколько километров, которые некромантка промчалась по шоссе на запрещенной скорости, в мозгах начало проясняться. Какая-то часть сознания вдруг удивилась внезапно возникшей ненависти к Штольцу. Он, конечно, немножко жуткий и вообще странный, но пока ничего плохого, кроме хорошего от него никто не видел. К тому же эта злость на брошенных без поддержки Тома и Валета была какой-то слишком жгучей, агрессивной, неестественной. Вот утром Рейвент тоже довел ее до бешенства, но желания отправить его на смерть не возникло даже на мгновение. Головой в унитаз макнуть – это да, это с радостью. Чтобы мозги на место встали. А консультант и вовсе ничем не заслужил подобной эмоциональной вспышки, как и Том, разумеется. Менталист в их команде вообще роль вечного миротворца играет, без него они с Ирвином уже давно бы смертельно друг друга обидели. Впрочем, основной поток отрицательных эмоций был направлен не на него, на Валета все же.
Мира не зря занимала место в полицейском управлении, да и три года общения с Хантером не прошли даром. Как бы ни хотелось ей порвать глотку Штольцу, понять, что желание наведенное, все-таки смогла. Первым порывом было развернуться и мчаться обратно на кладбище, найти того гада, которого ей это сподобил, и удавить на хрен. Впрочем, смысла в этом не было никакого: работавший с сознанием девушки менталист наверняка уже давно куда-то слинял. Да и желание подставить консультанта под очередное проклятие никуда не делось, если сильнее не стало. А значит, ей нужен был Том. Никто, кроме него не смог бы снять воздействие без риска для психики некромантки. Потому что только ему она доверяла, настолько, чтобы позволить залезть себе в голову и тщательно перебрать все последние воспоминания.
Подъезжая к городу Никс сбавила скорость и потянулась за сумкой. Не найдя в необъятном мешке искомого, вытряхнула содержимое на соседнее сидение и все же откопала телефон.
- Только ответь! – взмолилась, включая вызов.
И Хантер ответил.
- Никс, ты где? Мы время теряем.
- Том, ты с Валетом?
- Да.
- Избавься от него.
- Что случилось?
- Я боюсь… его убить… Внушение… Нужно снять… - даже эти слова давались ей тяжело, приходилось преодолевать сопротивление воздействия враждебного менталиста.
- Понял. Через пятнадцать минут буду в Управлении.
- Еду, - ответила она, отключила телефон и позволила себе выдохнуть с облегчением.
А потом снова прибавила скорость: без мигалки ей оставалось ехать еще минут двадцать-двадцать пять, и то, если не вляпаться в пробку. А за это время внушение вполне могло свернуть ее с пути. Мира закусила губу, попросила прощения у всего вышестоящего начальства – от Винкин до Ревента – и снова водрузила светляк на крышу. Сирену включать пока не стала, не наглеть же окончательно. Но не сомневалась, что, если понадобится, воспользуется и этим преимуществом. Следовало спешить.
Дождь усилился, дворники работали в максимальном режиме, и, не знай некромантка так хорошо каждую улицу в городе, а на ней – каждую выбоину, гонка могла бы обернуться трагически. Однако от несущейся микролитражки страдали только прохожие, бесцеремонно залитые водой из грязных луж. Вслед Никс отправляли проклятия, парочка была даже вполне оформленных, но их она профессионально отбила. Мира стремилась как можно быстрее добраться до центра, понимая, что там придется потерять немало времени.
То, что Управление расположено в старинном особняке в самом центре города, было гордостью Стальной Греты, которая, едва вступив в начальственную должность, выдержала немало боев за это здание с другими заинтересованными ведомствами. Да и прочие сотрудники – от уборщицы до детектива – гордились местом службы. Вот только один недостаток у такого расположения был: множество узеньких улочек с односторонним движением позволяло полицейским машинам быстро покинуть старый город и вырваться на простор широких проспектов, а вот добраться до Управления так же легко уже не получалось, приходилось кружить. Никс это не устраивало никак, поэтому сирена все же взвыла в паре километров от места назначения.
Под этот аккомпанемент Мира даже решила воспользоваться пешеходной зоной: ни сезон, ни погода не располагали к прогулкам, а значит, много народу там быть не должно, а кто найдется, успеет убраться с дороги. Ну а то, что парочка недотеп тоже оказались облиты, не ее проблемы, ведь так? Правда, одна фигура под навесом показалась ей смутно знакомой, но акцентировать на этом внимание некромантка не стала.
Парковалась возле Управления она уже осторожно – свои вольностей не прощали. Зато до кабинета бежала так, что сослуживцы шарахались с пути и не стремились здороваться. Впрочем, в полиции привыкли ко всякому: бежит человек, значит, дело срочное.
Ирвина в кабинете не было, и в такой ситуации это оказалось во благо.
- Том! – выдохнула Никс.
- Садись и закрой глаза, - менталист указал на выставленное посреди кабинета офисное кресло. – Знаешь, что делать, милая. Просто постарайся расслабиться и ни о чем не думать.
Мира послушно опустилась на сидение. Почувствовала прохладные пальцы Хантера на висках. Мгновенная боль, а потом она провалилась в небытие.
Сколько времени оно длилось, девушка не знала, но пришла в себя легко, голова не болела, а злость на весь мир испарилась, словно ее и не было. Первым она увидела перед собой Ирвина. И улыбнулась. А он улыбнулся в ответ.
- Поздравляю, подруга! – весело произнес детектив. – Ты заставила нашего убийцу засуетиться. Теперь мы, по крайней мере, точно знаем, что он существует.
- Вообще-то, не я, а Валет. Нашему убийце он очень не нравится. Спасибо, Том.
- Не за что, - со смешком отозвался из-за спины Хантер. – Надеюсь, ты не в обиде, что я немного покопался в твоих последних воспоминаниях?
- Для дела, надеюсь? – фыркнула Мира.
- Разумеется. Зато теперь мы знаем в лицо менталиста, который с тобой поработал на кладбище. Точнее, менталистку. Так что, найдем. А там и дальше ниточка потянется.
- Ну и отлично. А куда вы, кстати, Валета дели?
- Ждет в кафе недалеко отсюда, где его Том оставил, - ответил Ревент. – И по этому поводу у нас есть план. Сейчас ты изображаешь из себя фурию, выскакиваешь из Управления и едешь… куда-нибудь. Вместо тебя на такси подъедет парень. Типа стажер. Сумеешь?
- Отчего нет? Вот только мелковата я для парня, не считаешь?
- Не сможешь стать повыше? – вздохнул Ирвин.
- Пятнадцать сантиметров – мой потолок. Есть у меня дома соответствующая обувка.
- Сойдет. А потом я возьму этого стажера, подхвачу консультанта и поеду с ними осматривать места преступлений.
- А я, пожалуй, схожу в камеру к Тэрону, раз уж он вне подозрений и так подкинулся на сотрудничество с полицией, - задумчиво произнес Том. – только фоторобот составлю. Отчего бы ему не знать ту даму? А то что-то менталистов развелось…
- А что с Тэроном? – тут же заинтересовалась Мира.
- Потом расскажу, - отозвался Ирвин. – А сейчас бегом давай, изображай ссору в святом семействе!
На этот раз некромантка послушалась его почти с удовольствием.


Вот как ползу, так и отражаю!

 
kagami Дата: Суббота, 10 Дек 2022, 10:39 PM | Сообщение # 11
Кривое зеркало
Группа: Святая Инквизиция
Сообщений: 10034
Статус: Offline
..:: Дополнительно ::..
* * *

- Делаете успехи, Валет. Всего на час вас оставили, и уже такое очаровательное знакомство, - произнес парнишка, сидевший за рулем служебной машины.
Парнишка? Вот только голос у него был не мужским и знакомым.
- Мира?! – опешил Тин и тут же расплылся в улыбке. – Ни за что не узнал бы!
- На то и расчет, - кивнул расположившийся рядом с некроманткой Ревент.
- А мы сейчас куда? – заволновался консультант. – Мне бы переодеться…
- Если по-быстрому, можем и заехать, - не стал спорить Ирвин, с сочувствием покосившись на видневшийся под плащом грязный свитер Валета.
До ведомственного дома было рукой подать, и Тин снова сменил одежду в диком темпе. А едва вернулся в машину, детектив огорошил его сообщением:
- Пока доедем, стоит поделиться новостями. Вы, Валет, еще не в курсе, но у нас убийца прорезался, знаете ли. Ну или его одаренный приспешник.
Рассказ Мастера Смерти не порадовал, но и не напугал. Куда страшнее ему было еще полчаса назад, когда девушка, представившаяся Миленой, сыпала ненужной информацией о себе и пыталась что-то выпытать о самом консультанте. Она лгала, причем неумело. Не могла простая цветочница так свободно рассуждать и о живописи, и о последних технических новинках, и об экономике, и о магии, которой, по ее собственным словам, не владела. Впрочем, последнее могло быть и правдой – ментально воздействия Тин не почувствовал, а любое другое едва ли могло повредить ему или делу.
Однако поведать копам об этой странной девушке, Валету сразу не удалось – пришлось рассказывать о том, что произошло у них с Тэроном.
- То есть, вы смогли отсрочить его смерть? – недоуменно переспросил детектив.
- Нет… Нет-нет! – замотал головой Валет.
Собственно, недоумение Ревента было понятно: Штольц слишком скомкано и невразумительно поведал о том, что сотворил с менталистом принца. По большому счету он и сам еще не смог до конца осмыслить случившееся. Каждое новое проявление дара происходило спонтанно, и требовалось время, чтобы закрепить появившееся знание, научиться вызывать его по желанию. Но кроме того, Тин не горел желанием рассказывать о своем даре в принципе. Как бы ни были ему симпатичны дентресские копы, он знал их всего лишь второй день. И Мира словно прочитала его мысли:
- Вы не хотите рассказывать о своем даре, Валет? – спросила вдруг.
- Не хочу, - едва ли не с облегчением ответил консультант.
- А почему? – не успокоилась девушка, и Тин поморщился. – Нет-нет! Вы не поняли, я не лезу к вам в душу и не выпытываю эту страшную тайну. Просто хочу понять: вам ваш дар неприятен чем-то, вы его стыдитесь, или дело в том, что за ним могут начать охотиться?
Тин задумался, но не над ответом на вопрос – его он и так знал. Бояться и стыдиться своих способностей он перестал давно. Секретности от него требовали сначала Валентина, а затем и Бромли. Но пока молодой Мастер Смерти не мог сделать ничего такого, чтобы в нем оказалась заинтересована куча народу.
- Понимаете… - начал он и осекся.
- Пока нет, - фыркнула девушка.
- Дело в том, что я очень мало знаю о своем даре. Теоретически я способен на многое, но почти ничего не умею. То, что случилось сегодня – это новое. Я разберусь, конечно, но время нужно. И вот в том, что я пока не умею, могут быть заинтересованы другие люди. Ну, не только полицейские как бы, а…
- Стяжатели, - подсказал Ирвин.
- Да, возможно, - неуверенно ответил Тин.
- Подозреваю, Валет, вы не знаете о своем даре и сотой части, - произнесла вдруг Мира.
- Почему вы так думаете?
- Потому что я его как бы видела. Дар ваш. Он… огромен! Но структурирована лишь крошечная его часть, та, что на поверхности. Это тогда, во время синхронизации, понимаете? Я не подглядывала, не думайте, просто черпала из этой вашей бездны. Она кажется бесконечной, Валет. Вам еще учиться и учиться.
- Было бы у кого, - расстроенно пробурчал консультант.
- Да, это проблема, - согласился Ревент.
- Мне кажется, на прорыв дара повлияла синхронизация, - вздохнув, сознался Тин. – И в «Идиллии», и потом, с Тэроном – все было достаточно ново для меня. Хотя, к тому, что произошло в ресторане, я был готов. Ну, кроме проклятия. Думаю, нам и теперь лучше действовать в синхроне.
- Согласна! – тут же отозвалась Никс. – В этот раз я не стану пытаться искать что-то свое, буду отслеживать только то, что делаете вы, а как увижу проклятие, постараюсь его удержать или снять. Во всяком случае, смогу в любой момент вытащить вас до того, как эта дрянь вцепится.
- Я на это и рассчитываю, - кивнул консультант. – Очень, знаете ли, не хочется умирать снова. Хотя, времени после смерти Эствуда прошло много, может, ничего и вовсе не получится.
- А может, и получится. Глядишь, еще что новое в себе откроете, - хмыкнула некромантка.
- А потом что делать? Я еще с прежними проявлениями не разобрался, - поморщился Штольц. - Даже не знаю, смогу ли остановить смерти других, если они уже заряжены. Вдруг не сумею?
- Вы уж постарайтесь, - хмыкнул Ирвин. – Нам лишние убийства ни к чему. И вообще, зря что ли вы подписались принимать их всех в управлении?
Тин в ответ только вздохнул. И прежде, чем он вспомнил, что хотел рассказать о девушке, которая так навязчиво с ним познакомилась, они подъехали к стройке, рядом с которой погиб Грэн Эствуд, помощник начальника личной безопасности его опального высочества Александра стал второй жертвой в череде вроде бы несчастных случаев.
В тот день сорвался ураганный ветер, и закрепленные кое-как строительные леса не выдержали напора стихии. Эствуд как раз проезжал мимо, направляясь из резиденции по каким-то делам, когда его машину просто расплющило свалившимся с четвертого этажа сегментом конструкции. В тот раз еще никто не воспринял эту трагедию, как убийство. Ревент же, услышав о происшествии, насторожился: чутье подсказывало, что в аварии есть что-то криминальное. Позднее он приезжал на место гибели Грэна, так что теперь мог точно указать, где она случилась.
- Значит, так, - начал инструктаж детектив, как только машина остановилась, - мы выходим, вы, Валет, топчетесь на месте, якобы к чему-то готовясь. На самом деле никуда не суетесь без Миры. Потом делаете знак мне, вроде как просите поддержать во время работы. И уже я подзываю Никс: ну, типа, чтобы стажеру тоже жизнь малиной не казалась. Что нужно для того, чтобы вы синхронизировались?
- Телесный контакт, - ответила вместо Тина девушка.
- Ну, значит, возьмемся за руки. Чтобы не мешать вам, надену перчатки, - Ирвин порылся в бардачке и извлек пару, натянул. – Ну что, готовы?
Тин прислушался к себе и кивнул. Особой уверенности в том, что что-то получится, он не испытывал. Все же со смерти Эствуда прошел месяц, даже чуть больше. Да и место такое… открытое – мало ли магических эманаций могло здесь осесть или даже просто промелькнуть мимо. Но попытаться стоило в любом случае. Да и хотелось снова поработать, синхронизировавшись с Никс. Интересно ведь!
Послушно выполнив все указания детектива, Валет с трудом дождался, пока горячая ладошка Миры окажется у него в руке. В этот раз слияние уже синхронизированных способностей прошло намного легче: доверие между Никс и Штольцем стало глубже, обоих увлекал уже не только сам процесс (хотя, и он тоже!), но и результат совместной работы. А вот с исследованием, как и предполагал консультант, не заладилось. Нет, найти точку гибели человека удалось сразу, даже обнаружить тот самый узелок, что соскользнул из будущего. Но нить предполагаемой судьбы крошилась и рассыпалась под воздействием дара Мастера Смерти, пройти по ней до реального срока кончины Эствуда не удавалась. Однако Тин был упорен, находил обрывки, тянулся по ним вперед, в будущее.
А потом его резко выкинула обратно в реальность.
- Что? – растерянно заморгал Валет.
- А все, - развела руками девушка. – Еще немного, и вы бы вляпались в проклятие.
- Но… я продвинулся всего лишь лет на десть… И совсем не видел впереди конца.
- А он был! – уверенно заявила Мира.
- Да не своего конца, - отмахнулся Тин. – Конца жизни этого парня.
- В каком смысле? – растерялась Никс.
- Ну… я пытался отследить, когда он должен был умереть на самом деле, - пожал плечам консультант. – Именно так я и определяю, произошло ли убийство.
- То есть, ваш дар позволяет определить, когда и кто умрет?! – дошло до Ревента. – Или… изменить момент смерти?..
- И это тоже, - вздохнул Штольц. – Теперь понимаете?
- Теперь – да, - покачал головой Ирвин. – Не завидую я вам. И, действительно, молчите уж в тряпочку о своих способностях. Только я не понял, почему вы считаете, что старина Грэн должен был прожить больше десяти лет?
- Нить тянулась дальше. Рванная, правда, но я бы смог ее собрать, чтобы узнать точный срок, определенный судьбой. Непонятно, почему проклятие оказалось так близко.
- Сползло, - хмыкнула Никс.
- Что? – Валет вздрогнул. – Как вы сказали?!
- Сползло? – растерялась девушка.
- То есть… оно… И если я прикоснусь даром к самой первой смерти, меня может убить сразу? Потому что то, первое, приблизилось окончательно и уже полностью уничтожило нить?
- Значит, когда доберемся до места гибели доктора Гертина, работать стану только я, - решительно заявила Мира. А вы, Валет, свой дар, конечно, мне откроете, но ничего делать не будете! Ясно?!
- А сумеешь его защитить? – нахмурился Ревент.
- Куда я денусь, - пожала плечами некромантка. – Меня проклятие не тронет, на Мастера Смерти же нацелено. А уж не пропустить его к Валету и уничтожить я смогу.
Тин снова вздохнул. А потом виновато уставился на копов.
- Кажется, мне снова нужно поесть.
Мира засмеялась, но как-то совсем не обидно, даже захотелось улыбнуться в ответ. А детектив достал мобильный и принялся звонить в доставку. Заказал пиццу. В управление.
- Думаю, пока хватит экспериментов, - поймал он недовольный взгляд консультанта. – Чуть позже или завтра съездим на рынок, где за считанные минуты помер от инфаркта Марио Танити. Вы же не сомневаетесь, что высочество уже выцарапывает своего менталиста из наших кровавых застенков. Так что, грешно заставлять ждать такую важную особу.
Ирвин не ошибся: в кабинете заседали трое. Чем-то очень довольный Тэрон, чем-то, наоборот, недовольный Александр, и Томас, явно устроившийся в партере и наслаждавшийся представлением.
- А вот и вы, - улыбнулся Хантер и широким жестом предложил соратникам располагаться и тоже полюбоваться происходящим.
Тин напрягся, едва взглянув на принца. Было в его высочестве что-то… Что-то! Подобных людей встречать Мастеру Смерти пока не доводилось. Александр подавлял, причем он не только знал об этом, но и умел пользоваться. Еще даже не открыв рот, чтобы поздороваться с пришедшими, он выбрал своей жертвой консультанта. Нет, принц не буравил Валета взглядом, удостоив лишь одного, беглого. Но какого! Пригвоздил и приговорил. И отчего-то именно это – вроде бы заранее составленное негативное мнение о неизвестном парне из столицы – заставило Штольца собраться и разозлиться.
Тин улыбнулся – весело, открыто улыбнулся обоим менталистам. И давайте умолчим, чего ему это стоило.
Стас хмыкнул. Так же весело.
Том одобрительно прикрыл глаза.
- Приветствую господа, - холодно произнес Александр. – И надеюсь получить, наконец, объяснения происходящему.
- Добрый день, ваше высочество, - Ревент даже голову склонить не попытался. – Чем обязаны?
- Я не спрашиваю, на каком основании задержали виконта Тэрона – господин Хантер предоставил веские доказательства его, так сказать, криминальной деятельности, - произнес не без сарказма. – Я хочу знать, почему мой друг отказывается покидать участок!
- Валет, сделайте милость, проведите этому упрямцу диагностику, - почти умоляюще произнес Стас. – И, честное слово, мы больше не побеспокоим вас своим присутствием.
Тин втянул носом воздух. Прикасаться к принцу не хотелось совершенно, но работа есть работа. И снова накатил страх, что ничего не получится. Накатил – и схлынул. Еще чего! До сих пор получалось по первому требованию, и сейчас все пройдет, как надо! Словно услышав мысли своего носителя, дар встрепенулся и… угодливо?! – а именно такое ощущение у Тина возникло – поинтересовался «Чего изволите?». Нет, конечно, никаких слов Штольц не услышал, но внезапно появилась твердая уверенность, что теперь он управляет своими способностями, а не они им. Во всяком случае, в том, что касается, как выразился Тэрон, диагностики.
- Дайте руку, ваше высочество! – Тин решительно шагнул к человеку, который был ему активно неприятен.
И удивился, что смог себя превозмочь. Раньше в подобной ситуации он бы попытался уйти от общения, забыть о существовании Александра, спрятаться за спинами окружающих. Не теперь. Теперь он был консультантом, работал – работал! – на полицию, сотрудничал с отличными профессионалами. Улыбка – уверенная, веселая, даже наглая – сама наползла на лицо.
- Хм… - произнес высочество и одарил Валета совсем недружелюбным взглядом.
- О-о-о! – протянул Тэрон, восхищаясь непонятно чем. – Лекс, сделай это уже! Не пожалеешь!
- Ладно, шантажист, - скрипнул зубами принц и вцепился в руку Валета.
Нить жизни зазмеилась перед внутренним взором Тина. Была она странной, временами почти прерывалась, но тут же восстанавливалась более мощной, прочной. А еще она была длинной. Слишком длинной для обычного человека.
- Вы маг? – растерянно спросил Штольц, отпуская ладонь королевского отпрыска.
- Не замечен, - рубанул Александр.
- Однозначно маг, - кивнул своим мыслям Тин, не обратив внимания на то, с каким изумлением на него уставились все окружающие. – Странно, что не знаете об этом. У вас впереди долгая жизнь, ваше высочество. Долгая, но полная опасностей. Много раз будете на волосок от смерти. Да и умрете не в своей постели. Но сейчас никто не пытается убить вас так же, как ваших приближенных.
- Слава всем богам! – облегченно выдохнул Стас.
А принц впился взглядом в Штольца, напряженно размышляя о чем-то.
- А это значит, - невесело хмыкнул Ревент, - что подозрения с вас, ваше высочество, не снимаются.
Но даже на этот выпад Александр не обратил внимания, продолжая изучать консультанта, и Тину стало не по себе. Нет, теперь в этом взгляде не было прежнего презрения и настороженности. Скорее… заинтересованность? Высочество примерялся, как можно использовать заезжего специалиста. Валентин начинал нервничать и злиться, ему срочно нужна была хоть какая-то поддержка, но Ирвин и Мира стояли за спиной, и Хантер, неизвестно, когда, успел сместиться к ним поближе. И тут его руки коснулась теплая ладошка Никс. Сжала, словно передавая свою силу. Крепко сжала: еще немного и под пристальным взглядом принца Штольц упал бы в синхрон. Неизвестно, что тогда они с некроманткой натворили бы, но следующая фраза незваного гостя окончательно выбила его из колеи.
- Мастер Смерти, - задумчиво произнес Александр. – Настоящий, действующий, сильный. И работающий на полицию. Просто уникум какой-то. Что вы здесь делаете, Валет? Неужели с вашим даром не нашли себе местечка потеплее? И поденежнее, разумеется. Ваша братия умеет хорошо устроиться.
В глазах потемнело, от злости захотелось совершить что-то… Что-то! Возможно, страшное и непоправимое, но нужное лично ему, необученному мальчишке, втянутому в странную игру, правил которой не понимает. Штольц вскинул голову и посмотрел в глаза принцу. Знал, что не сорвется – Мира держала его даже вне синхронизации, ее сила была рядом и пришла бы на помощь в любую минуту.
- Не знаю, с кем вы меня сравниваете, ваше высочество, но я – не он, - на Тина вдруг снизошло спокойствие ненависти – безграничное, равнодушное. Он мог бы убить Александра голыми руками. Нет, не мог бы, тот был сильнее в разы. Но он бы нашел другой способ. Какая-то мысль мелькнула на задворках сознания, но сейчас она была не нужна, и Валентин ее проигнорировал. – Я там, где быть считаю правильным. И я сам выбираю, где мое место и во сколько его оценивать.
- Не знаете… - все так же задумчиво согласился принц и хмыкнул. – Интересно… - помолчал, уже не истязая консультанта своим невозможным взглядом – вытертый линолеум пола его сейчас отчего-то интересовал больше. – Валет, я бы хотел, чтобы вы провели эту вашу… диагностику, - хмыкнул презрительно, - с остальными моими людьми. Только, конечно, гонять их сюда я не стану, приедете в особняк. Думаю, следствию это пойдет только на пользу. Не так ли, Ревент?
- Так, - Ирвин был краток, словно чувствовал, что происходит нечто странное. Или Хантер надоумил.
- Хорошо, я буду, - произнес консультант с максимальным равнодушием, на которое был способен.
- А еще… если вас это заинтересует, я готов предоставить информацию о ваших предшественниках, Валет.
- И что вы за это потребуете? – криво ухмыльнулся Штольц, понимая, что хищник наконец нашел, как использовать глупого мальчишку.
- Выслушать мое предложение, - совершенно серьезно заявил Александр. – Ну и еще принести тайну о неразглашении, разумеется. Вдруг вы не заинтересуетесь.
- Я подумаю, - кивнул Тин.
Пришибленным после этого разговора выглядел даже Тэрон, безропотно последовавший за своим боссом, наконец-то покинувшим скромный кабинет в полицейском управлении.

* * *

Том Хантер шел по следу, и ему было тоскливо. Нет, не из-за самого следа, конечно. Найти менталистку, так лихо обработавшую Никс на кладбище, было делом чести. Да и искать-то особо не пришлось. По фотороботу опознали Веренею Дэнски, довольно известную в узких кругах Дентрессы консультантку по семейным проблемам. Теперь, после эпичного явления высочества народу, пока Ревент, Никс и Штольц отправились на место смерти Танити, Том должен был выяснить, как с виду вполне законопослушная и небедная дамочка дошла до жизни такой.
Он, конечно, мог бы наведаться непосредственно к фигурантке, сочинить что-нибудь эдакое, проблематичное и, походу общения считать память. Но! Во-первых, Дэнски могла его, Хантера узнать, раз уж узнала Никс. А во-вторых, придумать себе семейных проблем Томас не мог. Да и не хотел он их придумывать!
Менталистам редко везет в личной жизни, но ему улыбнулась Фортуна. Более, того, она, неизвестно за какие подвиги, благословила Тома Хантера Линдой.
Они встретились на какой-то нелепой вечеринке, на которую Хантер явился исключительно по заданию. В двадцать пять лет он уже успел смириться с тем, что большинство девиц ищут жениха не по любви или хотя бы симпатии, а по выгоде, и твердо решил, что его эта чаша минует. Да и зачем жениться полицейскому? Только нервы трепать и себе и супруге. Но восторг незнакомой девчонки польстил самолюбию. Том не был ни писанным красавцем, ни обаяшкой, ни мажором. Первое впечатление о нем у противоположного пола, как правило, складывалось негативное. Это потом, после осознания, что он маг на службе закона, интерес возникал даже не к самому Хантеру, а к его кошельку. Но с Линдой все было иначе.
Эта девочка не искала богатого мужа, она по жизни искала своего мужчину. Такого, рядом с которым будет чувствовать себя в безопасности, который поймет и простит ее недостатки, которому не стыдно будет родить детей. И отчего-то именно таким показался ей с первого взгляда Том. Линда не планировала сесть на шею мужу и тратить его деньги на собственные никому другому не нужные радости. Ровесница самого Хантера, она заканчивала магистратуру в столичном университете и могла бы остаться там преподавать. Но искала варианты в родной Дентрессе. Амбиции у нее были немаленькие, но вполне оправданные.
Большинство мыслей девушки сосредоточилось на будущем, и Тому стало интересно, почему она закрывается от собственного прошлого. А заглянув в него, ужаснулся. Детство, прошедшее в нищете, побои вечно пьяного отца, потерявшего работу в рудниках, страх за младших сестер и мать. Вроде бы этот урод уже допился до смерти. Или просто Линде хотелось так думать? Потом голодное студенчество, настырные домогательства какого-то мажора, закончившиеся изнасилованием. Но она не сломалась. Ради матери и сестер продолжала идти вперед к заветной цели – независимости для себя и для них. Да, как любая нормальная женщина, она хотела семью – не такую, в какой выросла сама. Именно поэтому ей было глубоко плевать на возможные миллионы избранника, и сама могла неплохо заработать, но требовалось одно: даже не любовь – доверие.
Хантера удивило, как много у них общего. Свою мать защитить от пьяного отца он в шесть лет не смог. Его самого-то только копы и спасли. Именно тогда Томас решил, что тоже станет полицейским. Детский дом заставляет взрослеть рано, и Хантер учился драться, продолжая идти к своей цели. Он постигал все науки, как одержимый, чтобы стать, если не следователем, коли чутье не проявится, то хотя бы криминалистом. А потом открылся ментальный дар, и Тома уже ничего не могло свернуть с выбранного пути. Хотя предлагали многое, даже ко двору во Фрагрансе зазывали. Линда была такой же.
Позднее Том и себе не мог объяснить, почему сделал то, что сделал, начисто забыв, что должен крутиться при одной из красоток, предположительно, сбывавшей краденное. Он протолкался к Линде, почти насильно потащил ее на танцпол и попросил выйти за него замуж. Хотя, скорее, стал склонять к замужеству шантажом, заявив, что, как менталист, все о ней знает, и если она откажет, то просто вообще никогда не женится. А та возьми и согласись. Правда, потребовала полгода на более близкое знакомство. Поженились они через четыре месяца. Ни Том, ни Линда никогда не пожалели о принятом тогда спонтанно решении. У них сложилась на редкость гармоничная семья, росли двое сыновей и дочь.
Поэтому Хантер твердо знал, что просто не сможет достоверно соврать о каких-то проблемах с супругой. Вот и не сунулся пока к дамочке лично, просто приставил к ней наружку, а сам занялся опросом знакомых Веренеи Дэнски. Нужно было выяснить все о ее сравнительно новых контактах. В том, что менталистка убивает приближенных принца ради каких-то собственных целей, не верилось. Не было у нее мотива! Значит, на Никс получила заказ. Ну, или мотив все же был, и его следовало найти.
Но тоскливо Хантеру было совсем не поэтому. В конце концов, свою работу он любил, даже когда она становилась настолько рутинной. А вот то, что принц сумел зацепить консультанта, напрягало. Внешне по Валету никак нельзя было сказать, что повелся. Напротив, держался он твердо, даже дерзко. Вот только Том совершенно точно знал, что Александр Штольца уже купил. Умник отдаст все, что может и не может, за новые знания. А хватит ли у него совести не продать при этом команду? Так-то парень не производил впечатления сволочи. И грязных мыслей в голове не держал. Даже сманивать куда-то Никс совершенно не собирался, как бы Ревент ни паниковал по этому поводу. Еще сегодня утром Том первым бы стал доказывать с пеной у рта, что Штольц – парень порядочный. Но тот эмоциональный всплеск, который последовал за предложением высочества, нельзя было игнорировать.
Для себя Томас решил, что станет приглядывать за консультантом. А еще донесет до коллег мысль, что оставлять Валета наедине с принцем до конца расследования – плохая идея. И сам со Штольцем поговорит, пожалуй. Ну не мог же он скурвится вот прямо сразу! И от предположений о том, что может принести этот разговор, тоже было тоскливо. Хантер даже подивился, что так переживает из-за постороннего, в общем-то, человека. Вроде знакомы меньше двух дней, а сама мысль о том, что мальчишка может предать команду, отзывается в душе болью. Менталист постарался загнать ненужные сейчас эмоции поглубже и сосредоточился на деле.
С соседями Тому не повезло. Точнее, как раз повезло попасть на разговорчивых бабушек – эта неистребимая категория бдительных граждан водилась абсолютно везде, даже во дворе старинного дома в центре, где обитала Дэнски. Квартиры здесь были одними из самых дорогих в городе. Дамочка неплохо зарабатывала на своих консультациях. Отчего же тогда полезла в криминал? Это следовало выяснить тоже. Увы, бабушки ничего интересного сообщить Хантеру не смогли. Веренея была доброй соседкой, со всеми здоровалась первой, шумных вечеринок не устраивала, любовников не меняла. Любовник, кстати, был, если только это был любовник. Являлся как по расписанию: в субботу в первой половине дня. оставался до вечера воскресенья, но никогда до понедельника. По описанию юноша – а был он лет на пятнадцать моложе самой Дэнски – походил на секретаря из приемной ее кабинета. А что ночевать иногда оставался, так мало ли. Может, они там работу работают, ага.
Заглядывать старушкам в воспоминания, чтобы убедиться, что угадал правильно, Том не рискнул, все же люди немолодые, вот так сунешься – а там инсульт только этого и ждет. Решил пообщаться с самим Димом Керто.
К этому моменту Хантер уже знал, что Керто родился и вырос в Дентрессе, а на Веренею работает около пяти лет. То есть их сотрудничество никак не связано с появлением в городе опального принца. Образования у молодого человека было негусто – с трудом школу окончил, не давались ему точные науки даже на среднем уровне. Даром тоже не обладал. Да и внешне ничем особым не выделялся, хоть и уродом не был. Зато исполнительности и умения подольститься природа парню отсыпала щедро.
Дело близилось к вечеру, и Том решил подловить Дима на выходе с работы. Если, конечно, Веренея не решит изменить правилам и не потащит секретаря к себе. Свою приметную машину Хантер оставил за углом, а сам расположился в сквере, как раз напротив выхода из офисного здания, где находился кабинет Дэнски. Расстояние было достаточно небольшим, чтобы уловить отголоски мыслей нужного человека, а разросшийся земляничник надежно скрывал наблюдателя от посторонних глаз. Ну и щитами от криминальной коллеги Том не побрезговал.
Та, кстати, вышла первой. Прочесть мысли, разумеется не удалось, все же дамочка была весьма небесталанна, но эмоциональный фон коп уловил: усталость, раздражение, ожидание приятного отдыха... Интересно, однако! Она что, действительно полагает, что ее не вычислят? Или… А что если Дэнски понятия не имела, что Никс – коп? Что если дамочку разыграли втемную? Ведь внушение Мире было сделано на то, чтобы возненавидела если не всех коллег, то уж новичка в группе точно.
Том заметил двух парней из наружки, двинувшихся следом за Веренеей к автостоянке. Работали те аккуратно и профессионально, отвлекать их не хотелось, но грызло нехорошее предчувствие. Он все же достал телефон и набрал старшего в группе.
- Ник, это Хантер. Вижу вас. Глаз с нее не спускайте! Дамочка, возможно, даже не в курсе, что совершила преступление. Тот, кто ее нанял, может попытаться избавиться от лишнего свидетеля. Вызовите подкрепление, пусть ее ведут несколько групп. Нам крайне важно узнать, с кем она встретится. Ну и предотвратить покушение, если что.
- Понял, - отозвался Ник Тадлер. – Сделаю.
За этим коротким разговором Томас едва не прозевал появление Керто. И хотя четко прочитать мысли мальчишки с такого расстояния менталист не мог, одна, особенно навязчивая и доминирующая не оставляла сомнений: Дим мечтал напиться. Хантер посчитал это добрым знаком. Разумеется, искать рациональное зерно в размышлениях пьяного – дело совершенно безнадежное. Но ведь не сразу же парень утопит в алкоголе сознание, а защитой невеликого мозга своего секретаря Дэнски озаботиться не посчитала нужным. Значит, необходимо подобраться поближе. И Том быстро зашагал следом за своей жертвой.
Для осуществления неблагих планов Керто выбрал небольшой тихий бар всего лишь в паре кварталов от места работы. Убедившись, что объект заказал сразу бутылку чего-то крепкого, Том метнулся к машине, перегнал ее поближе к бару и, прежде, чем выйти, слегка изменил внешность – ровно настолько, чтобы его нельзя было сразу узнать. На случай, если секретарь в курсе, что его работодательница схлестнулась с копами, и с какими именно. Хантер всего лишь подклеил небольшие усики, нацепил на нос очки в тяжелой роговой оправе и сменил свою пижонскую куртку на другую – мешковатую и длинную, отчего его крепкая фигура сразу стала казаться грузной. На все вместе ушло не больше десяти минут, и, когда вошел в бар, выдохнул с облегчением: фигурант никуда не делся.
Керто скользнул по вошедшему копу равнодушным взглядом и снова уткнулся в свой стакан. За столик он не переместился, так и остался сидеть у стойки наедине с заказанной бутылкой. А вот менталист возможностью воспользовался. Не нужно, чтобы парень завтра о нем вспомнил. Расположился Хантер в каком-нибудь метре от Дима, но за его спиной, и изобразил человека глубоко ушедшего в свои мысли. На самом деле интересовали его мысли чужие.
Секретаришка оказался малолитражкой, и уже выпитый первый стакан сделал его размышления довольно бессвязными. Том поморщился: работать с пьяными он не любил. Впрочем, менталист быстро утешился, поскольку Керто жалел себя – его снова кинули, как и всегда по жизни. На этот раз была виновата некая Шейла. Вчера сама с ним познакомилась, раздавала парню авансы, строила глазки и уговорила посодействовать в том, чтобы Веренея приняла ее без предварительной записи. Дим, естественно, поплыл и просьбу выполнил: придя на работу в девять утра Дэнски оказалась вынуждена принять клиентку. О чем уж там они договаривались, секретарь не знал, но от работодательницы ему изрядно нагорело за протекцию. А эта самая Шейла после того как сквозь землю провалилась. Даже номер телефона сменила - автомат сообщил, что таковой вовсе не зарегистрирован. И Керто, героически готовившийся впервые отказать работодательнице во встрече в выходные, теперь топил в стакане тоску по несбывшемуся.
Ничего интереснее из мыслей парня узнать не удалось, но Хантера насторожило совпадение: в девять утра Веренея встретилась с новой клиенткой, а около одиннадцати попыталась обработать Никс. Были ли эти два эпизода связаны, понять пока не получалось, но на всякий случай Том детально запомнил образ Шейлы из воспоминаний Керто.
Взглянув на часы, Хантер порадовался, что еще успеет домой до того, как Линда уложит детей. Хорошо хоть у руководителя сервисного отдела крупнейшей в городе туристической компании рабочий день был нормированным. Линду начальство ценило и не требовало ночевать на работе, а она, в свою очередь, умела делегировать полномочия. Так что в случае аврала на место происшествия мчался кто-то из ее подчиненных. Мелких менталист видел только утром, перед тем, как жена повезла их в школу. Вчера, из-за подхваченного консультантом проклятия, домой он пришел поздно. Так что сегодня рассчитывал получить хоть крошечную порцию семейного счастья.
Но не судьба, как оказалось. Хантер едва успел выйти из бара, как зазвонил сотовый. Ник сообщил, что фигурантка попала в аварию и сейчас он сопровождает ее в больницу.
- Да как же вы не уследили?! – едва не заорал Томас.
- Это была попытка убийства, - уверенно ответил коллега. – Машина нападавшего стояла с выключенными фарами и сорвалась с места специально для того, чтобы ударить по багажнику автомобиля Дэнски. На удивление, женщина оказалась неплохим водителем и сумела избежать лобового столкновения со столбом – удар пришелся сбоку, водительскую дверь заклинило. Мы были слишком далеко, старались не привлекать внимания фигурантки, так что успели только вытащить ее из салона. Номерные знаки «Шионы» нападавшего были заляпаны грязью, но вторая группа сумела сесть ему на хвост, догонят.
- Объявляйте перехват, - решил Хантер. – Я позвоню Ревенту, он подтвердит. Да и Винкин не откажется. С Дэнски глаз не спускайте!
- Понял, - отозвался Ник и отключился.
Том вздохнул и принялся звонить: Ирвину, Стальной Грете, жене. Попасть домой ему снова светило не скоро.


Вот как ползу, так и отражаю!

 
kagami Дата: Понедельник, 12 Дек 2022, 11:05 PM | Сообщение # 12
Кривое зеркало
Группа: Святая Инквизиция
Сообщений: 10034
Статус: Offline
..:: Дополнительно ::..
Глава шестая

* * *
Хорошо, что основная работа в синхроне досталась в этот раз поначалу Мире, а не самому Тину. После разговора с принцем он все еще нервничал, чувствовал себя оплеванным и ни за что не согласился бы на приватную встречу с опальным высочеством даже ради вожделенной информации. Во всяком случае, он очень старался себя в этом убедить. Очень-очень старался. Но понимал, что ничего-то у него не выходит. Что бы ни собирался предложить ему Александр, как бы ни стал давить, какой бы клятвы ни потребовал, Штольц знал, что разговор состоится. Знание это, отталкивающее, неправильное заставляло закрываться от остальных, словно Тин собирался сделать что-то постыдное. И дело было не в личности принца, вызывавшей отторжение, не в том, что таинственное предложение может оказаться настолько заманчивым, что отказаться от него будет невозможно. Всю дорогу до рынка Валет пытался проанализировать, что же его так корежит. Не преуспел.
- Все, я его сделала! Ваш выход, Валет.
Прозвучавший рядом голос Никс заставил встрепенуться и вспомнить, где он и чем занимается. Дар дрожал в нетерпении, нацелившись на растрепанную и ломкую нить несостоявшейся судьбы шеф-повара Марио Танити. Проклятия на ней больше не было, а соскользнувшая из будущего в прошлое петля обвисла беспомощно и равнодушно. И тут до Тина дошло: проклятия больше нет! Теперь он сможет понять, откуда эта петля взялась!
Это было непросто. Хоть повар и стал третьей жертвой убийцы, но смерть его произошла в людном месте, на фоне переплетения других судеб, и обрывки нити цеплялись за них, обламывались, таяли в истории больше двух недель. Валет не сдавался, ловил даже не обрывки – их отголоски, плел то, что уже никогда не случится. Он и сам не знал, смог бы добраться до конца судьбы Танити, если бы тому была уготована долгая жизнь. Но повезло: обделенному магическими способностями бедняге Марио оставалось творить свои шедевры не больше пятнадцати лет, почти половину из которых злосчастная петля не успела сожрать.
Тин все оттягивал и оттягивал ее назад, к тому вожделенному моменту, когда петля только возникла. Ему нужно было понять, откуда и как она появилась, что стало причиной сокращения и без того не слишком длинной жизни повара. Та сопротивлялась, обрывки нити несостоявшейся судьбы Танити словно специально цеплялись за нее, не давая вернуть к моменту появления. Но Штольц был упорен. Даже не так, никакое упорство не помогло бы ему, если бы не сила некромантки, позволявшая работать с уже мертвой материей, и не взбунтовавшийся дар Мастера Смерти. Казалось, он обрел собственную волю – злую, агрессивную, и агрессия эта была направлена на того, кто создал петлю и переписал чужую судьбу. Дар шел к цели, дар ее достиг и вгрызся в противника.
А Тин растерялся.
Потому что эхо чужой убийственной магии было слишком созвучно его собственной. Пусть опосредованно, скорее всего, через заряженный чужими способностями артефакт, но убийства были совершены с помощью способности Мастера Смерти.
Осознав это, Штольц тихо вскрикнул и выпустил руку Никс, вывалившись из синхрона. И сам качнулся после резкого перехода от активной работы даром к бездействию. Мира кинулась на помощь, попробовала поддержать, но нога консультанта поехала на мокрой плитке недавно вымытого в лавке пола, и Валет неуклюже завалился на спину, потянув девушку за собой.
Именно этот момент выбрал Ревент, до этого ненавязчиво сдерживавший вторжение хозяина и припозднившихся покупателей, чтобы заглянуть в лавку. И почему-то остался весьма недоволен, обнаружив на полу консультанта и растянувшуюся на нем некромантку.
- Вы что творите?! – рявкнул детектив и совсем уж было собрался и дальше высказывать свое недовольство, но споткнулся о торжествующую улыбку Штольца.
- У нас получилось! – одновременно радостно и растерянно заявил Тин, прижимая к себе Никс. – Мы нашли. Убийства совершаются…
- Заткнитесь, Валет! – зарычал Ирвин. – Нашли место для откровений! И вставайте уже! С чего вы двое решили разлеживаться?!
- Мы случайно, - Мира вскочила на ноги, легко вывернувшись из хватки временного напарника. – Кажется, у нас прорыв, шеф! Я сделала все, чтобы Валет смог отследить причину смерти. Я молодец! - девушка все ещё пребывала в лёгкой эйфории от синхрона.
Она даже не заметила, как зол Ревент. А Тин не мог понять, на что именно. Да и думать сейчас не хотел об этом. Некромантка сообразила, что он что-то обнаружил, но едва ли могла с колокольни своего дара определить, что именно. С ней побеседовать сейчас хотелось куда больше, чем с раздраженным Ирвином. Не вышло.
- Я заметил, - зло бросил Ревент. – Марш в машину, прорыватели! – и он стремительно покинул магазинчик.
- Что это с ним? – недоуменно спросил Тин.
Некромантка неопределенно пожала плечами, но Штольц успел заметить на мгновение скользнувшую по ее губам недоверчивую улыбку. И окончательно запутался в хитросплетении отношений этих двоих. Разумеется, сразу почувствовал себя дураком и сник. Злая радость от сделанного открытия растаяла, и Валентин понурившись побрел к авто, даже не предложив девушке руку. Он ведь так надеялся, что своим открытием сможет сдвинуть расследование с мертвой точки!
Но не доходя нескольких шагов до казенного авто, встал как вкопанный. Мысль, пришедшая в голову, напугала и испортила настроение окончательно. Он ведь сам, злясь на принца, почти придумал, как убить с помощью дара! Почти понял, но в тот момент не посчитал нужным развивать идею. И да, принц. Теперь разговор с ним откладывать было нельзя. Александр определенно знал о Мастерах Смерти больше самого Штольца. Более того, он знал самих Мастеров Смерти и мог указать на убийцу. А еще высочество отчего-то очень не любил обладателей этой способности. Не любил, однако завербовать консультанта надеялся. Почему?
От этих размышлений голова пошла кругом. Тин так глубоко ушел в себя, что совсем не следил за Ирвином и Мирой. Поэтому резкий рывок за руку стал для него полной неожиданностью.
- Быстро в машину! – рявкнул Ревент. – Каждая секунда на счету!
- Что случилось? – догадался спросить Штольц, падая на заднее сидение.
- Преследуем убийцу, - весело сообщила сидевшая за рулем Никс. – Представляете, какая-то сволочь пыталась размазать по столбу менталистку, что меня обработала.
- Не мы преследуем, а я преследую, - хмуро отозвался Ирвин. - Скинешь меня возле Управления, на своей поеду. А ты Валета изволь доставить домой в целости и сохранности. Домой, Никс! Причем сразу, а не через задницу. И дуй в ведомственную больницу, туда потерпевшую привезти должны были. Если не выживет, работай с ней. Том считает, что эту бабу в темную разыграли. Надеюсь, ты все поняла?! - рыкнул под конец.
- Разумеется, шеф, - Мира ответила так недовольно и язвительно, что Тину захотелось выжать голову в плечи, а лучше сразу исчезнуть из машины.
А вот рассказывать о своих открытиях как-то расхотелось. Конечно, что Ревенту до его умозаключений? Ну сделал некий Мастер Смерти злокозненный артефакт, так он, может, при всех своих криминальных наклонностях совсем не для приближенных опального принца его на коленке склепал. Может, это вообще эксперимент какой, и выйти за пределы лаборатории и не должен был. А к пониманию того, кто тот амулет использует здесь и сейчас, копов подобное знание не приведет. Вот и выходит, что все зря, и ничем консультант в расследовании не помог. Разве что способ убийства определил. Ну, хоть что-то. Если вдруг детективы найдут человека со странным артефактом, это станет доказательством его вины. Может даже снова помощь Штольца понадобится, чтобы определить, тот это замагиченный предмет, или не тот. И получается, что уже завтра Тин проверит всех соратников высочества, спасет их от преждевременной смерти, а после может отправляться домой.
Домой, вопреки собственным ещё вчерашним надеждам, не хотелось. Хотелось, как минимум, узнать, кто и почему убивает приближенных Александра. А ещё хотелось реально помочь в расследовании - собственными ли силами, даром ли, просто идеей. Зацепившись за эту мысль, пришло и понимание, отчего так не радовал предстоящий разговор с принцем. Валету не нужно было объяснять, что частью сработавшейся команды он не стал. Навязанным довеском не воспринимали, и то хорошо. Но… они ему нравились! Копы приняли его как равного, в чем-то надеялись на его помощь, а высочество вел свою игру, в которую не собирался посвящать полицейских, и его предложение могло вынудить Валентина перейти в другую лигу. Предательство. Принц хотел от Мастера Смерти предательства тех, кто всего за пару дней стал для юного мага не просто соратниками - почти друзьями.
Даже вечно чем-то непонятным недовольный Ирвин. Даже полный скрытых талантов излишне доброжелательный Томас. И тем более Никс, позволившая незнакомому мальчишке делить магию на двоих, пустившая больше, чем в душу, - в дар. А ещё, они теперь знали, в чем заключается его дар, и… не попытались использовать! Ирвин ему посочувствовал!
Занятый этими неожиданными и совсем не свойственными ему размышлениям Тин пропустил момент, когда они с Мирой переместились в ее малолитражку.
- Валет, а что все же вы обнаружили там, в лавке? Вид у вас был такой, словно вы убийцу в лицо знаете и даже этому рады, - огорошила его вопросом Мира, едва они остались вдвоем.
- Не знаю. Не знаю я, кто это. И кто сделал орудие убийства, не знаю. Но может знать принц, - честно ответил консультант, слишком растерянный от собственных внезапных выводов и потому не способный скрывать охватившее его разочарование.
- С-с-сволочь! - вскинулась девушка. - Вот как чувствовала, что без главнюка этот мор не обошёлся!
- Нет-нет! - Тин замахал руками. - Вряд ли Александр причастен.
- А что тогда? - нахмурились она.
- Понимаете… - Штольц задержал дыхание, пытаясь подобрать правильные слова. - Мира, вы же тоже почувствовали, что убийство было совершено опосредованно? Ещё вчера, на панихиде.
- Да, - кивнула Никс. - Откуда-то издалека словно. Да.
- Через артефакт, заряженный убийственной магией.
- Д-да… Очень даже да! Точно! Именно так оно и воспринималось!
- Ну вот… - Тин прикрыл глаза, замолк, собираясь с силами, а потом выпалил: - Артефакт был заряжен даром Мастера Смерти.
Уже поднимаясь по лестнице на второй этаж, в свое временное обиталище, Штольц размышлял о странной реакции девушки на его слова. Валет успел оценить взрывной и деятельный характер некромантки, и было полной неожиданностью, когда она вдруг поникла и глубоко задумалась о чем-то. Потом, правда, выдала эдакое, неопределенное: "Может у вас получится…"
Что именно у него должно получиться, Тин не понял. Как не понял и того, почему вдруг расстроилась Мира. Наверное, позволь он себе чуть глубже заглянуть в душу напарницы во время синхронизации, знал бы больше о ее потаённых страхах. Но доверие Мастер Смерти ценил куда выше. Да и рассчитывал, что знание основ психологии поможет разобраться во всем без подлых приемчиков. Но, похоже, одной теории здесь было недостаточно.
А ещё, пусть и ненавязчиво, но грызла обида на то, что копы разбежались по каким- то захватывающим делам, а его отправили домой, в кроватку. Как маленького. И пусть понимал, что ничем сейчас не может помочь, сделать что-то важное хотелось. И внезапно Тин пришел к мысли, что лучше всего он умеет… думать. Да, аналитиком в команде был Ревент, и он, конечно же, располагал куда большей информацией, чем заезжий консультант. Но вот знаний у Штольца, определенно, имелось больше. Особенно о магии, а именно она стала причиной уже четырех смертей.
Стянув с себя плащ, Тин с тоской осмотрел заляпанную спину. Не так уж тщательно в мясной лавке мыли полы, как оказалось. Уже в душе обнаружилось, что и на штанах остались какие-то сомнительные разводы. Закинув их в бак стиральной машины, Мастер Смерти с ужасом понял, что тот почти заполнился. Однако, отогнав панические мысли о житейских неурядицах, Валет принялся размышлять о деле.
Больше всего его занимал артефакт. Собственные часы наглядно демонстрировали, что синхронизировать с вещью дар Мастера Смерти можно. Причем, если верить Бромли, создателю даже не нужно знать, в чем именно эта способность заключается. Как-то же найденный шефом полиции артефактер наделил часы чувствительностью к потокам Валентина. От него самого при этом потребовалось лишь представить, чего ждёт от часов. Значит, тот, кто делал непосредственно артефакт убийцы, мог понятия не иметь, для чего его будут применять. А вот неизвестный коллега как раз и вложил в инструмент смерть.
Тину подобное казалось абсурдным и чудовищным, но стоило признать, для другого Мастера Смерти могло не существовать моральных норм. Александр, кстати, не сомневался, что это свойство всех носителей дара. Однако проклятие, прочно завязанные на создаваемую артефактом петлю судьбы, мог наложить только некромант, и едва ли одну и ту же вещь можно было настроить сразу на двух магов. Если они не работали в синхроне. Это могло бы многое объяснить, но было слишком маловероятно. А ещё навело Тина на мысль, что именно некромант и именно при синхронизации с Мастером Смерти сможет увидеть и момент наложения проклятия.
До сих пор Мира уступала напарнику лидерство после того, как снимала проклятие. Она вовсе не вмешивалась в процесс и не пыталась что-то разглядывать. Но в следующий раз он обязательно ее об этом попросит!
Увы, попытка у них оставалась только одна, и она, мало того, что относилась к первой смерти, так ещё и исследование предстояло проводить в резиденции принца. А заодно и проверять его приближенных. Обещал же. Это сколько же народу там будет?! Штольц с тоской подумал, что кормить его вряд ли догадаются. И тут же сообразил, что снова голоден. Даже странно, что дар не напомнил о своих затратах раньше. Вот только и здесь бедолагу ждал облом: еды в квартире не было. Да и откуда бы ей взяться? Накануне, ещё под действием целительской и некромантской магии, стимуляторов и успокоительных, Тина хватило лишь на то, чтобы доползти до кровати и отключиться. Утром он первым делом позвонил сестре, сообщил, что у него все просто замечательно, успокоил, а там и Мира появилась - с кофе и круассанами. Было немного неловко оттого, что завтраком его угощает девушка, но Валет предпочел списать это на местное гостеприимство и пообещал себе в следующий раз успеть первым.
Кофе и круассаны, кстати, были из кафе, расположенного через два дома от ведомственного, и работало оно, как сообщила некромантка, круглосуточно, что опять же очень устраивало копов. Особенно, когда не было сил идти в «Идиллию». Посетовав на собственную непредусмотрительность, Штольц натянул предпоследние чистые брюки, одну из четырех оставшихся рубашек, отряхнул щеткой успевшую просохнуть грязь с серого плаща и отправился добывать пропитание.


Вот как ползу, так и отражаю!

 
kagami Дата: Понедельник, 12 Дек 2022, 11:06 PM | Сообщение # 13
Кривое зеркало
Группа: Святая Инквизиция
Сообщений: 10034
Статус: Offline
..:: Дополнительно ::..
***

Шеф Бромли был слишком занят, чтобы рефлексировать, но утренний разговор с Гретой Винкин засел где-то глубоко в подкорке. Сэр Кейн точно знал, что вечером снова позвонит старой подруге, чтобы узнать новости. Но это будет вечером, когда хоть на время затихнет бесконечный круговорот дел. А пока неясное беспокойство, стойко ассоциировавшееся с талантливым мальчишкой, лишь иногда неприятно дергало, заставляя отвлекаться от текучки. Не будь Бромли так занят и не запрети себе думать о Валете, он бы давно понял, что так даёт о себе знать чутье полицейского. Но ему было не до того, да и не хотел он лезть в дела подопечного.
Валентин слишком быстро и легко согласился поработать консультантом вдали от столицы. Шеф ожидал сухого отказа, упорного сопротивления, жалоб или ещё чего-то подобного. Не тут-то было. После разговора со Стальной Гретой, граф полагал, что Штольц позвонит. Раз уж не ноет, то хоть похвастается. Но и звонка не последовало. Подняв кое-какие знакомства, ещё до обеда Бромли выяснил, что подопечный действительно жив, здоров и носится, задрав хвост, вместе с копами, к которым приставлен. Но что-то все равно грызло. На какое-то время стало поспокойнее, когда решил выполнить просьбу Валета и навестить Валентину. Однако спокойствие было обманчивым: сэр Кейн просто и сам радовался этой встрече. Опять же подсознательно. Признаваться самому себе, что экономка мальчишки слишком сильно его зацепила и не отпускает уже несколько лет, он был не готов. Нет, он бы не отказался сделать Валентину своей любовницей, но понимал, что не стоит и пытаться - слишком горда и язвительна, слишком привязана к Валету, а значит, может устроить проблемы ещё и с ним. Но до чего же хороша! Даже мысль о скорой встрече с ней заставляла улыбаться. Шеф прикрыл глаза и позволил себе помечтать о грядущем вечере.
Поэтому растерялся, когда взволнованный секретарь сообщил, что господина начальника желает видеть важная дама. Назвать себя она отказалась, однако, похоже, произвела сильное впечатление - несчастный парень едва ли заикаться не начал. Впрочем, Бромли сразу сообразил, что его мечты о Валентине никакого отношения к посетительнице не имеют. Просто совпало так. За мечты он даже слегка на себя разозлился, а даму велел пригласить, не ожидая ничего экстраординарного.
И неуклюже подскочил из-за стола, склонившись в глубоком поклоне, едва посетительница вплыла в кабинет.
Это молоденький секретарь мог лишь оценить властность гостьи, а граф узнал ее величество королеву-мать, несмотря даже на густую вуаль.
- Ко мне никого не пускать, - негромко велел он секретарю, и этот тихий голос, кажется, испугал парня сильнее, чем любой начальственным рык.
Дверь захлопнулась, а Бромли резво выбрался из-за стола, подвинул леди самое удобное кресло и снова поклонился.
- Не нужно церемоний, сэр Кейн, - мелодично произнесла Арианна. – Я опять пришла к вам как просительница. И, как вы, должно быть, догадались, просьба моя должна остаться между нами.
- Как будет угодно вашему…
- Тс-с-с! - королева приложила палец к губам и улыбнулась.
Бромли кивнул. Его знакомство с ее величеством состоялось чуть больше двух лет назад, когда он был удостоен ордена Доблести третьей, самой высшей степени за поимку Алесвенского маньяка. Время тогда для страны было неспокойное. Наследник пытался устроить переворот и был лишён регалий и сослан в глушь. Его величество Зиновий сильно сдал, в оппозиционных умах начались брожения, и полезла всякая пена.
Маньяка Бромли брал лично, но не от стремления к подвигам, а просто потому, что так получилось. Благодаря своему чутью сэр Кейн сумел вычислить убийцу, но совершенно не планировал участвовать в операции группы захвата. Кто ж знал, что псих пойдет на прорыв, прикрываясь мирным населением. Бромли же всего лишь решил пройтись с работы пешком. Так они и встретились.
Награждение было обставлено пафосно: СМИ требовались герои, а народу положительные эмоции. Шеф до сих пор считал, что ему крупно повезло: на следующий день скончался король, и врученный какому-то полицейскому орден начисто перестал кого-либо интересовать. Как и сам полицейский.
А вот знакомство с королевой, которой Бромли был представлен сугубо официально, как ни странно, получило свое продолжение. Буквально через пару часов после объявления о кончине короля на мобильный шефа полиции пришел звонок с неопределившегося номера. Что было весьма странно, особенно если учесть уровень доступа и навороты телефона. Равнодушный мужской голос сообщил, что графа Кейна Бромли желают видеть во дворце как можно скорее. На этот раз аудиенция проходила далеко не в парадном зале, а в довольно скромном кабинете, и никто, кроме ее величества, полицейского там не ждал. Королева приняла Бромли тепло, как старого знакомого, что того несколько шокировало, и попросила осмотреть покои короля. Она хотела быть уверена, что смерть Зиновия оказалась естественной, но при этом категорически не желала официального расследования. Сэр Кейн и тогда подумал о Штольце, который уже демонстрировал некоторые успехи на поприще определения причин смерти. Однако по зрелом размышлении решил не втягивать мальчишку в дворцовые игры. Тем более, что собственное чутье молчало, а Арианна явно не обрадовалась бы лишним посвященным в личные дела.
К удивлению Бромли, никто не попросил у него официального заключения по итогам короткого расследования. Зато благодарность королевы аукнулась внезапным повышением до должности руководителя полицейского управления всего столичного округа.
Однако на этом ничего не закончилось. Время от времени ее величество призывала шефа и просила оценить некоторые ситуации с точки зрения полицейского чутья. Их недолгие встречи всегда проходили тет-а-тет, и Бромли казалось, что об этой странной дружбе никто больше не знает. При этом сама Арианна никогда не просила хранить тайну подобных встреч. Впрочем, сэр Кейн и без того был неразговорчив. Да и не понимал он толком, зачем все это нужно. Ее величество всегда была мила и доброжелательна, охотно рассказывала в подробностях о каждом сомнительном происшествии, ради которого вызывала графа, но в душу к полицейскому не лезла, да и ее собственная «открытость» никогда не выходила за рамки дел. Тем не менее, после каждого такого визита Бромли получал пусть небольшие, но приятные бонусы по службе.
И вот теперь королева пришла сама. Это было странно и наводило на мысль, что предстоящий разговор во дворце могли и подслушать. Поэтому, прежде чем начать его, Бромли вернулся к столу и нажал крошечный рычажок под столешницей. Глушилка заработала. Теперь ни один жучок, буде таковой находился в кабинете (что сомнительно) или на самой Арианне (чего исключать не стоило) не мог передавать ничего, кроме белого шума.
- Вы знаете, моя королева, что я с радостью выполню любую вашу просьбу, - поклонился шеф и позволил себе присесть напротив женщины. Впрочем, ему давно было даровано это право.
- Я же просила! - поморщилась ее величество.
- Нас никто не услышит, даже если очень постарается.
- Благодарю, - выдохнула она. - Я пришла просить вас не о расследовании очередной ерунды, сэр Кейн.
- О чем же? - удивился он. Прежде от него никогда не требовалось большего.
- Мне стало известно, что вы направили своего человека на помощь в расследовании смертей, которые происходят вокруг моего старшего сына, - Бромли кивнул, не удивившись. Может, госбезопасность и не вмешивалась в проблемы Александра, но следила за опальным принцем пристально. - Насколько вы ему доверяете, граф? И насколько, в случае чего, могу доверять я?
Бромли растерялся. Он неплохо изучил Валентина, был уверен, что его, шефа полиции поручения тот станет выполнять со всем старанием. Но дело здесь было как раз в том, что мальчик доверял ему, а не наоборот. А вот станет ли он доверять посторонней женщине, будь она хоть трижды королева, оставалось под большим вопросом. При всей своей зажатости, Штольц был болезненно независим в своих решениях и не терпел давления. Бромли считал это достоинством парня, учитывая специфику его дара. А вот рассказывать об этом самом даре не хотелось никому. Даже ее величеству. Тем более, ее величеству. Не мог граф так подставить подопечного. Корона его потом из своих лап не выпустит.
- В работе я могу доверять ему безоговорочно, - решился на ответ Бромли. - Но не могу гарантировать, что он станет доверять кому-то кроме меня.
- Даже своей королеве? - вскинула точечную бровь Арианна.
- Он… сложный парень, ваше величество.
Женщина вздохнула.
- Ну хорошо. Я поняла из несказанного, что, если мне что-то надо от вашего консультанта, лучше это делать через вас. Сэр Кейн, я много раз полагалась на вас и сейчас прошу о помощи в действительно важном деле. Мне… нам, короне необходимо, чтобы Александр вернулся и занял подобающее ему место подле своего брата. Принц талантливый человек, с детства обученный править. В отличие от Ульриха, к которому столь высоких требований никогда не предъявлялось. Он просто не справится. Ах, если бы Александр не совершил ту глупость! Он мог бы стать лучшим королем в истории Кайтенгерии! - излишний пафос в голосе ее величества показался Бромли наигранным, но он предпочел этого не заметить. Несмотря на высокую должность и доверие королевы, граф всегда старался держаться подальше от политики. - Я хочу, чтобы ваш человек уговорил Александра принести формальные извинения и вернуться в столицу. Я знаю, что это сложно! Мой старший сын невероятно упрям. Но пусть хотя бы попытается! Если надо, пусть использует аргумент, который не оставит принца равнодушным.
- Какой аргумент? - не понял Бромли.
- Сэр Кейн, поклянитесь, что никому, кроме вашего консультанта, да и то только в случае крайней необходимости, не доверите эту тайну!
Бромли происходящее нравилось все меньше, но клятву, разумеется, дать пришлось. Хорошо хоть рыцарскую, а не закрепленную некромантом или менталистом.
- Дело в том, что пропала принцесса Камилла, - Арианна всхлипнула, но материнские слезы отчего-то не показались шефу искренними. - Разумеется, ее ищут, но мы полагаем, что девочка сбежала, а она такая хитрая! Но вы же понимаете, что с юной девушкой, совершенно не знающей жизни, может приключиться все, что угодно! Так вот, Александр очень любит сестру, ради нее он вполне способен наступить на горло собственной гордости. И если ваш человек не сможет его уговорить просто так, пусть скажет, что мы рассчитываем на помощь принца в поисках малышки.
- Серьезный аргумент, - кивнул Бромли просто чтобы не молчать.
Ситуация ему не нравилась, поручение – ещё больше, а уж в способность Штольца уговорить принца граф и вовсе не верил. Лично с опальным высочеством ему встречаться не доводилось, но наслышан о тяжёлом характере бывшего наследника был. Выставить против него Валета - все равно что со шпагой против танка выйти. Безнадежно.
Тем не менее, пришлось пообещать, что сделает все возможное и сегодня же вечером свяжется со своим человеком. Кое-как Бромли удалось извернуться и снять с себя ответственность за дипломатические способности отправленного в Дентрессу консультанта. Граф лично проводил ее величество до неприметного авто, припаркованного на соседней улице. Машина подозрительно смахивала на автомобиль из автопарка СБ, что делало этот визит ещё более странным и нелогичным. Сэру Кейну хотелось забыть его, как страшный сон.
До конца рабочего дня оставалось ещё больше двух часов, впереди маячило важное совещание, а уже нестерпимо хотелось бросить все и выполнить просьбу Валентина. Но граф сдержался и не только досидел до упора, но ещё и задержался примерно на полчаса, читая сводки об очередной удачно проведенной операции подчинённых. Эта согревающая душу литература слегка подняла настроение, но что-продолжало беспокоить.
Ещё не понимая, что именно ищет, граф позвонил Винкин. Грета была занята и зла. Половина ее подчинённых гонялась сейчас по улицам Дентрессы за неким подозреваемым как раз по делу приближенных принца. Впрочем, консультанта они с собой не брали, можно было не беспокоиться. Да и проклятий он больше не ловил - штатная некромантка следила теперь за подставами в оба глаза. Кроме того, Стальная Грета сообщила, что Валентин уже познакомился с опальным высочеством и завтра планирует работать в его резиденции. Это было кстати. О чем бы ни говорил Штольц с принцем, уж свой-то дом Александр наверняка защитил от прослушки. А значит, можно будет отчитаться о том, что Валет задание выполнять начал, но о результатах говорить рано. Оставалось только ввести в курс дела самого парня. Вроде все складывалось неплохо, но беспокойство не проходило.
Бромли неспешно двигался пешком к дому подопечного, пытаясь понять, что же ему так не нравится. Озарение пришло уже почти у цели: бесилось чутье. И подстава ощущалась не со стороны работы, не от далёкого Александра и уж тем более не от Валентины. В авантюру с сомнительными последствиями его самого и подопечного пыталась втянуть королева. Граф отчётливо понял, что Валет ни в коем случае не должен уговорить опального принца вернуться. Если это случится, неприятности ждали всех.
И как теперь, с одной стороны, передать парню волю ее величества, а с другой - предупредить, чтобы не вздумал выполнить поручение? Наверняка же СБ слушает все телефоны задействованных в афере людей.
Бромли остановился, не дойдя до цели пару кварталов. Постоял задумчиво, а потом развернулся и быстрым шагом направился обратно. Но до управления не дошел. Сэр Кейн не зря большую часть своей карьеры провел на полевой работе - осведомителей у него хватало везде, и иногда их можно было использовать не по назначению. Уже спустя полчаса он снова направлялся к дому Валентины, почти довольный собой и жизнью. В кармане лежал одноразовый телефон с единственным сохраненным номером. Другой такой же мобильник должны был уже через час отправиться к графине Никс с указанием передать аппарат Валентину. Некромантка была выбрана из-за соседства с временным жилищем подопечного. Да и, если исходить из полученной ранее информации, спасала она Валета на совесть, а значит, заслуживала доверия как профессионал.
После принятых мер граф немного успокоился. Чутье больше не грызло обещанием опасности, а всего лишь свернулось клубком в подсознании, намекая, что ничего не закончено. К тому же грела предстоящая встреча с домработницей Штольца.
Увы, Бромли ждал облом: Валентины дома не оказалось. Собственно, ничего странного в этом не было. Мало ли, куда могла отправиться свободная женщина в свой свободный вечер. Но отчего-то стало обидно. А потом подумалось о страшном: вдруг экономка уже собрала вещички и отправилась на новое место службы?! Валет этого не простит! Сообразив, что даже не знает номера мобильного телефона женщины, Бромли разозлился на себя. Естественно, ему не составило бы труда этот номер выяснить, но прежде подобный поступок казался ниже собственного достоинства. Сейчас же граф был готов опуститься до столь мелкого шпионажа.
Однако, глубоко вздохнув, заставил себя успокоиться и подождать. Не экономку под дверью, разумеется, а более позднего вечера, когда можно будет застать Валентину по домашнему номеру. Ну не может же такого быть, чтобы Валет настолько ей надоел, что сбежала при первой же возможности! Мысли о том, что сбежать можно не от кого-то, а к кому-то, сэр Кейн появляться в своей голове категорически запретил.

* * *

- Я не понимаю! - в который раз повторил Александр. - Просто не понимаю! Отец помешан был на магии, кого только не таскал, чтобы меня проверили. И ничего. Совсем. Никаких признаков дара. А тут этот мальчишка… так уверенно… Не понимаю!
- Лекс, - Диана Мендель, тяжело опираясь на трость, поднялась из кресла и подошла к принцу. - Успокойся, мальчик. Пожалуйста, успокойся и объясни толком, что произошло.
- Прости, мама. Я действительно слегка не в себе. Этот парень, Штольц, он Мастер Смерти. Редкий дар. И весьма своеобразный. И он, консультант этот, увидел, что мне уготована очень долгая жизнь. Слишком длинная для обычного человека. Столько живут только маги. Но я не чувствую в себе дара!
- Какие глупости! У тебя определенно есть наш родовой дар! Правда, как и у меня, спящий.
- Что?!
- Ну да, - Диана недоуменно пожала плечами. - Разве сам не видишь, как все кругом тебя слушаются, как преданы? Это и есть его проявление. Причем у тебя оно выражено куда сильнее, чем у меня.
- Мама… Господи, мама, почему ты раньше мне этого не говорила?!
- Я была уверена, что ты и сам знаешь, - развела руками мадам Мендель. – Ты ведь ни разу не спросил меня об этом. Даже тогда, когда я рассказала тебе свою историю.
- Я с самого начала был уверен, что ничего не вышло! Но как?! Как такое могло произойти?! Отец ведь тоже не понял, что я одарен! И никто из магов ничего не обнаружил!
- Тех самых магов, которые потеряют свои права советников, если появится одаренный король? – со смешком перебила женщина.
- Проклятье! – принц растерянно уставился на свою визави. - Как же я не подумал? Как не подумал отец?!
- Замечтался, - хмыкнула Диана.
- И еще, мам, я сам не чувствую никакой магии в том, что делаю.
- Просто не умеешь, - улыбнулась она. - Тебе нужно учиться, сынок.
- У кого? – горько вздохнул Александр. - Кроме нас с тобой никого и нет. А ты сама говоришь, что у тебя дар спящий.
- Может, имеет смысл поговорить с другими магами? Кто-то что-то посоветует. Хотя бы этот твой мальчик. Ты же сам упомянул, что дар его редкий. Но как-то же он учился.
- Да у него-то побольше шансов. Дар Мастеров Смерти утерянным не считается. Только на моей памяти один такого наворотил… Ну, не совсем на моей, я тогда еще совсем мелким был, позже уже отец рассказывал. А парень мог располагать чьими-то записями, общаться с теми, кто изучал эту способность. Не знаю, честно говоря. Сам удивился, когда понял, кто он. Откуда только взялся?!
- Вот может, он как раз сам и учился, взявшись ниоткуда. Поговори с ним.
- Да уж сам хочу. Мне нужно его завербовать. С таким даром в команде экспедиция станет куда безопаснее. Он сможет предупредить, предотвратить гибельные моменты.
- Интересный дар, - улыбнулась Диана. – Я тоже хочу с ним познакомиться.
- Нет, ну с ума сойти! - покачал головой высочество. - Столько лет стараться, лгать, кроить психику Арианны и в итоге не увидеть леса за деревьями.
- Вполне в духе Зиновия, - недобро хмыкнула мадам Мендель.
В королевском роду Кайтенгерии, как и во всех прочих странах на континенте, уже много поколений не было одаренных. Если они вообще когда-нибудь были. По легенде, когда-то эти дома возвысились за счет особого дара управлять людьми и принимать верные решения. У него даже названия не было, у дара этого. Да и легенде было лет тысячу не меньше. И даже если в ней содержалась хоть крупица исторической правды, уже никто давно ни о чем подобном не слышал и, тем более, не наблюдал. Так и жили, так и правили – кто по уму, а кто бездарно во всех смыслах этого слова.
К последней категории, к сожалению, относился и прадед Александра. Довел он, чего уж там, и дворянство, и простой народ непомерными поборами и требованиями в угоду своему разгульному образу жизни. Но взбунтовались именно одаренные, когда монарх додумался взимать налог за использование способностей. Совсем уж до государственного переворота дело не дошло: короля заставили отречься от престола в пользу семнадцатилетнего сына, Иннокентия IХ. Да еще и советников одаренных к нему приставили.
Увы, найти общий язык с юным монархом им не удалось, и Иннокентий проникся если не ненавистью, то злобной завистью к магам. По настоянию все тех же советников в двадцать пять ему пришлось жениться на риколийской принцессе. Брак оказался не только не слишком счастливым, но и не плодовитым: Зиновий III, отец опального принца, был единственным ребенком, да и то появился на свет почти через десять лет после бракосочетания, когда уже даже маги задумались о королевском разводе.
К этому времени неудачливый монарх был одержим идеей возродить в королевском роду магию. К воспитанию сына слабовольную истеричную мать он не допустил, сам вложил в голову Зиновия и отношение к власти, и к одаренным, и к женщинам. Возможно, именно это стало причиной неуважения и потребительского отношения наследника к слабому полу.
Скипетр Зиновий получил из рук отца в возрасте тридцати двух лет и тут же объявил о помолвке. Не с иностранной принцессой, а с красавицей из древнего, но не слишком богатого и влиятельного кайтенгерийского рода – Арианной Земельц.
Иннокентий был неплохим королем, его в народе любили, а помолвка Зиновия вызвала прямо-таки бурю ликования: как же, величество не на заграничной какой принцесске женится, а на своей, кайтенгерийской девушке, к тому же не из самых знатных. Прям история Золушки.
Мало кто знал, а точнее, никто, кроме отца будущей королевы сэра Хенрика Земельца, самого молодого короля и его престарелого батюшки, что девятнадцатилетняя Арианна в последние пару лет находится под воздействием доверенного менталиста. Слуги, регулярно общавшиеся с девушкой, считали ее не от мира сего, даже глуповатой, но не догадывались, что невесте его величества аккуратно накладывают ложную память. Предварительная обработка была необходима для того, чтобы впоследствии невозможно было определить, где реальность, а где именно то, что будущая королева не должна вспомнить ни при каких обстоятельствах. В частности, что она не рожала своего первенца.
Почти всю жизнь Иннокентий провел в исследованиях якобы когда-то существовавшего дара властителей. Наверное, не было в мире человека, знавшего о его возможных проявлениях больше, чем король Кайтенгерии. Кроме того, он самым тщательным образом изучил историю своего семейства, все его официальные побочные ветви и ветви возможных бастардов. По подсчетам, Зиновия дар вполне мог сохраниться именно в них. Лет за пять до отречения, как бы невероятно это ни звучало, он нашел, что искал. Но где! Можно считать, на помойке.
Позднее, проводя дополнительные изыскания, уже Зиновий выяснил, что каким-то немыслимым образом женщины из крестьянской семьи примерно раз в три-четыре поколения не просто привлекали, а почти сводили с ума монархов, причем не только Кайтенгерии. Впрочем, ничего удивительного в том не было: вся женская половина семьи Бускин делилась на две категории – писанных красавиц и откровенных уродин. Что странно, несмотря на многодетность каждого поколения, до взрослого возраста доживал всегда лишь один сын. Дочери же либо благополучно выскакивали замуж, либо оставались приживалками в домах брата или других сестер. При этом королевские бастарды не становились помехой при сватовстве – братья признавали их своими потомками, независимо от пола, и иногда именно эти дети оказывались продолжателями рода.
Казалось бы, откуда такое нехарактерное для безродных поведение и такая проверенная веками закономерность? Как выяснилось, на семье лежало проклятие – древние, закрепленное кровью сильного некроманта и оттого не рассеявшееся в поколениях. Если среди Бускин и были попытки избавиться от незаконных детей, к чему это привело, история не сохранила. Уже несколько столетий никто в семье не пытался противоречить поставленным условиям. Ограничение, как положено, у проклятия было: оно должно было пасть, когда один из бастардов станет королем. В вероятность такого исхода, разумеется, никто не верил, тем не менее, наказ беречь незаконных отпрысков и всегда давать им свою фамилию передавался от отца к сыну. Зачем уж некромант, чье имя давным-давно было забыто, проклял семейку именно так, теперь уже никто и никогда не узнает. Но Зиновий подозревал, что умный маг сделал это намеренно, чтобы сохранить королевский дар.
Что ж, он не только сохранился, но даже проявился – в одной из уродливых дочерей тогдашнего главы семьи. Одиннадцатилетняя Динкис взвалила на себя управление не самой прибыльной фермой, и слушались ее все от мала до велика, как солдаты – генерала. Она договаривалась с соседями о натуральном обмене, возила скот на ярмарки, управляла домом. При этом орала и материлась так, что бывалым воякам хотелось заткнуть уши, есть предпочитала руками (а чего еще время на ковыряние вилкой-ложкой тратить?) и была страшна настолько, что даже лошади шарахались.
Нет, наверное, воспитать ее за несколько лет, пока войдет в возраст, было реально, но сделать красавицей не смогли бы никакие хирурги. Да и не была тогда еще настолько развита пластическая хирургия. В общем, не поверил бы народ в такую Золушку. Ладно бы, деревенская, можно было бы подтасовать факты и представить Динкис дочерью безземельного дворянина. Но принц, влюбленный в уродину – нонсенс.
Тогда и родилась идея с подменой невесты.
Четырнадцатилетняя Арианна обещала стать красавицей, и Иннокентию с Зиновием понадобилось почти два года на то, чтобы поймать на горячем ее отца и заключить с ним договор на крови, а еще найти достаточно сведущего менталиста и его тоже уговорить дать нерушимую клятву. Динкис по-простому похитили, правда, изрядно заплатив ее семейке за молчание, и спрятали в небольшом домике неподалеку от столицы. Разумеется, хорошо охраняемом. Менталисту пришлось работать и с ней, чтобы девушка считала все происходящее волшебным сном и не вздумала применять свой дар на окружающих. О том, сколько афродизиаков вливал в себя Зиновий в то время, когда приходилось проводить ночи с матерью наследника, история и вовсе умалчивает.
Тем не менее, меньше, чем через месяц Динкис понесла, и было объявлено, что королева Арианна ждет первенца. Еще через неделю ее перевезли в одну из дальних монарших резиденций, якобы из-за того, что юной супруге монарха необходимы покой и свежий воздух, поскольку беременность протекает не лучшим образом. И нет ничего удивительного в том, что, когда, разрешившись от бремени, молодая мать возвращалась в столицу, все ее слуги и небольшая свита исчезли в неизвестном направлении и больше о них никто никогда не слышал. Впрочем, сама Арианна этого даже не заметила. Единственным человеком, проделавшим вместе с ней путь до дворца, была кормилица принца – туповатая, но добрая деревенская баба, нанятая в селе неподалеку уже после того, как ребенок появился на свет.
Скорее всего, Динкис ждала та же участь, что и окружение юной королевы, но ушлая девица сбежала. Дар ли помог, или настолько испугалась, когда ее пришли убивать, но даже сразу после родов уродина смогла выпрыгнуть в окно со второго этажа и скрыться в неизвестном направлении, прихватив довольно увесистый мешок со всеми ценностями, которые смогла найти в доме. У нее хватило ума не возвращаться к родным, а куда уж подалась, выяснить так и не смогли.
Александр рос любимым сыном, рос с сознанием, что рано или поздно унаследует престол. Большую часть внимания он получал от отца, а ее величество слишком любила себя, чтобы тратить время на отпрысков. Королева родила еще троих детей – двух девочек и мальчика. Второй сын Зиновия, Ульрих, воспитывался как правая рука своего брата, однако, в отличие от Александра, учиться не слишком любил и лет с четырнадцати решил для себя, что будет делать армейскую карьеру и станет военным советником. Ульриху шла военная форма. Несмотря на разницу в возрасте, мальчики дружили, и наследник не слишком расстроился, когда понял, что государственные проблемы ему придется решать без помощи брата. Он был уверен, что справится и сам. Увы, к глубокому разочарованию короля такого вожделенного дара правителей у первенца не обнаружилось. Но что-то было в Александре такое, что заставляло всех без исключения видеть в нем лидера.
Перемены начались, когда старшему сыну Зиновия было уже двадцать три года – умер менталист, поддерживавший ложную память королевы. Умер по-глупому, став жертвой бандитского налета на свою яхту. Что уж он там напутал, где ошибся, так и останется тайной, но не прошло и года, как отношение королевы к старшему сыну начало меняться – Арианна вспоминала. Поначалу принц метался, не понимая, что происходит, почему мать, до этого просто равнодушная, вдруг стала смотреть на него, как на врага. О своих терзаниях он поведал единственному человеку, которому доверял, кроме своей семьи – старой кормилице. От нее-то и узнал, что ходили на ее родине слухи, будто королева вовсе не беременна, а рожает наследника совсем другая женщина. Получив столь вопиющую информацию, Александр не кинулся к родителям, а начал по-тихому проводить собственное расследование. Его людям повезло больше, чем сыщикам Зиновия – они нашли Динкис. Точнее, уже Диану Мендель.
На удивление, к сорока годам бывшая уродина превратилась в некрасивую, но эффектную женщину. Железной рукой она правила своим маленьким совсем не женским бизнесом – небольшой сетью автомастерских в приграничном с Риколией городке Джанце. Встреча с ней многое прояснила Александру. Но самым удивительным и неожиданным стало другое: в Диане принц нашел не только умного и преданного друга, но и то материнское тепло, которым прежде был обделен.
Вот только паранойя королевы не дремала, и слежка за принцем велась постоянно. В отличие от Зиновия, который смотрел сквозь пальцы на похождения наследника, полагая что в молодости нужно нагуляться, а где и каких баб под себя подмять – личное дело каждого, Арианна заподозрила неладное. Она понятия не имела, кем была и как выглядела женщина, родившая старшего принца, но подозрения о личности мадам Мендель закрались. Бездоказательные, к счастью. Но ведь получить доказательства можно, не так ли? Особенно, если поспрашивать саму женщину. Эдак с пристрастием. Только ничего у агентов не вышло. Часть из них возвращалась и сообщала, что Диана пусть и не молодая, но милейшая женщина, а часть и вовсе подала в отставку и осталась в тот самом заштатном Джанце. При этом ментальному воздействию никто из них не подвергался – проверили. Зато столь плотный поток любопытствующих заставил приграничную бизнес-леди, а с ней и Александра забеспокоиться. Именно защищая мать, его высочество принял решение не просто отказаться от престола, но сделать это так, чтобы его имя было опорочено.
Идея была не лишена изящества. Компромат на наследника, якобы готовившего переворот и убийство отца, позволили собрать королеве. Довольно сомнительный компромат, однако, когда Арианна нажаловалась мужу, тот вызвал к себе Александра. Что ж, свою роль принц сыграл мастерски, ничего не ответив на обвинения, лишь поинтересовавшись, есть ли у его величества доказательства. Это был лучший способ вывести Зиновия из себя. Не то чтобы король всегда бывал скор на расправу, но возлагал слишком большие надежды на старшего сына, слишком сильно был разочарован мнимым предательством. Кроме того, сделанное много лет назад предсказание как раз и сулило королю смерть от руки собственного сына. Тем не менее, как и рассчитывал, Александр отделался лишением звания наследника и запретом на приближение к столице. Его это более чем устраивало. С одной стороны, он считал, что законный сын Зиновия Ульрих имеет больше прав на престол, хоть и понимал, что король из него получится паршивенький. А с другой – освобождение от обязанностей приблизило его к давней мечте, которая лишь после знакомства с Дианой обрела очертания реальности.
Ну а ее величество, похоже, решила, что, раз судьба сама убрала с пути Александра, шанс для Ульриха упускать нельзя. Опальный принц не сомневался, что король Зиновий умер не своей смертью. Такая же участь ждала и его самого, если вернется. Правда, сначала ему позволили бы наладить работу министерств и ведомств, навести порядок в стране, успевший пошатнуться за время правления Ульриха. А может, и не убили бы, как знать. Заперли бы где-нибудь и заставили работать шантажом. Он ведь на многое готов ради Дианы или, к примеру, Ками. Уж не потому ли ее так спешно сосватали за Лучиано?
- Кстати, а что там за история с Мастером Смерти? – спросила вдруг Диана.
- В смысле? – не понял высочество.
- Ну тем, который начудил.
- Да это лет двадцать пять назад было, так что я совсем не очевидец, как ты догадываешься.
- А я в то время не интересовалась делами света, - хмыкнула женщина. – Да я ими вообще никогда не интересовалась.
- Ладно, если хочешь, расскажу, что знаю…


Вот как ползу, так и отражаю!

 
kagami Дата: Вторник, 13 Дек 2022, 4:26 PM | Сообщение # 14
Кривое зеркало
Группа: Святая Инквизиция
Сообщений: 10034
Статус: Offline
..:: Дополнительно ::..
Глава седьмая

* * *

Если вам никогда не приходилось близко общаться со стиральной машиной, не надо думать, что она станет слушаться одного взмаха вашей руки. Тин растерянно разглядывал панель с сенсорными кнопками. Нарисованные рядом с ними пиктограммы ни о чем ему не говорили. Вот что должен означать перечеркнутый таз с высокой шапкой пены? Не знаете? Вот и он не знал. И что в таком случае делать с любимой шелковой сорочкой? Не мог же он надеть ее второй день подряд?! Вот и закинул в стирку, не подумав, что одежда может закончиться так быстро. А брюки?! Угораздило же изгваздаться!
Стиралка равнодушно подмигивала разноцветными диодными огоньками, не желая открывать свои секреты неумехе.
Нет, одежды, конечно, хватало, сестра позаботилась о том, чтобы нерадивый братец хотя бы недели полторы не задумывался о свежих рубашках и белье. Но отчего-то Валету казалось, что при сложившихся обстоятельствах выделенного на вояж гардероба и на пять дней не хватит. А до чего же было хорошо, когда чистую одежду нужно было просто достать из шкафа! Валентина – святая женщина! И как она умудрялась все делать вовремя?!
Закралась предательская мыслишка позвонить домой и выяснить у сестры, как общаться с высокомерным агрегатом, но Тин, нахмурившись ее отогнал. Еще не хватало! Сам справится! Должен – сам.
Конечно, здесь, в Дентрессе был еще один человек, который, наверное, смог бы ему помочь. Но звонить Мире – это уж и вовсе себя не уважать. Нет, можно было бы пригласить ее в гости – благо живет в том же ведомственном доме – и за отвлеченной беседой невзначай выяснить страшные тайны стирки, но часы в гостиной показывали четверть двенадцатого, а девушки – очень странные создания. Еще решит, что в подобном приглашении кроется какое-то двойное дно. Какое именно – даже думать не хотелось.
Как не хотелось думать и о том, что сам бездарно потерял почти два с половиной часа, пытаясь заставить себя взяться за неблагое дело стирки. Сначала очень хотелось есть, потом разморило после сытного ужина, а после и вовсе мысли всякие в голову полезли. Странные…
Тин обнаружил, что только за сегодняшний день дважды не поделился с копами важной информацией. Сначала о ни с того ни с сего навязавшейся девушке: консультанта не оставляла мысль, что ее к нему подослали. Зачем – неясно. То есть, ясно, конечно: чтобы выпытать, кто он такой и чем именно помогает полиции. Ну и до чего та полиция дошла в расследовании. Вопрос в том, кто ее подослал. Если убийца, то девчонку надо искать и ловить. Но был же ещё вариант, что лазутчица могла оказаться от принца Александра, которому тоже не давали покоя успехи полиции или их отсутствие. От принца, который все ещё оставался в списке подозреваемых. И наконец, могла существовать некая третья сторона, заинтересованная исключительно в талантах самого Валентина. А может, и не в них. Мало ли.
Валет не понимал, почему так и не рассказал никому о той явно подстроенной встрече. Мог же настоять. Да, копы, они быстрые и постоянно куда-то спешащие – то по конкретному делу, то в своих умозаключениях. Но найти момент и высказаться было можно. И уж совсем непонятно, почему не сообщил Ревенту о главном своем открытии, столь важном для расследования. О втором Мастере Смерти. Как бы ни торопился и ни злился в тот момент Ирвин, как бы ни был шокирован полученной информацией сам Штольц, а сказать надо было. Но не сказалось. Зато сказалось Мире, причем как- то вскользь, и вроде даже не зацепило ее совсем, или зацепило, но за что-то не то. И совсем не факт, что некромантка в ее печально-задумчивом состоянии сообщит новость коллегам. Особенно, когда у них там погоня и всякое такое. Так почему же столь важную информацию он, Валет, не вынес на обсуждение всей команды? Почему?!
Это самое «почему» настолько измучило Тина, что о стирке он вспомнил слишком поздно. Куда уж теперь девушку в гости приглашать.
Резкий настойчивый звонок в дверь заставил едва ли не подпрыгнуть на месте. Валентин с ужасом задумался, кого там могло принести в такое время. Нет, он не испугался. Чего бояться? Посторонних в это здание не пропустят – охраны столько, что королевская резиденция позавидует. Наверное. Но и своих ждать не приходилось.
К двери подобрался едва ли не на цыпочках и осторожно заглянул в глазок. Бойтесь своих желаний, да? За дверью с угрюмым видом топталась Никс. Успокоившись, Мастер Смерти повернул ручку.
- Добрый вечер, Мира, - произнес, растянув губы в улыбке. - Я рад вас видеть.
- Привет, - проворчала та. - И спасибо.
- За что? - растерялся Тин.
- Что не гоните сразу, - как-то совсем печально произнесла некромантка. - А то у меня такое чувство, что я вообще никому не нужна. Даже самой себе.
- Бывает, - кивнул он и подумал, что надо бы все же впустить гостью, но почему-то остался стоять в дверях.
- Валет, мне очень нужна компания, - вздохнула Мира, с намеком глядя вглубь квартиры. - Желательно, ваша.
- А, да, конечно, - смутился он и наконец отступил из проема. Некромантка быстро шмыгнула в прихожую и закрыла за собой дверь. Как-то очень нервно закрыла. - Что вам предложить, Мира? Чай? Кофе? – спросил Тин привычно и тут же задумался, что станет делать, если гостья захочет чай. М-да… Кофеварку-то зарядить можно, а вот как правильно чай заваривать? Эх…
- Я же сказала, компанию, - хмыкнула Никс. - А выпивка у меня своя найдется, если что.
- Э-э-э… Что, простите?
- Может все же пригласите в комнату? - безрадостно хмыкнула девушка.
- Да-да, конечно! - окончательно застыдился консультант. - Простите, бога ради. Я, наверное, очень негостеприимный хозяин.
- А я совсем нежеланная гостья, - грустно усмехнулась Никс, скинула мокрый дождевик и, обогнув хозяина, двинулась вглубь квартиры.
- Вы неправы, - покачал головой Валет, направляясь за ней. - Я как раз думал о том, что очень хотел бы вас видеть, - и покаянно добавил: - По многим причинам.
- Потом объясните, - отмахнулась девушка и вынула из кармана какой-то небольшой прибор. Установила его на краю журнального столика, поближе к центру комнаты и нажала на кнопку. - Все! - вздохнула с облегчением. - Вот теперь можно и поговорить.
- Что это, - растерялся Штольц.
- Глушилка. Нельзя, чтобы нас подслушали. Вот, это вам, - и она протянула ему телефон. - Там только один номер. Вам нужно по нему позвонить. Так просил передать шеф Бромли, но лично я с ним не общалась, телефон мне всучила довольно сомнительная личность. Для вас всучила. Одно точно могу сказать: проклятий на аппарате нет, а передавать их по мобильной связи пока не научились. Так что технически звонить безопасно.
- Но… - Валентин с сомнением покрутил телефон в руках – никак не мог понять, зачем Бромли такие сложности.
А Мира словно прочла его мысли.
- У нас в управлении вполне может быть крыса. Похоже, Стальная Грета предупредила об этом ваше начальство. Ладно, я выйду на кухню, а вы звоните. Вдруг и меня не касается беседа такой степени конфиденциальности. Если что, потом расскажете.
Консультант с тоской посмотрел ей вслед и уставился на номер на экране. Незнакомый. Но Бромли он доверял, хоть и понимал, что кто-то может воспользоваться его именем. А с другой стороны, опасности нет, некромантка в этом уверена, так почему бы не получить дополнительную информацию. Ведь если телефон прислал не сэр Кейн, можно будет выяснить, кто ещё так сильно заинтересован в Мастере Смерти. Эта мысль воодушевила, и Тин решительно нажал кнопку вызова.
- Молодец, парень! - почти сразу прозвучал на том конце голос Бромли. - И графиня твоя умница, оперативно сработала.
- Кто? - растерялся Валет.
- Леди Никс, кто же ещё. Ладно, пустое. Слушай внимательно…
И шеф поведал Штольцу о просьбе королевы. И не только о ней, но ещё и о побеге принцессы Камиллы и собственных подозрениях. Тин слушал, и голова у него шла кругом. Завтрашняя работа в резиденции принца обрастала зловещими нюансами, а разговор с высочеством давил своей неотвратимостью. Бромли не настаивал на том, чтобы Валет открыл Александру все карты, но считал, что лучше уж сделать это, чем пойти на поводу у ее величества. Чутье настойчиво твердило, что довериться, при прочих равных, лучше все же не короне. Если, конечно, речь идет о делах короны, а не о самодеятельности одной облеченной властью дамы. А когда шеф узнал, что высочество разглядел в Валентине Мастера Смерти, и вовсе потребовал использовать этот шанс.
Завершив разговор, Тин положил мобильник на полку – Бромли велел сохранить его для экстренной связи – и задумчиво потоптался по гостиной. Зазвонил городской телефон, и сэр Кейн повторил все то, что уже сообщил, только на этот раз коротко и без своих умозаключений. Просьба королевы прозвучала как приказ. Валет пообещал сделать все от него зависящее, повесил трубку и решительно направился в кухню, к Мире. Если и делиться с кем-то информацией, то лучше с человеком, которому уже доверился. А поделиться было необходимо: шеф Бромли был безоговорочно предан стране, но ещё он обладал едва ли не самым сильным в мире, граничащим с предвидением чутьем. И раз считал, что грядет какая-то гадость, значит, так оно и будет. Вляпываться в гадость не хотелось совершенно, поэтому следовало побольше узнать о высочестве. И Никс могла стать источником такой информации.
- Ну что? - спросила она, едва Штольц появился в кухне. - Достойна ли я узнать, что за тайны развело ваше начальство?
- Безусловно, графиня, - провокационно отозвался тот.
- Фу-у-у! - взвилась девушка. - Хоть вы, Валет, не начинайте! Хватит и того, что от ребят натерпелась. А то обижусь и стану называть вас бароном.
- А я никакой не барон, - улыбнулся консультант, и на душе у него сразу стало легко. Кажется, он встретил человека, которому совсем не сложно рассказать о себе, о своих тайнах – тем более, главная ей уже известна – о проблемах и страхах. Даже о стирке этой пресловутой. - Сын барона я только формально, а так - незаконнорожденный. И от титула отказался в пользу сестры.
- Круто! - растерянно отозвалась Никс, явно не ожидавшая подобных откровений.
- Знаете, Мира, - Штольц присел за стол, - мне нужно о многом вам рассказать. Не только об этом разговоре с шефом Бромли. Я ведь кое-что не успел сообщить по делу. И… если у вас есть вопросы ко мне лично, я на них, наверное, отвечу.
- А с чего такая щедрость? - прищурилась девушка.
- Так за взаимность, - хмыкнул Тин. - Мне тоже многое нужно у вас узнать.
- Например?
Тин смерил некромантку задумчивым взглядом и вдруг расхохотался
- Например, как пользоваться стиральной машиной, - сознался честно. - Но давайте сначала о деле.
- Давайте, - посмеявшись, согласилась Никс, но вдруг встала и вышла в комнату. Вернулась через несколько секунда с глушилкой и прикрепила ее теперь под кухонным столом. Потом уселась на прежнее место, и подперла кулаком щеку, всем своим видом показывая, что теперь готова слушать.
- Тогда начну по порядку, с девушки, - улыбнулся Тин.
То, что одна голова хорошо, а две лучше, Валет понял, едва закончив рассказывать о звонке Бромли. Мира оказалась отличной слушательницей. Она не перебивала, вопросы задавала только уточняющие и не пыталась отвлечь рассказчика от основной мысли, внезапно возникающими выводами. Но когда Валентин поведал о сбежавшей принцессе, стребовав обещание не делиться этим знанием даже с друзьями по команде, вдруг нахмурилась.
- Погодите! - она подняла руку, призывая Штольца остановиться. - А эта ваша Милена… вам не показалось, что она похожа на Камиллу?
- Хм… - Валет смущённо развел руками. - Каюсь, никогда не видел портретов ее высочества.
- Ерунда, это мы сейчас исправим. Тащите ноутбук.
Спустя пять минут была решена первая загадка, и Тин вздохнул с облегчением. Девушку к нему подослал Александр. И не кого-нибудь, а целую принцессу. Льстило, однако. И вселяло надежду, что и остальные тайны раскрыть удастся.
- Мира, а вы ответите на мои вопросы? - неуверенно поинтересовался Валет.
- Постараюсь, - улыбнулась та.
- Ну… - он замялся, - возможно, они покажутся вам слишком личными.
- Значит, не отвечу, - пожала она плечами. - Спрашивайте.
- Почему вы сказали, что у меня может получиться?
- Это когда? - опешила Никс.
- Когда я рассказал об артефакте.
Мира задумалась, потом фыркнула и насмешливо посмотрела на своего визави.
- Знаете, Валет, у меня к вам есть два предложения.
- Какие же?
- Во-первых, раз уж вы задаёте такие вопросы, давайте перейдем на «ты». А то я себя как на допросе почувствую.
- Д-д-давайте… если вы не против…
- Я только за, уж поверь. Очень сложно выкать после синхрона, - Тин согласно улыбнулся. Он тоже ловил себя на этой мысли. - А во-вторых, мы с тобой все же напьемся, а то на трезвую голову мне будет сложно рассказывать тебе историю последних трёх лет своей жизни.
- Зачем?! - обалдел Валет.
Не то чтобы он был против узнать эту историю. Даже наоборот. Но вот то, что Никс захочет ее поведать, стало полной неожиданностью.
- А почему бы и нет? К тому же принц там тоже фигурирует и тебе это будет полезно. Так что, будем напиваться?
- Н-но… боюсь, я не держу алкоголя, - развел руками Штольц. - И, если честно, мне как-то до сих пор напиваться не приходилось.
- Все когда-нибудь случается в первый раз, - философски заметила девушка и извлекла из своей необъятной сумки литровую бутылку виски. – Что так смотришь? Да, я собиралась напиться. Да, одна, но судьба в лице твоего босса привела меня к тебе. И да, я не собиралась тебя спаивать, но ты ищешь ответов, а мне нужен стимул. А ещё ты – джентльмен и не оставишь девушку наедине с таким количеством алкоголя. Так что, тащи стаканы.
Валентин тихо порадовался тому, что догадался сходить ещё и в супермаркет и теперь мог выставить на стол не только бокалы, но и закуску. А ещё было немного страшно: Валет понятия не имел, как его организм отреагирует на спиртное, да ещё в таком количестве. Не приходилось ему раньше пить крепкие напитки. Вино – да, бокал-другой за обедом. Он даже неплохо научился в винах разбираться. Валентина постаралась. Все же из них двоих аристократкой можно было считать именно ее. Но вот виски…
«А почему бы и нет?», - спросил себя Тин. Даже пить когда-нибудь нужно учиться. И он решительно свинтил пробку с бутылки и разлил напиток по стаканам.
- …И вот представь, только я успела поверить, что в этой дыре меня не достанут, только, понимаешь, осознала, что вот оно, счастье всей моей жизни, и вдруг нате вам: принц! А меня (…) ко двору представляли, прикинь. Я (…) даже танцевала с Александром на балу. Он сам меня пригласил. Комплименты говорил, с-с-сволочь! Я испугалась, Валет. (…), как я испугалась! Неделю вообще на улицу выходить боялась. Вдруг бы он меня увидел и узнал (…). И предкам настучал. Даром, что опальный, все равно… - Мира вздохнула и слегка покачнулась. Алкоголь потихоньку брал свое, речь девушки ещё не стала бессвязной, но уже изобиловала эмоциональными и не всегда цензурными междометиями. Но Тину, которому виски принес расслабленность и благодушие, не было дела до обсценной лексики. Он просто умилялся тому, что графини, оказывается, и такими бывают. – Ну а потом работа, Ирвин… Расслабилась я, Валет. Перестала (…) по сторонам оглядываться. А тут раз - и он! «Ах, графиня Никс, какая встреча!» (…) Думала, все, сдаст (…). А он… Ты только не смейся! Он… в общем, мне показалось, что он решил (…) за мной ухаживать. Один раз вроде случайно встретил, второй… В ресторан (…) пригласил. Потом ещё (…) цветы прислал. Жуть!
- Ага, - бег тени сомнения согласился Штольц. Представить миниатюрную хрупкую, но тем не менее фонтанирующую энергией некромантку рядом с подавляющим и попросту страшным Александром он не мог. - Нам… то есть тебе… такого точно не надо.
- Во-о-от! Ты понимаешь! А ещё Ирвин (…).
- А что Ирвин? - удивился Тин.
- Ай, да ничего! Сказала же, люблю я его. И пока не разлюблю, мне другие не сдались. А когда ещё разлюблю? Никак ведь не получается, - и она шмыгнула носом.
- А зачем тебе его разлюб… розлюблять? - неуверенно спросил Мастер Смерти, опасаясь, что собутыльница скатится в истерику.
- Как зачем? Я же ему не нужна (…). Он же меня не любит. И к чему это все вообще?
- А по-моему, ревнует, - развеселился Мастер Смерти.
- А, да, наверное, - совсем не обрадовалась некромантка. - Боится, что ты мне лучшее место во столицах предложишь, и я свалю (…). Он за команду (…) дрожит. На меня, такую влюбленную ему плевать. Ладно, фиг с ним, с Ирвином. Тебе про принца надо. В общем, послала я его (…). Некрасиво так. Парням я, конечно, (…) про эти его ухаживания не рассказывала. (…) оно им надо? Да и мне ни к чему, издеваться же станут, - она тряхнула головой. – Слушай, а я тебя не смущаю?
- В смысле?
- Ну… матерюсь я. Это с академии еще, там вообще речь человеческую (…) забыть можно. Парни вот не одобряют, я при них сдерживаюсь.
- Мне все равно, - пожал плечами Тин. По его мнению, пьяненькая матерящаяся Мира выглядела забавно, а в трезвом состоянии он за ней подобного пристрастия не замечал. – Это алкоголь в тебе сейчас говорит, так что, простительно.
- Спасибо! Мне так и вправду легче рассказывать. Почему-то. Ладно, все равно постараюсь сдерживаться. С тех пор мы не виделись с принцем долго. А потом, когда все это началось, парни возжелали внедрить кого-то в резиденцию Александра. Ну Ирвин меня и предложил (…). Мол, а почему бы тебе, Мира, не влюбить в себя высочество. Прикинь!
- Свинья!
- А то! Том сразу против высказался, он-то все понимает. Но Ирвин, если что-то вбил себе в голову… Вот до сих пор стыдно вспоминать, Валет. Том с Ирвином шли народ допрашивать. Ну, там, в резиденции. А Ирвин (…) возьми и затребуй, чтобы я прихорошилась. Я же умею. Ну, ты видел. Сказал, что без этого не возьмёт и вообще в морг отправит. Там ерунда какая-то была, по другому делу. Я и не въехала (…), зачем оно надо, думала, меня опять грудью на аристократов кинут. Их же вокруг высочества пруд пруди. Домой смоталась, в платье влезла, манто меховое накинула. Поперлась (…) такая вся из себя красивая. А когда приехали, Ирвин… он мне велел по третьему этажу пройтись, проверить первую смерть, как бы тоже (…) криминальной не оказалась. Док-то помер на первом, по лестнице летел со второго. Там все проверила еще другая бригада, которая выезжала на якобы несчастный случай. А третий никто и не осматривал. Ну я и пошла (…). Искала что-нибудь темное. Или ещё какие следы. Я же криминалист, глаз наметанный. Как забрела к покоям Александра, сама (…) не знаю. Нет, не входила, он, сука, в коридор вывалился. А я же дура (…), причем вежливая: улыбнулась, поздоровалась. А он… Знаешь, что он мне сказал, Валет? – она горько усмехнулась и пьяно всхлипнула. Тин сосредоточенно поискал глазами салфетки и подвинул их девушке. – «Я смотрю, графиня, простого хорошего отношения вы не цените, зато ради информации готовы даже влезть ко мне в спальню». Вот. Вот, что он мне сказал (…). А я только потом поняла, что Ирвин специально это все подстроил. Ну, в смысле, специально меня на третий этаж, к его комнатам отправил. Понадеялся, (…) что сработает. А оно не сработало. И я теперь вроде как виновата (…), что не смогла. То есть, я не внедрилась, но в тебе принц, похоже, здорово заинтересован. Об этом я подумала. Потому и сказала, что у тебя может получиться.
- Э-э-э… Надеюсь, во мне он не так же, как в тебе заинтересован, а? - занервничал Штольц, а Мира рассмеялась.
- Не, в тебе куда сильнее. Баб он себе на любой вкус найти может, а вот с магами у него напряжёнка. По нашим наблюдениям, он их по всей стране вербует. Только не приживаются почему-то. Недавно вот у него некромант сбежал. Ай, хватит о нем! Не хочу больше о работе. Надоело (…). Ты о себе рассказать обещал.
- Ну, раз обещал…
Около трёх утра Валет, плохо соображая, что делает, набрал свой домашний номер.
- Тин?! Что случилось?! - сразу запаниковала сестра.
- Все хорошо, Валь. Все хорошо, правда, - он глупо хихикнул. - Я просто напился. Не поверишь, с девушкой. И ты была права, с умными девушками просто замечательно общаться. И даже напиваться.
- Тин… - Валентина насторожилась. - Ты там часом не влюбился?
- Не, зачем? - пьяно удивился уникальный консультант. - Мы же с Мирой друзья.


Вот как ползу, так и отражаю!

 
kagami Дата: Вторник, 13 Дек 2022, 4:27 PM | Сообщение # 15
Кривое зеркало
Группа: Святая Инквизиция
Сообщений: 10034
Статус: Offline
..:: Дополнительно ::..
* * *

Роуз радостно скакала вокруг хозяина, звериным чутьем своим определив, что намечается прогулка. Ирвин не часто забирал мантикору на работу, но сегодня она была, пожалуй, единственным шансом хоть что-то выяснить. Ни одна другая ищейка не смогла бы взять след после лившего всю ночь дождя. Хорошо хоть день обещал быть солнечным.
Вчерашняя ночь оказалась полностью провальной. Когда водителя автомобиля, врезавшегося в машину Вереннеи Дэнски, загнали в угол, он, точнее, она, самоубилась, направив свой транспорт в ограждение набережной. Хорошо хоть до воды не долетела, а то ныряй за ней потом. И да, это оказалась та самая Шейла, портрет которой Том срисовал из воспоминаний Керто. Ее тут же пробили по базе, но девица раньше нигде не светилась. Даже фамилии выяснить не удалось. След оборвался. Если, конечно, некромантка не сможет вытянуть что-нибудь из трупа.
Никс, занимавшаяся консультантом и не участвовавшая в погоне, к тому времени уже отправилась домой, и вызывать девушку обратно Ревент не стал. Никуда труп не денется. Точнее, уже два трупа.
Полчаса назад детектива разбудил звонок патрульных. Нашли тело незадачливого секретаря менталистки. Опознали сразу – при нем были документы. В этот раз ничего магического в смерти не наблюдалось – парню незатейливо воткнули нож в печень. На место преступления уже выехала бригада дежурных криминалистов, но кто-то сообразил, что Керто находится в разработке у команды Ревента. Оттого его в пять утра и разбудили. Спасибо Тому, оставил нужную информацию дежурному. И все же Мире, как специалисту, Ирвин доверял больше. Она, конечно, рада не будет, но придется будить. А что поделать? Работа такая.
Зарядив кофеварку, и вывалив мясо в плошку питомицы, детектив набрал номер некромантки. Ответа пришлось ждать долго.
- Садист! – прозвучало вместо приветствия. – Ирвин, за что ты меня ненавидишь?
- Просыпайся, у нас труп, - обрадовал подчиненную Ревент.
- Имей совесть! Мертвее он не станет, а я легла в третьем часу!
- И кто тебе злобный доктор? Я тебя вовремя отпустил, могла бы и выспаться. Вставай-вставай. Ты нужна мне как криминалист.
- Что, других нет? Сегодня и так предстоит в резиденции работать – велика радость.
- Если успеем. У нас, вообще-то, два трупа.
- А еще консультант с почасовой оплатой, ага, - бурчала Мира, но Ирвин слышал, что она уже встала и двигается по квартире.
- Езжай прямо к Собачьему переулку, парня нашли там. Я тоже буду максимум через полчаса.
- Какого парня хоть? – уже не так раздраженно спросила некромантка.
В наушнике зашумела открытая девушкой вода. Ирвин улыбнулся. Никс любила свою работу не меньше, чем он сам. В двух словах объяснив, какие планы на первую половину дня образовались с ночи, детектив попрощался. Потом позвонил еще и в управление, отменил выезд кинологов на место преступления и принялся собираться. Сытая и довольная Роуз уже ждала у входной двери.
Ревент удивлялся тому, что Мира подъехала на такси, не больше нескольких секунд. Потом она приблизилась.
- Да как тебя угораздило?! – возмутился, когда запах перегара едва не сбил его с ног.
- В нерабочее время имею право, - отмахнулась некромантка.
- Надеюсь, в сводке не найдется сообщения о разгроме какого-нибудь бара, - проворчал Ирвин.
- Не, только консультанта до полудня не трогай. Едва ли он раньше проснется. Неопытный.
- Никс! Ничего лучше, чем бухать со столичной штучкой ты придумать не могла?! – вызверился детектив.
- Да нормально все. Славный мальчишка. И пить вроде умеет – не свалился под стол раньше меня, как некоторые.
Ревент насупился. Давнюю и единственную совместную бесславную попойку Мира не часто ему припоминала, но если уж начинала... Да и разве он виноват, что не спал перед тем две ночи кряду? Между прочим, отмечали как раз поимку преступника, из-за которого все отделение на ушах стояло. Это криминалистке повезло отдохнуть накануне, а ему вот нет. Но стыдно все равно было, а зная Никс, если ее и дальше тиранить, еще и подробности припомнит. Тоже не делающие ему чести.
- Ты хоть работать в состоянии? – куда миролюбивее поинтересовался Ирвин.
- Конечно. Пошли.
Когда они нырнули под ленту, огораживающую место преступления, бригада уже заканчивала работу.
- О! Никс! С проверочкой явилась? – засмеялся Карл Дентен, один из криминалистов.
- С похмельем и злостью на Ревента, - весело отозвалась девушка. – Что нашли интересного?
- Все, что нашли, будет в отчете. Можешь, конечно, пройтись еще раз, но лучше взгляни своим некромантским взором. По твоей части могли и пропустить что-нибудь.
- Поняла, спасибо. Эй, ребята! – завопила она санитарам труповозки, заметив, что рука убитого соскользнула с носилок. – Полегче с покойничком. Я с ним еще не все отношения выяснила!
Ирвин покачал головой. У Никс была потрясающая способность превращать работу на месте преступления в веселое шоу. Вот и сейчас хмурые и не выспавшиеся копы и санитары начали посмеиваться, огрызаться на ее шуточки и вообще задвигались быстрее и слаженней.
- Ударили его вон там, - подошла Мира к детективу минут через десять. – Видишь, контрфорс на том кирпичном здании? Следы крови на земле начинаются буквально в метре, - Ревент кивнул. Видно, конечно, после дождя никаких следов не было, но его личный криминалист в таких вещах не ошибалась. – Скорее всего, убийца прятался за ним. Дождался, когда Керто пройдет мимо, и всадил нож. Похоже, неплохо знал маршрут нашего покойничка.
- Керто жил здесь, на Бервейской, в доме, где магазин игрушек. Машины у него не было, ходил пешком – недалеко же. На пути с работы ему удобнее всего было срезать именно через Собачий переулок.
- Уверена, убийца не одну минуту простоял в укрытии, ждал, пока этот кадр налакается в баре. Так что, жди собачек или бери свою кошечку, и вперед.
- Да она уже небось умаялась в машине ждать, - усмехнулся Ирвин.
- Ой, Роуз здесь? – обрадовалась Никс. – То-то я смотрю, кинологи не приехали.
- Пошли, поздороваешься да двигай в морг, - решил детектив. Взаимная любовь мантикоры и некромантки его удивляла, но отчего-то и радовала тоже. – Пообщайся и с беднягой Димом, и с роковой Шейлой. А мы с Роуз здесь поработаем.
Несколько минут понаблюдав, как Мира заласкивает ядовитую кошку, а та в свою очередь норовит облизать девушке лицо, Ревент свистнул свой любимице.
- Скажи хозяину, чтобы завез тебя потом в управление, - строго велела Никс Роуз. – У меня там для тебя вкусняшки припрятаны.
Мантикора напоследок боднула некромантку лобастой головой и поспешила на зов. Отчего-то, сколько бы ни покупал тех самых вкусняшек сам детектив, Мирины кошке казались вкуснее. Даже обидно. Но хоть слушаться она от этого не переставала. Ирвин похлопал по ноге, дождался, пока Роуз пойдет рядом и направился к указанному Мирой контрфорсу.
Больше всего детектив опасался, что убийца уехал на машине прямо от угла Собачьего переулка. Роуз, конечно, девочка умная и запах держит отлично, но надо же хотя бы примерно знать, где потом искать этого типа. Нет, можно, конечно, кружить по городу с мантикорой на поводке, в надежде, что рано или поздно столкнешься с преступником нос к носу, но откуда столько сил и времени взять? Однако кошка уверенно пошла по следу и дальше, вывела хозяина на проспект Металлургов и потащила на север. Ирвин обрадовался: здесь повсюду были камеры видеонаблюдения. Собачий переулок, конечно, не совсем безлюден, но зная примерное время можно вычислить свернувшего в него убийцу. Не сбавляя шага, он набрал Никс и попросил отправить официальный запрос. Та ругнулась, обвинила начальство в эксплуатации, но запрос отправить пообещала немедленно. Благо, работать в морге она пока не начала.
На этом везение закончилось. След оборвался в проходном дворе, где было запарковано десятка полтора автомобилей. Опрашивать жильцов, конечно, придется, но надежды на то, что кто-то запомнил убийцу или его машину, почти не было. Ревент занялся бы этим неблагодарным делом прямо сейчас, чтобы потом не возвращаться, но ломиться в квартиры в седьмом часу утра – это свести и так мизерные шансы к нулю. К тому же, на такие опросы лучше отправлять Хантера. Он у собеседников в головах находит даже то, что они сами не помнят. Оставалось надеяться, что так любимые Томом бабушки и здесь бдительно отслеживают всех входящих и выходящих.
Вернувшись к месту убийства, где оставил свою машину, детектив на всякий случай довел Роуз до Бервейской улицы. Но мантикора категорически не желала находить там следы преступника. Хоть это утешало – убийца должен был попасть в кадр.
А в Управлении его ждал еще один облом – в кабинете сидела злющая Мира. У нее новости тоже были безрадостными: Шейла – или как ее там на самом деле – не отозвалась некромантке, а Дим Керто не смог разглядеть даже фигуру своего убийцы. Единственной любопытной зацепкой можно было считать обнаруженные Никс на покойнице следы какого-то проклятия. Но делал его явно мастер – в чем бы ни заключалось это проклятие, развеялось оно сразу со смертью жертвы.
- Отчет криминалистов по ней и ее машине есть уже? – мрачно спросила девушка, обнимая ластящуюся Роуз.
- К полудню обещали, - Ирвин взъерошил волосы. – А что на счет видеозаписей?
- Должны были уже слить. Я не только запрос отправила, но еще и позвонила Чонки, попросила лично проследить и поторопиться. Только не надейся, что я сяду с тобой их просматривать. Мне еще отчет писать.
И она, словно не желая обсуждать свой отказ, полезла в ящик стола – за лакомством для мантикоры. Понаблюдав за тем, как медленно и лениво девушка делает даже это, Ревент сжалился.
- Вставай, Никс, отвезу вас с Роуз по домам. Отчет не убежит, а вторая половина дня у нас и впрямь будет нелегкой. Поспи и возвращайся часам к двум вместе со своим собутыльником.
- Правда?! – Мира так обрадовалась, что Ирвину в пору было заподозрить себя в эксплуатации дешевого детского труда. – А ты?
- А что я? Мне видеозаписи просматривать нужно. Отвезу вас и вернусь.
Когда в девять утра на работу пришел Хантер, Ревент был все таким же не выспавшимся, но куда более воодушевленным, чем пару часов назад. Из тех, кто входил в Собачий переулок и выходил из него обратно в нужный промежуток времени, нашелся лишь один, чей путь лежал в проходной двор парой кварталов севернее. Сейчас компьютерные спецы обрабатывали все его изображения, чтобы получить достоверный портрет.
- Ты вовремя! – просиял Ирвин и без тени скорби сообщил о бесславной кончине Керто.
- Тьфу ты! – расстроился Томас. – Нужно было к нему тоже наружку приставить. Не сообразил. Глядишь, и парень жив бы остался, и покушенеца бы взяли на месте.
- Всего не предусмотришь, - пожал плечами детектив. – Ты морально готовься: с минуты на минуту нам принесут фоточку убивца, пойдешь народ опрашивать там, где его машина стояла. Может, повезет, узнаем о нем побольше. Судя по всему, подозреваемый наш не профессионал по части заметания следов, иначе не гулял бы по проспекту так открыто.
- Мог не знать о камерах, если не местный.
- Да они здесь уже пару месяцев промышляют, давно бы выяснили.
- Промышлять могла и эта Шейла, а убивец – залетный наемник.
- Ага, и в том дворе у него не машина стояла, а личный телепорт. Том, не ерунди. Ты строишь предположения на пустом месте. Грета, кстати, перехват объявила. В последние два часа город практически невозможно покинуть – даже автострады перекрыты. Как еще дачники бунтовать не начали? Но, как только обзаведемся портретом, посты будут искать уже только подозреваемого.
- У него было почти семь часов, чтобы сделать Дентрессе ручкой, - не сдался Хантер.
- Вот и выясни все о его машине, - развел руками Ирвин. – Видеокамеры на всех выездах работают исправно. И на вокзале, и у телепорта. Если смылся – узнаем.
Ревент был настроен оптимистично и не желал слышать пораженческих предположений. В конце концов, в деле наконец-то наметился прорыв, радоваться нужно, а не скепсисом упиваться. Если бы его спросили о причине хорошего настроения, другой он бы и не назвал. Пожалуй, даже себе детектив не признался бы, что все дело в Никс. Точнее, в ее попойке со Штольцем. О лексиконе пьяной некромантки он прекрасно знал от Томаса. Как знал и то, что позволяет себе настолько расслабиться Мира только с теми, на чье мнение о ней чудовищный мат в устах хорошенькой девушки не повлияет. С теми, от кого не ждет ничего, кроме дружбы. Будь Никс заинтересована в Валете – как в мужчине ли, как в карьерном трамплине – ни за что не позволила бы увидеть себя с такой стороны. Да, они сблизились. Было бы странно, если бы этого не произошло на фоне синхронизации. Они доверяют друг другу, они напарники. Но и только. Особенно грело то, что рядом с самим Ирвином Мира никогда не доходила до состояния опьянения – просто отказывалась пить больше пары бокалов вина за вечер.
Не прошло и получаса, как компьютерщики дали фотографию убийцы, и Том, побурчав еще что-то недовольное, все же ушел опрашивать свидетелей. Детектив остался в кабинете – писать отчет и ждать новостей от криминалистов и сводок от тех, кто проверял сейчас вокзал, автостанцию и телепорт. А в начале одиннадцатого, когда отчет заморочил его окончательно, зазвонил мобильный.
- Ревент, - отозвался, не глядя на номер.
- Кайтенгер, - в тон ответил Александр, голос которого не узнать было невозможно. – Несколько минут назад мы обнаружили, что один из моих помощников, профессор Генрих Фирке скончался во сне. Приезжайте. И Мастера Смерти своего прихватите.
- Понял. Будем, - коротко бросил Ирвин. – Проклятье! – выругался, отбив звонок. – Мира мне этого не простит, - произнес с тоской и принялся набирать номер.
- Да что за день-то такой! – взвыла разбуженная некромантка, услышав новости. – Звони Валету, чтобы был готов через пятнадцать минут.
- Поезжайте прямо в резиденцию, - велел Ревент. – Мигалку включи. А я сейчас вызвоню Тома и тоже рвану туда.
Хантер сообщению даже не удивился, словно сам и накаркал очередную гадость.
- Я буду позже, - сообщил спокойно. – Без менталиста вы час-полтора обойдетесь, а машину убийцы срисовать с меня Грета требует. Если очень прижмет, припаши Тэрона, он же вне подозрений.
- Есть у тебя подвижки? – не сдержал любопытства детектив.
- Пока выяснил только, что это седан то ли белого, то ли светло-серого, то ли серебристого цвета. Но он не в первый раз здесь парковался. Появляется довольно часто. Вроде кто-то из соседей даже общался с владельцем. Буду искать.
- Ладно, ищи, а потом тоже подтягивайся, - согласился Ирвин.
Уже садясь в машину, детектив вдруг понял, что между двумя последними смертями приближенных принца прошло всего пять дней. Семь – если считать от инсульта Рейли. До сих пор интервалов меньше одиннадцати дней не было. Ревент мысленно взмолился, чтобы эта кончина оказалась естественной.

* * *

- Как же меня это злит! Как же злит! – рычала Мира, кратчайшим путем гоня машину к резиденции опального высочества.
- Что именно? – не понял Штольц.
- Да раскрыться нам с тобой придется! Они же сразу вычислят, кто тогда на панихиде шороху навел!
- Ну и пусть, - пожал плечами он. – Разве для них станет новостью, что ты умеешь перевоплощаться? А меня уже все равно раскрыли.
- А синхронизация? Такой козырь им уступать! Р-р-р!
- Я так и не понял конфронтации полиции с принцем, - задумчиво произнес Валет. – Мне он глубоко не симпатичен, если честно, но все же не верю, что замешан в убийствах.
- Там не один Александр, - отмахнулась некромантка. – Любой может оказаться виновен.
- А как же совершенно посторонние люди, которые заметали следы? Шейла эта и убийца секретаря?
- Просто помощники. Кто-то же должен хранить артефакт. Оставлять его постоянно в резиденции слишком рискованно. Маги там есть, могут фон почувствовать.
- Ты же говорила, что у него с магами напряженка. И потом, получается, что следующим должен был стать Тэрон. Но я его спас, а через день умер другой человек. Мира, я думаю, потенциальных жертв еще несколько, на всех воздействовали силой Мастера Смерти. А вот когда и отчего петля начинает скользить, нужно выяснить. Если бы не сегодняшняя смерть, можно было бы предположить, что установлено что-то вроде таймера. Но, похоже, курок каждый раз спускают вручную. И теперь убийца запаниковал. Когда узнал, что погибла Шейла.
- Тогда почему он не убил всех сразу, кого сбирался?
- Не знаю. Я не артефактер, может, такое технически невозможно. К примеру, амулет нужно перезаряжать после каждого воздействия. Или срабатывает какой-то эффект нашего дара, о котором я, неуч, понятия не имею.
- Ты поговоришь с принцем сегодня?
- Придется. Должен же я сделать вид, что упрашиваю его вернуться в Бартвенну. Надеюсь, у высочества тоже есть такие вот глушилки, как ты вчера использовала.
- Не сомневайся, есть. И он хочет тебя завербовать. Неизвестно, для каких целей. Возможно, сомнительных. Не зря же маги от него бегут. Что ты станешь делать?
- Выслушаю его предложение и решу. В любом случае, пообещаю дать ответ не раньше, чем мы поймаем убийцу.
- Спасибо! – выдохнула Никс с облегчением.
- Ты о чем? – удивился Валет.
- Что не кинешь нас.
- А вот это было обидно, - ответил он после паузы и отвернулся.
Мира вздрогнула. Взгляд его белесых глаз, странный цвет которых она уже перестала замечать, вдруг снова показался ей жутким.
- Прости! Прости-прости-прости! Это я паранойю. Слишком все… И только за последние сутки… - она тоже помолчала, отчаянно вцепившись в руль. – Мне кажется, сам твой приезд послужил катализатором событий. И… боюсь, ты, Валет, станешь следующей мишенью.
В резиденцию они входили, решив все возникшие разногласия, готовые куражиться и работать. Впрочем, куражиться начали раньше. Постарались в точности воспроизвести свое прошлое появление в холле. Сейчас, когда Валентин выглядел едва ли на двадцать, а Никс в узких джинсах, толстовке и кроссовках никак не тянула на изящную леди, это выглядело комично. Даже на физиономии невозмутимого дворецкого возникло некое подобие растерянности. А Тэрон, как раз спускавшийся с лестницы, на миг застыл, а потом расхохотался.
- Клоуны! – рыкнул Ирвин, обернувшись ко входу.
Судя по всему, он обогнал некромантку и консультанта всего лишь на пару минут.
- Не ожидал! – высказался Стас. – Но искренне рад встрече. На вашем месте, Ревент, я бы радовался, а не злился. Вы ведь работали синхронизировавшись? – обратился к вошедшим.
- Ну вот никакого сюрприза с вами не получается, Тэрон, - надулась Мира. – И чего вы, менталисты, такие проницательные?
Мастера она побаивалась. В отличие от своего, родного Томаса в моральных принципах Тэрона уверена не была. Мало ли, как глубоко он может влезть в чужие мозги во благо принца. Но, разумеется, демонстрировать свои страхи не собиралась, а мелодия в ее голове начала звучать еще на подъездной аллее.
Стас усмехнулся.
- Будете ждать Хантера? – спросил у Ирвина.
- Он пока занят, - отозвался тот. – Начнем без него. Проводите нас к телу?
Менталист кивнул и жестом поманил всех троих за собой. Вел он их, судя по всему, кратчайшим путем, но Никс старательно отслеживала любые возмущения вокруг, не пропускала ни одной детали. Ничего не нашла, что, впрочем, было ожидаемо.
Тело профессора с момента обнаружения не трогали. Ну, то есть, убедились, что не дышит, и принц тут же вызвал копов. Но не переворачивали и не шевелили. Фирке выглядел спящим: лежал на боку, подложив локоть под голову. Мира со Штольцем переглянулись, и консультант протянул девушке руку.
- Мне можно посмотреть? – с искренним любопытством исследователя спросил Тэрон.
- При условии, что не попытаетесь нас читать во время синхронизации, - не заботясь о тайне следствия отозвался Валет. – Настройка тонкая, можете сбить.
- Обещаю, - серьезно кивнул Стас.
Ревент только рукой махнул и неодобрительно покосился на консультанта. Некромантка скривилась. Ну а чего Ирвин ожидал? Все равно бы вычислили, так уж лучше сдаться на своих условиях. Но уже через секунду забыла обо всем. Сила Мастера Смерти снова разлилась перед ней океаном. Прежде чем двинуться по нити судьбы, обозначенной чужим даром, она позволила себе пару мгновений полюбоваться этой стихией. И с удивлением обнаружила, что даже со вчерашнего дня структура ее углубилась и усложнилась. Валет совершенствовался. Это было захватывающе и требовало отдельного исследования, на которое сейчас не было времени. Девушка решила, что обязательно расскажет Штольцу о своем открытии, и они поэкспериментируют в неформальной обстановке. Да хоть бы и сегодня вечером. Мысленно потерев руки в предвкушении, она начала работать.
В том, что Генрих Фирке убит тем же способом, что и остальные сподвижники Александра, сомнения не было. Профессору было отпущено еще какое-то количество лет жизни. Какое именно – это определит Мастер Смерти. А вот некромантке нужно было найти и обезвредить нацеленное на него проклятие. Оно было тут, почти цеплялось пока за изгиб нити от соскользнувшей петли, о которой рассказывал Валет. Что удивительно, в этот раз Мира тоже ее разглядела. И задумалась, что тому причиной: со времени смерти ли прошло совсем немного времени, или все же возросшее искусство напарника. Это тоже следовало обсудить, но потом, потом. А пока – убирать ожидающее Валета проклятие.
Закончив, слегка сжала руку напарника, не разрывая связь. И в тот же миг что-то словно подтолкнуло ее, заставляя смотреть, что будет дальше. Никс поняла, что это сам Валентин привлекает ее внимание уже к своей работе. Разрушенное проклятие осыпалось с безжизненной нити судьбы, магия Мастера Смерти коснулась петли, и та вдруг словно отразила ее в себе, как в зеркале. Кривом зеркале, потому что если дар Штольца, несмотря на свою силу, был спокоен и доброжелателен, в нем чувствовалось бережное отношение к окружающему миру, то тот, второй, презирал всех и вся. Ему было чуждо уважение к чужой жизни, все равно, кто и когда умрет. Тот, кто зарядил своей гибельной силой артефакт убийцы, сделал это просто потому что мог. Неизвестный Мастер Смерти был чудовищем, лишенным каких-либо моральных и этических принципов.
- Увидела? – глухо спросил Валет, разорвав контакт.
Миру передернуло. Посмотрев в глаза консультанту, она твердо произнесла:
- Его надо найти и уничтожить. Даже если артефакт делался на заказ, и к конкретным убийствам этот человек не имеет отношения.
- Кажется, я начинаю понимать его ненаследное высочество, - горько усмехнулся Штольц.
- А теперь для непосвященных! – ворвался в их короткий тет-а-тет требовательный голос Ревента. – Что вы там разглядели?
- Моральный облик того персонажа, который зарядил артефакт убийцы, - зло выплюнула некромантка. – Таких, как он, просто не должно существовать.
- И при чем здесь Александр? – не остался в стороне Тэрон, о котором копы успели забыть.
- Это личное, - рыкнул Валет так, что у всех отпало желание задавать еще вопросы. – Мира, ты будешь его опрашивать?
- Конечно. Давай опять вместе.
И они снова взялись за руки.
И снова, как в тот первый раз, с Рейли, некромантка почувствовала восторг немолодого профессора перед поставленной задачей. Перед планами принца. Грандиозными планами. А еще страх. Фирке боялся чего-то непонятного, непостижимого. Мысль о Немой Пустоши тоже мелькнула, но, в отличие от Финна, ни в какое проклятие профессор не верил. Мира знала, что сейчас Штольц ощущает то же, что и она сама, и вместе с ней приходит к понимаю, что амбиции Александра связаны с какой-то глобальной теорией, причем он настолько в ней верен, что готов вести за собой людей, чтобы получить доказательства.
Выйдя из синхрона, они с Валетом переглянулись и, не сговариваясь, решили не озвучивать эту информацию при Тэроне.
- Все как всегда, - равнодушно произнесла девушка. – Профессор Фирке не смневается, что умер своей смертью. Я потом все в отчете напишу.
Детектив и менталист, кажется хотели задать дополнительные вопросы, но не успели.
- Его высочество просит господ Штольца, Ревента и госпожу Никс в кабинет, - дворецкий словно специально подгадал свое появление.
Ирвин тихо застонал, но противиться приглашению не стал. Мира выдохнула и расслабилась. Отчего-то, когда Валет был рядом, ее не так пугала встреча с принцем. Менталист увязался с полицейскими. Похоже, был уверен, что его не выгонят. Так они и вошли в предупредительно распахнутую дворецким дверь: впереди Ревент, за ним плечом к плечу Никс и Штольц, а замыкал шествие Тэрон.
- Благодарю, Минц, - кивнул Александр слуге, и тот, поклонившись, закрыл дверь снаружи. – Приветствую господа и леди. Прошу, присаживайтесь, - кивнул на расставленные полукругом мягкие стулья, а сам опустился в кресло за массивным столом. – Стас, что скажешь?
- Для начала могу сообщить, что Вельски и его команду можно отозвать, - усмехнулся тот. – Пара синхронистов перед тобой, - принц окинул взглядом гостей, задержался на консультанте и усмехнулся. – А дальше пусть господин Ревент объяснит, что именно они сегодня обнаружили. Я не все понял.
Ирвин пожал плечами и повернулся к Мире.
- Никс?
Та кивнула. Давать слово Валету копы не собирались. Да и не имел он права выступать: вдруг скажет больше, чем можно.
- Профессор Фирке был убит так же, как остальные ваши приближенные, ваше высочество. Пожалуй, это все, что следствие пока может вам сообщить, - ровно произнесла девушка.
- Стало быть, следствие уже не сомневается в том, что совершаются убийства, и даже знает, как именно. Полагаю, также, как должен был погибнуть мой менталист. С помощью дара Мастера Смерти. Не так ли, барон? – он в упор посмотрел на Штольца, но тот никак не отреагировал. – Вчера я попросил вас обследовать всех моих людей. Почему бы не начать прямо сейчас?
- Как будет угодно вашему высочеству, - пожал плечами консультант.
Мира вспомнила его рассказ о том, как вязал узел на судьбе Тэрона, и поняла, что они должны работать в синхроне: она снимает проклятие, а Валет уничтожает петлю. И тогда ничья жизнь не сократится. Даже Стасу можно вернуть его потерянный год. Тронув напарника за руку, привлекла его внимание.
- Нам лучше делать это вместе, - произнесла негромко.
Штольц задумчиво посмотрел на нее. Девушка почти видела, как в его голове прокручиваются те же идеи, что мгновение назад появились у нее самой. Краем глаза она заметила, что принц нахмурился недоуменно. Наконец Валет кивнул.
- Да, так будет лучше, - твердо заявил он. – Лучше для потенциальных жертв. Господин Тэрон, мы можем начать с вас. Я же обещал вернуть то, что вынужденно у вас отнял.
Стас и Александр переглянулись.
- Начинайте, - велел высочество.
А Мира с трудом сдержала презрительное фырканье: они маги, а не лампочки в бра – захотел включил, захотел выключил. По губам Валета тоже скользнула ехидная улыбка. Даже Стас поморщился и неодобрительно покосился на принца. Тем не менее, Валентин переплел свои пальцы с ее.
- Сначала я распутаю свой узел, потом работаешь ты, потом уже снова я, - сказал, дождался кивка девушки и, чуть склонившись вперед, протянул руку Тэрону.
Мира снова парила в океане силы, не без удовольствия наблюдая за ювелирной работой напарника. Теперь она еще четче видела все, что он делает. Да и сама синхронизация раз за разом происходила все проще: захотела – и состыковалась с даром Валета. Вот массивный узел, призванный не пропустить петлю назад по вектору времени, начал уменьшаться, отбрасывая витки нити судьбы металиста. Некромантка не знала, сколько это часов, дней или месяцев, но понимала, что напарник сейчас возвращает отнятое – то, что Тэрон без нынешнего воздействия не прожил бы. Но вот нить распрямилась полностью, и Никс послала вперед свой дар, в то время как дар Мастера Смерти отступил, откатился в сторону, но не ушел совсем, ожидая момента, когда снова вступит в игру. Мира вцепилась своими способностями в короткий отрезок нити с петлей на конце. И ничего не почувствовала. Прошла до конца, прощупывая каждый крошечный участок, пронзая нить насквозь, едва ли не растрепала темной магией саму петлю. Проклятия не было. Она повторила все снова – с тем же результатом. От Штольца пришел импульс удивления, и некромантка совершила все те же действия в третий раз. Чисто. Дар валета потянулся к взведенному курку чужой смерти. На ином плане бытия Никс крепче вцепилась в руку напарника, готовая в любой момент отразить атаку или спасать. Но Мастер Смерти без каких-либо катаклизмов принялся расплетать петлю. Вот обтрепался ее конец, вот выпрямилась сама завернутая кольцом нить.
Штольц выпустил руку девушки и тяжело откинулся на спинку стула.
- Ты как? – тут же повернулась к напарнику Мира.
- Что это было? – вместо ответа спросил тот.
- Сама не поняла, - отмахнулась она и приказным тоном обратилась к принцу: - Ваше высочество, велите подать закуски.
Александр хмыкнул, но кнопку на селекторе нажал и распоряжение отдал.
- А теперь, может, вы объясните, что вас так удивило в простом, казалось бы, действии? Вы же понимаете, что, даже не зная специфических деталей вашей магии, я уже в курсе особенности этих убийств. Так что, хватит играть в молчанку, - жестко потребовал хозяин кабинета.
- Мне бы тоже хотелось знать, что у вас случилось на этот раз, - недовольно отозвался Ревент.
- Проклятия не было, - ответил вместо Никс Валентин. – Мира трижды проверила. Может, оно рассеялось, после того, как я накрутил узел.
- Нет, - категорично отвергла это предположение некромантка. – Там никаким проклятием даже не пахло, я бы почувствовала. И потом, не за сутки же. Так не бывает. Его просто не наложили на курок.
- Возможно, вы Стас, должны были стать последней жертвой, - задумчиво произнес Ирвин. – А отсутствие проклятия – прощальная насмешка убийцы. Мол, теперь вы знаете, как все они умерли, но меня вам уже не достать.
- Чушь, - не приняла Никс и эту версию. – Где бы мы на каждый труп Мастеров Смерти напаслись? Они – товар штучный.
Валет слабо улыбнулся и подмигнул девушке.
- А что со мной-то? – не выдержал Тэрон.
- А что с вами? – Штольц пожал плечами. – Проживете свою жизнь всю, сколько отпущено. С этой стороны вам больше ничего не грозит.
Дверь открылась и пара горничных вкатила в кабинет сервировочные столики. На некоторое время все разговоры в кабинете прервались, а потом дворецкий сообщил о прибытии Томаса.
- Ваше высочество, - обратился к принцу Ревент, - думаю, будет разумно, если вы выделите нам помещение. Мы с Хантером будем проводить опрос ваших людей, а Никс и Штольц проверять их своими методами и, по возможности, убирать угрозу.
- Я запретил кому-либо покидать резиденцию и вызвал из города всех, кто проживает там. У вас будет много работы, - усмехнулся Александр.
Ирвин обреченно промолчал.
А к десяти вечера итогом выматывающих допросов и почти беспрерывной работы в синхроне двух магов стали официальное знакомство команды с принцессой Камиллой, шокировавшее одного из силовиков известие, что ему осталось жить всего три дня, почти два десятка выявленных и спасенных потенциальных жертв и, главное, статистически подтвержденный вывод о том, что спусковым крючком каждой следующей смерти является проклятие, прикрепленное к воздействию артефакта. Людей принца убивал некромант, а процесс запускался в тот момент, когда он воздействовал своей силой на петлю, созданную артефактом с даром Мастера Смерти.
Это был прорыв в расследовании, и, несмотря на усталость, полицейские покидали особняк в приподнятом настроении.
- Господин Штольц, - возник почти у самых дверей дворецкий, - его высочество приглашает вас на поздний ужин и для приватной беседы.
Валет кивнул и остановился. Ревент попытался что-то возразить, Том нахмурился, но Мира решительно подхватила коллег под руки и потащила к выходу.
- Так надо, - шепнула она им. – Поверьте, все будет хорошо.


Вот как ползу, так и отражаю!

 
kagami Дата: Пятница, 16 Дек 2022, 12:47 PM | Сообщение # 16
Кривое зеркало
Группа: Святая Инквизиция
Сообщений: 10034
Статус: Offline
..:: Дополнительно ::..
Глава восьмая

* * *

Закинув руки за голову, Штольц пялился в украшенный множеством точечных светильниками каких-то странных форм потолок незнакомой комнаты. Свет блеклых садовых фонариков, проникавший сквозь тонкие тюлевые занавески, заставлял плафоны откидывать причудливые уродливые тени. Тин их не замечал. В отличие от ведомственной квартиры, где две ночи подряд он отключался, едва приняв горизонтальное положение, в особняке принца Александра, сон не шел. А поспать следовало: время перевалило за два по полуночи, вставать предстояло в восемь, но в голове крутилось слишком много мыслей об обрушившейся за вечер информации.
Нет, ужин в обществе двух высочеств не произвел особого впечатления, разве что оставил ощущение неловкости. Принцесса Камилла постоянно бросала на Валентина виноватые взгляды, а он не знал, как на них реагировать. Поэтому держался отстраненно, чем, кажется, еще сильнее огорчил сестру Александра. Хотя с чего ей огорчаться? Это ведь не он с ней познакомился обманом, а наоборот. Все-таки девушки – совершенно непонятные создания. А Камилла к тому же чем-то неуловимо напоминала Анабель. Не внешне, конечно, но какими-то ужимками, что ли. Из-за этого Тин подсознательно ждал от нее подвоха и замыкался еще сильнее. При этом то, что принц с любопытством наблюдает за обоими сотрапезниками, ничуть не раздражало.
Валет с удивлением обнаружил, что уже не испытывает к опальному высочеству той всепоглощающей ненависти, что родилась в душе вчера днем. Опасение и недоверие – да, сколько угодно. По-прежнему отталкивала авторитарность принца, ощущавшаяся на каком-то глубинном уровне. Но после того, что рассказал Бромли, он начал вызывать уважение и, пожалуй, интерес. Шеф не сделал и намека на то, что выдвинутые три года назад в адрес Александра обвинения могли быть сфабрикованы, но отчего-то казалось, что граф не исключал и такой возможности. Или задумался о ней после беседы с королевой. Собственный эмоциональный разброд раздражал Штольца: впереди была важная беседа с принцем, а консультант никак не мог понять, какой линии поведения придерживаться.
Однако ужин закончился, совсем поникшая принцесса Камилла, так и не добившись от гостя знаков внимания, ушла к себе, и высочество пригласил Валета перейти из столовой в свою личную гостиную. Что бы ни собирался сообщить Александр Мастеру Смерти, тот решил начать диалог первым и сразу взял быка за рога. Принц выслушал рассказ о просьбе королевы с деланным равнодушием и никак не прокомментировал тот факт, что его собирались вытащить в столицу под предлогом поисков сбежавшей сестры, которая, как оказалась, у Александра и обретается.
Высочество поблагодарил за информацию скупо и безэмоцианольно, но попросил телефон для связи с Бромли: поговорить с шефом у него появились веские причины. Тин хотел было пообещать, что передаст чистый аппарат завтра, и тут понял, что еще утром, когда экстренно собирался по приказу Ревента, зачем-то покрутил мобильник в руках и сунул в задний карман брюк. С ужасом он вытащил его на свет божий, почти уверенный в том, что от электроники ничего не осталось. Шутка ли, он почти весь день сегодня магичил, да еще при поддержке Никс. По логике, ни один телефон не мог такого выдержать. Однако, как бы это ни было невероятно, аппарат продолжал работать.
- Поздравляю, - с улыбкой произнес Александр, глядя на растерянную физиономию гостя, - ваш дар резко возрос и стабилизировался. Я слишком хорошо помню, как горела и взрывалась техника у Стаса, - пояснил в ответ на недоуменный взгляд. – Теперь телефонам в ваших руках ничего грозит. Кстати, об этом я бы тоже хотел с вами поговорить, но уже не сегодня. Сегодня же… я, помнится, обещал рассказать вам о ваших предшественниках, Валет. Впрочем, пока я поведаю лишь об одном из них, и эта история будет долгой, так что не стану распыляться на другие темы.
- Буду благодарен за любую информацию.
- Сначала ответьте на один вопрос. Как мне удалось выяснить, в восемнадцать лет вы отказались от баронского титула в пользу сестры, оставив себе только титул учтивости. Почему?
Тин скривился. Впрочем, он был уверен, что Александр знает ответ и сейчас хочет услышать его от самого Валета.
- В отличие от сестры, я не являюсь сыном барона Штольца. От кого меня прижила мать, понятия не имею, но она была дворянкой, поэтому я посчитал себя вправе не отказываться от сословия.
- Что ж, - хмыкнул высочество, - рад, что вам это известно. Итак, я обещал историю. Она будет о последнем официально известном Мастере Смерти…
Звезда тогда еще маркиза Авеля Леонарда Грейнвальда, взошла внезапно и вспыхнула ослепительно ярко. Несмотря на древность рода и высокое положение в табеле о рангах, герцоги Грейнвальд на протяжении нескольких поколений практически не участвовали в политической и общественной жизни страны, редко посещали столицу, предпочитая отсиживаться в родовом замке, и всячески сторонились любой публичности. Неудивительно, что появление в Бартвенне наследника громкой фамилии и немалого состояния вызвало интерес как среди знати вообще, так и во дворце в частности.
Не прошло и года, как Авель стал не только завсегдатаем светских мероприятий, но и одним из самых желанных гостей на них. Он отличался щедростью, охотно поддерживал любые забавы, но при этом ни в мотовстве, ни в каких других порочных пристрастиях замечен не был. При этом, как отмечали многие, кому довелось пообщаться с молодым человеком не только на балах, был блестяще образован и умен. Собственно, и в столицу он приехал, чтобы учиться в аспирантуре прославленного университета. В отличие от предков, молодой Грейнвальд казался юношей открытым и приятным в общении, друзей заводил легко и нравился дамам – и молоденьким дебютанткам, и их умудренным жизнью мамашам, мечтавшим о подобном зяте. Увы, обременять себя узами брака двадцатичетырехлетний маркиз не спешил, всячески избегая расставляемых на него ловушек.
Зиновий, недавно принявший от отца скипетр и как раз собиравшийся жениться на Арианне Земельц, начал присматриваться к наследнику одной из самых аристократичных семей Кайтенгерии, размышляя о том, стоит ли его к себе приблизить. Дураком король не был и не слишком доверял всем тем хвалебным отзывам об Авеле, что лились ему в уши со всех сторон. Однако проверка службы безопасности не выявила за Грейнвальдом никаких грехов. Лишь после этого его величество рискнул пообщаться с молодым человеком поближе и был приятно удивлен результатами первой беседы, состоявшейся в неформальной обстановке – якобы случайная встреча произошла в роскошном дворцовом саду.
Однако, когда, окончательно проникшись к Авелю, Зиновий предложил ему завидную должность в своем правительстве, понял, что молодой человек совершенно не заинтересован в службе. Король огорчился, а Грейнвальд объяснил, что его не интересует карьера – только наука и магия. Сам он, по собственным словам, магом не был, получил лишь от матери слабенький дар предвиденья, и хотел бы его развить. Сильных предсказателей не рождалось давно, а идеей маркиза было возрождение и усиление потерянных или слишком редких способностей. Его величество, не понаслышке знакомый с проблемой, от души пожелал молодому человеку удачи. А в благодарность получил то самое мрачное предсказание о смерти от руки сына. Авель не назвал точной даты и, казалось, был крайне смущен тем, что предрек Зиновию столь роковую кончину. Король не поверил. Но и дальнейшее сближение с Грейнвальдом более не входило в планы монарха – тот стал ему неприятен.
Спустя еще пару лет, блестяще защитившись в области теории магии, Авель опубликовал несколько статей, породивших много споров в научных кругах и все же признанных почти гениальными, и сделал стремительную карьеру в столичном университете, став самым молодым в истории деканом. Ему везло: ушли из жизни несколько маститых ученых, и нашлись те, кто предпочел видеть на более высоких должностях не замшелых стариков-ретроградов, а молодого и прогрессивного мыслителя. А вскоре в свете появились слухи о вроде бы готовящейся помолвке Грейнвальда с прекрасной графиней Фентес. Их часто видели вместе, а сама Эмилия не скрывала, что с Грейнвальдом ее связывают романтические отношения, но и не подтверждала сплетен.
То ли молва докатилась до герцогства, то ли Авель сам поставил родителя в известность, но в Бартвенне внезапно появился его отец. Причем, несмотря на долгое отсутствие в столице, старый Фердинанд здесь и не задержался. Как утверждали очевидцы, он пробыл в доме сына не больше двух часов. Причем примчался туда не в самом благодушном настроении, а уходил и вовсе взбешенным. А кое-кому даже посчастливилось расслышать, что герцог пообещал не допустить готовящегося брака. Впрочем, чем именно не угодила леди Эмилия старшему Грейнвальду так и осталось неизвестным: буквально на второй день после возвращения к себе домой герцог Фердинанд скончался от острой сердечной недостаточности.
Авель был вынужден на время уехать из столицы, чтобы вступить в наследство и принять дела. Знакомым он показался расстроенным и озабоченным, а друзьям даже пожаловался на то, что отец не любил перемен и теперь родовой замок требуется не то что капитально ремонтировать, а фактически восстанавливать. Молодой герцог Грейнвальд планировал вернуться через месяц, но случилась еще одна беда: во время ремонтных работ что-то пошло не так, взорвался газ в подвале восточной башни, полностью ее обрушив. Погибло около двадцати человек, и Авелю пришлось задержаться на почти вдвое больший срок, пока шло следствие.
А вернувшись, он вдруг резко и без объяснения причин разорвал отношения с графиней Фентес. Дама сдаваться не пожелала и принялась осаждать Грейнвальда, постепенно превращая его жизнь в ад. Неизвестно, чем бы это закончилось, если бы не трагическая кончина красавицы: ее сбил автомобиль с пьяным водителем за рулем. Удивительно, но спустя год история повторилась: бурный роман, близость помолвки, трагическая гибель леди, так и не ставшей невестой. Авелю сочувствовали, его жалели, и никому не пришло в голову связать молодого ученого с участившимися вокруг него смертями.
Пока не разразился кризис в отношениях Кайтнгерии и Мариании. Две страны издревле конкурировали за политическое и экономическое превосходство на континенте, а в последние десятилетия оружием стало еще превосходство технологическое. Высоколобых умников хватало и там, и тут, но перекупать их друг у друга стало уже чем-то вроде спортивного состязания. Однако главным средством борьбы за первенство являлся шпионаж на государственном и промышленном уровне. А тут как раз случилось какая-то эпидемия смертей среди агентов внутренней разведки. Люди попадали под автомобили, заболевали раком, падали посреди города с инфарктами, оказывались в эпицентрах пожаров и тому подобное. Контрразведка несла огромные потери и не справлялась с работой. Более того, волна смертей среди собственных шпионов Кайтенгерии прокатилась в Мариании. Страна сдавала позиции, а иностранные агенты под шумок уводили лучшие разработки.
А потом кому-то пришло в голову привлечь к расследованию, которое, разумеется, было инициировано, старого, даже древнего Мастера Смерти Хьюго Эрена. Именно он, обследовав места гибели агентов, сделал вывод, что работает его коллега. Причем коллега невероятно одаренный: он был способен не только приблизить или отдалить чью-то смерть, но и изменить саму ее суть, меру наказания, назначенную судьбой. Кто-то, кто должен был, как истинный праведник, умереть во сне в глубокой старости, становился жертвой катастрофы, а другой, кого ждала мучительная гибель за все зло, совершенное при жизни, вдруг легко покидал этот мир. Более того, меняя время и форму смерти, маг этот изменял саму судьбу человека, а значит, и тот кусочек мира, что на нее опирался.
Понадобилось около двух месяцев, чтобы вычислить преступника – Мастера Смерти Авеля Грейнвальда, унаследовавшего дар от своих скрытных предков. Это потом уже стало понятно, отчего умирали те, кто мешал ему наслаждаться жизнью. В том числе, погибшие во время взрыва в герцогском замке жена и двухлетний сын Авеля. Как говорится, нет человека – нет проблемы. На Марианию же маг работал за деньги. За очень большие деньги. Увы, найти, куда именно они уходили, следствию так и не удалось. А дело о предательстве родины молодым герцогом огласке предано не было. Он просто исчез в одночасье.
Авеля должны были казнить, но буквально за несколько дней до приведения приговора в исполнения в тюрьме разгорелся пожар. Что уж там использовали поджигатели, выяснить не получилось – не было в Кайтенгерии таких горючих средств. Но температура пламени была такова, что пылали даже камни. Погибли многие, но, кто именно, определить не удалось. Его величество Зиновий III подозревал в пожаре марианийскую диверсию, однако доказательств не было. Выжил ли Грейнвальд, также никто не смог установить. Но имя его больше никогда и нигде не упоминалось.
- Вот такая история, Валет, - недобро усмехнулся Александр.
- Благодарю, ваше высочество, - ровно произнес Штольц. – Я узнал много нового о своих потенциальных возможностях.
- Знаете, - принц прищурился, - несмотря ни на что, я люблю свою страну. И я не хочу, чтобы в ней процветали люди, подобные Авелю Грейнвальду.
- Мне бы тоже этого не хотелось, - хмыкнул консультант. – Впрочем, вы ведь не поверите, да? Вы уже записали меня в такие же чудовища, как этот ваш Грейнвальд. И за что, интересно?
- Сейчас покажу, - кивнул Александр. – Это единственное сохранившееся в свободном доступе изображение Авеля. Все остальные мой отец приказал уничтожить, даже тираж одного научного журнала был изъят отовсюду. А вот на работу великого Пьетро Савенета – рука не поднялась. Впрочем, сейчас эта картина называется просто «Портрет аристократа», и не знай я геральдику, ни за что не понял бы, что это и есть приговоренный к смерти и забвению Мастер Смерти, - с этими словами он развернул стоявший раньше монитором к стене ноутбук.
Валентин вскочил, придвинулся и застыл. С парадного портрета смотрел он сам. Нет, все же не он. Жесткая складка у губ, надменный взгляд, а еще светло-каштановые волосы отличали этого человека от самого Штольца. Но если бы не эти мелочи, их можно было спутать друг с другом.
- Это… - начал Тин, но понял, что голос его не слушается.
- Знаете, - негромко произнес за спиной Александр, - если бы меня вчера не попросили рассказать эту историю, мне бы и в голову не пришло искать изображение Грейнвальда.
- Зачем? – прохрипел Валет.
- Любопытство.
- А он…
- Полагаю, ваш очень близкий родственник. Доказать это будет несложно – биоматериал Авеля был сохранен, поскольку известной родни у него не нашлось. Поумирали все как-то, - хмыкнул зло. – А короне нужен лояльный наследник герцогского титула.
- Нет… - прошептал Тин и сам не понял, к чему относится этот протест. – Нет…
- А это уж как получится, - не утешил его высочество.
И вот теперь Валет пытался переварить новые знания. Авель Леонард Грейнвальд. Леонардом звали любовника матери, это Штольц знал от Валентины: при девочке-подростке гости божественной Эстер не стеснялись сплетничать. Подобных совпадений не бывает, так что преступный Мастер Смерти действительно не погиб в тюремном пожаре, а был благополучно переправлен в Марианию. Вопрос только в том, почему он не убил любовницу сразу, как только узнал о ее положении, а предпочел исчезнуть. Не захотел привлекать к себе внимание? Или ошибся в сроках, обеспечивая Эстер скоротечный рак? Да не мог он ошибиться! С таким-то опытом и знаниями!
Знания! Александр непрозрачно намекнул, что Валентина могут признать наследником Грейнвальда. Герцогом! А в старой семье наверняка сохранились записи, дневники, а может, и книги. И все они могли достаться Тину. Если, конечно, убегая из тюрьмы, Авель не прихватил их с собой. Но это вряд ли. Не стал бы он задерживаться в Кайтенгерии в тот момент. А вот позже… Кто знает, куда подался таинственный Леонард после разрыва с леди Штольц. Да и цена за эти знания казалась консультанту слишком уж высокой: признавая себя наследником, сохранить в тайне свой дар уже не удастся, особенно от короны. А что та корона потребует от мага… Тина передернуло от одной только мысли, что может уподобиться Авелю Грейнвальду, что может убивать… Нет, никакие знания этого не стоят! А так хочется до них добраться! Ну почему ему так не везет!
Застонав, он уткнулся лицом в подушку и заколотил по ней кулаками. Поэтому не услышал, как щелкнул замок на двери.
- Право, молодой человек, что бы вы ни узнали от его высочества, не стоит так убиваться, - прозвучал глубокий женский голос.

* * *

Несмотря на субботний день, утро в отдельно взятом кабинете городского управления полиции Дентрессы началось рано. Вопреки сложившейся традиции, все трое его обитателей явились на работу выспавшимися. Не хватало только консультанта, но в восемь утра никому не пришло в голову звонить в резиденцию опального принца и узнавать, как там дела и когда Валет соизволит явиться на работу.
Тем не менее, настроение у копов было не самым радужным. Томасу так и не удалось выяснить номер и даже марку все-таки белого седана убийцы. Кто бы из соседей ни разговаривал с ним, вспомнить об этом люди не смогли. В пору заподозрить и здесь участие менталиста, но не сходилось. Зачем тогда вообще было оставлять людям память о машине? Или нанимать для воздействия на Никс Дэнски? Хантер склонялся к тому, что драгоценные бабушки ошиблись, и с водителем разговаривал не кто-то из соседей, а совершенно посторонний человек, скорее всего тоже причастный к преступлению. Об этом он коллегам и сообщил.
- С кем он мог разговаривать? – задалась вопросом Мира.
- С некромантом, - хмыкнул менталист.
- А кто у нас некромант? – задумчиво произнес Ирвин.
- Мало ли… - равнодушно отозвалась девушка.
Детектив окинул команду задумчивым взглядом.
- А не кажется ли вам странным, коллеги, что крутившийся возле принца некромант исчез в неизвестном направлении на следующий день после смерти Грэна Эствуда? И ведь мы совсем не обращали внимания на этот факт.
Теперь задумались все.
- Три варианта, - изрекла наконец Мира. – Либо он и есть наш убийца, либо его убрали, потому что мог что-то заметить, либо сам слинял, когда понял, что пахнет жареным.
- Как бы то ни было, даже в качестве свидетеля Мариус Эльнис нам очень не помешал бы, - кивнул Ревант. – К тому же, думаю, это он обеспечивал приближенных принца посмертными клятвами. Дело, кстати, вполне можно представить как подсудное. А раз сбежал от высочества, может с нами сотрудничать согласится, чтобы не загреметь на срок.
- Ну да, еще и принца под статью подведем, как организатора преступного сговора, - хмыкнул Хантер. - И где мы, кстати этого некроманта возьмем? Высочество небось обыскался беглеца. Скорее всего, Эльниса уже давно нет в городе. А может, и в живых.
- Сомневаюсь, - отозвался Ирвин. – Если это наш убийца, то он точно прячется где-то. Уезжать ему резона нет.
- А если убийца не он?
- Поискать все равно стоит, не так ли? – улыбнулась чему-то своему некроматнка.
- И каким образом? – насторожилось непосредственное начальство.
- Да самым обычным. Валета только дождемся, ага. Должно получиться… - подмигнула она.
Томас поднялся, шагнул к вешалке, снял куртку.
- Ты куда? – удивился Ирвин.
- В резиденцию. Мы ведь даже не знаем, как этот маг выглядел. Вот и вытащу портрет из воспоминаний тех, кто его знал. Заодно и Штольца привезу. Нечего ему там обретаться столько времени. Еще перевербуют.
- Это вряд ли, - уверенно усмехнулась Никс.
- А отчет? – вызверился Ирвин.
- На столе, - буркнул менталист и скрылся за дверью.
Мира помахала ему вслед.
- И чего ты такая довольная? – поморщился детектив. – У нас опять в деле тупик, а она радуется.
- Да найдем мы некроманта. Уж принцева точно. Обещаю.
- Вот что за авантюру ты опять придумала, а?
- Не авантюру, а совместное исследование с консультантом, - подняла палец Мира. – Поиск мы с ним зададим! Обычный поиск, - Ревент недоверчиво поднял брови. – Ой, Ирвин, ты не представляешь, какой это кайф с ним работать! Такая силища! Да я себя всемогущей чувствую! И что, думаешь, я с его помощью на отыщу в этом городе неучтенного коллегу? Да еще если Том его портрет срисует? Ха!
- И не боишься же… - покачал головой детектив, а потом спросил: - А тебя совсем не беспокоит, что Штольц остался у Александра? Хантер ведь прав, могут перевербовать.
- Только не Валета, - фыркнула Мира. – Он… ну не предатель он, понимаешь. Вот совсем. У него какие-то через чур завышенные моральные требования к себе. И вообще, ты не о том думаешь. Лучше включи свой аналитический мозг и прикинь, как искать некроманта-убийцу. Замешан Эльнис в преступлении или нет, его-то я отыщу, а вот если он только свидетель, причем напуганный, много допрос не даст. Так что, думай, Ирвин, думай. Даже мне кажется, что мы что-то упускаем, а уж ты точно сможешь определить, что именно. А я пока отчет напишу по вчерашнему допросу свежего покойничка.
Ревент хмыкнул, откинулся на спинку кресла, заложил руки за голову и прикрыл глаза. Некромантка улыбнулась: послушался, работает. Да и ей не помешает: Том вернется не раньше, чем через пару часов, она как раз успеет разобраться с бумагами. А там можно и настоящим делом заняться. С Валетом в синхроне.
Однако планы ее были порушены. Не прошло и получаса, как в кабинет ворвался консультант: встрепанный, во вчерашней одежде, с красными от недосыпа белками, отчего его белесые радужки казались еще более неестественными, чем обычно.
- Мира, пошли в морг! – завопил он с порога, даже не поздоровавшись, что и вовсе было несвойственно всегда корректному столичному засланцу.
- Что случилось?! – копы подались к нему одновременно.
- Я понял! Я смогу! – сбивчиво заговорил Валет. – Мертвая нить. Если ты ее удержишь, я отслежу связи. Хоть какие-то. Особенно последние. Понимаешь?
- Нет, - честно ответила некромантка.
- Та женщина, Шейла. Я попытаюсь узнать, с кем она общалась в последнее время. Если ты готова мне помочь, конечно… - добавил вдруг смутившись.
- Фигасе! – открыла рот Никс. – Ты действительно сможешь это сделать?!
- Не знаю, - замялся Штольц. – Мне кажется, смогу. Но только с тобой. Нить же мертвая. Просто я видел связи Танити, но отмахивался от них. Старые же, обрывались. И даже не подумал тогда, что может пригодиться. А вчера… то есть, сегодня уже, да, идея вот…
- Ага-а-а! – протянула девушка, подумала и вскочила из-за стола. – Пошли!
- А отчет? – печально поинтересовался Ирвин им в спины, но ответа, разумеется, не получил.
Морг встретил их холодом и недовольной физиономией Нейла Арчера, патологоанатома. Он вообще не любил, когда одаренные лезли к трупам, и всегда бурчал, что магам следует делать свои обследования до того, как тело попадет к нему на стол. Мира же и вовсе была для него чуть ли не личным врагом – деятельная некромантка постоянно находила новые поводы побеседовать с жертвами в процессе расследования. На консультанта Арчер тоже покосился без одобрения. А выкатив из холодильника тележку с телом Шейлы, и вовсе удалился из прозекторской подальше от предстоящего действа. Ну не любил он магов, что ж теперь.
Мира со Штольцем переглянулись, фыркнули и взялись за руки. В первый момент некромантка растерялась. Сбивчивые объяснения не дали картины того, что ей предстоит делать. Нить судьбы – это область Мастера Смерти, и увидеть ее самостоятельно Никс не могла. А сам Валет даже не пытался чем-то помочь, ждал, пока она подаст ему мертвую нить на блюдечке. Рассердившись, Мира потянулась к дару напарника, желая подтолкнуть того к сотрудничеству, но вместо этого вдруг ощутила, что может управлять чужими способностями. Они оба видели смерть, некромантка видела бездну, куда ушла оборвавшаяся жизнь, а Штольц был способен вытащить из этой бездны ту самую завершенную судьбу. Словно за руку, Никс схватилась за дар Валета и потянула его в область своей власти. И увидела. А увидев, передала управление консультанту. Что уж он там дальше творил, ей было не понять, но упорно держала открытым путь на ту сторону мира.
Едва они расцепили руки, Штольц покачнулся и рухнул прямо на каталку с трупом.
- Эй, ты чего?! – перепугалась девушка.
- Я увидел, - глупо улыбнулся Валет, даже не пытаясь приподняться.
- С тобой что, болван?! – Никс дернула его за обе руки сразу и все же заставила принять вертикальное положение.
- Силы не рассчитал, - вздохнул напарник и снова просиял.
Солнечная улыбка на его осунувшемся уставшем лице выглядела дико.
- Все, пошли жрать! Что бы ты ни узнал, оно подождет, пока я тебя не реанимирую! – постановила Мира и, подставив плечо, потащила едва шевелящего ногами Штольца к выходу.
Томас вернулся быстрее, чем ожидалось, почти одновременно с некроманткой и консультантом. Вернулся встревоженным, поскольку Валентина у принца не нашел, и сразу же обворчал потеряшку, обнаружив его, сытого и довольного в кабинете. Идти к художнику Хантеру не пришлось: Оуэн Шираш от щедрот оделил его фотографией Мариуса Эльниса. Начальник личной СБ высочества был очень даже не против найти беглого некроманта. Похоже, тот сильно задолжал сотрудникам Александра своим исчезновением.
Штольц полюбовался на эту фотографию, и стало совсем весело: он опознал в Эльнисе любовника Шейлы. Но при этом не мог сказать, имеет ли отношение к убийствам конкретно этот некромант. Сообщил также, что Шейла близко общалась с убийцей Керто, что, пожалуй, было неудивительно. А вот с кем-то из полицейских – опосредованно, ни разу не встречаясь, но обмениваясь информацией. Разумеется, опознать крысу Валет не мог. Кроме того, он признал, что еще какой-то маг все же был, но явно больше трех месяцев назад, и его не удалось не то что разглядеть, даже специализацию точно определить. Судя по всему, связным между погибшей девицей и убийцей-некромантом выступал именно специалист по ножам на белой тачке. И в довершение консультант сообщил, что вся эта компания залетная, причем, по некоторым признакам, из Бартвенны.
- Дерьмо! – констатировал Ревент. – Политикой воняет все сильнее.
- Вечером позвоню Бромли, - уныло согласился консультант.
- Почему вечером? – не поняла Мира.
- Телефон для связи остался у Александра. Я утром в спешке забыл попросить его обратно.
- Да зачем он вообще ему понадобился?! – вызверился Ирвин.
Но Штольц посмотрел на него нечитаемым взглядом и с прохладцей произнес:
- Это личное.
Никс не выдержала.
- Ну, хватит! – рявкнула на детектива и повернулась к Штольцу. - Так что, мы будем с тобой искать Эльниса? – пихнула она его локтем в бок, надеясь разрядить обстановку. – Я с утра об этом мечтаю.
- Конечно, - консультант скупо улыбнулся девушке. – А как?
- А я всегда почувствую родственную магию, - гордо заявила та, – так что, обычный поиск по карте.
- Как это? – не понял Валет.
Мира растерянно посмотрела на него.
- Это дано всем одаренным, - вставил Хантер. – За исключением, разве что, наделенных чутьем полицейских. Искать можно по крови, по вещи, по изображению, по воспоминанию. Да мало ли, по чему именно. Хватило бы силы. Засунутые невесть куда ключи у себя в квартире найдет каждый. А вот так – человека в городе – увы. У вас, Валет, сила есть, вместе с Никс – вообще в избытке. А полицейские маги редко бывают настолько одарены. Если совсем уж припрет, приходится звать каких-нибудь важных мэтров. Только они далеко не всегда соглашаются с нами сотрудничать.
- Я… я не знал… - пробормотал Штольц. – И… не умею.
- Ну вот сейчас как раз и научишься! – решительно шагнула к нему Никс. – С моей помощью всех охватишь.
- Мы что, станем проверять всех некромантов в городе?!
- Почему бы и нет? С твоей силой я смогу увидеть лица, понимаешь? И потом, в Дентрессе не так много магов вообще и некромантов в частности. Найдем.
Валентин покачал головой и молча протянул ей руку. А Мира поняла, что ей снова придется быть ведущей. Только на этот раз черпать не способности напарника, а лишь его силу. А еще удержать внимание Валета. Девушка была уверена, что уж такому пустяку он сможет научиться с одного раза. Глубоко вздохнув, она ощутила себя песчинкой в центре некоего пространства и мысленно наложила на это пространство карту города. Чуть сжала руку консультанта, давая понять, что ему тоже надо присмотреться к точке отсчета. Тот не подвел – некромантка почувствовала его внимание. Затем, выпустив облачко своего мрака, настроила его на родственные эманации живых, и лишь потом потянулась к бездомному океану силы Мастера Смерти. Чуть не мурлыкнула от удовольствия, почувствовав, с какой готовностью Штольц отдает эту мощь. Но столько ей было не нужно. Тоненькой струйкой она стала вливать в свой поисковик чужую силу, пока темное облако не покрыло весь город.
- А теперь смотрим, - прошептала девушка.
Валет ее понял, взглянул на волшбу глазами напарницы. Замелькали лица – знакомые и не очень. Их действительно было не так уж много для Дентрессы, население которой почти достигло полумиллиона. И где-то на четвертом десятке им повезло. Мариус Эльнис никуда не сбежал и находился не так уж далеко от центра – где-то на северо-востоке, на полпути к окраинам. Зафиксировав точку, Мира закрепила ее на карте и развеяла темное облако.
- Ну что, господа сыщики, по коням? – весело поинтересовалась она у Ирвина с Томом. – Будем брать?
Спустя пять мину три машины уже неслись к восьмому номеру по улице Латунной. На счастье копов район оказался не новой застройки, и нужный дом был рассчитан всего на две семьи. Двор тоже когда-то поделили пополам, и с одной стороны его носились трое мальчишек мал-мала меньше. Так что, искать конкретную квартиру не пришлось, и меньше чем через час после старта полицейские вернулись обратно в управление уже с пленником. Да и то задержались лишь потому, что проводили первичный обыск. Позже подтянулись другие сотрудники, которым предстояло уже от и до прошерстить временное жилище погибшей подозреваемой.
Тем не менее, удачно проведенная операция никому не прибавила настроения.
Ирвин ругался: Эльнис оказался беспробудно пьян, в дороге его рвало, и все эти миазмы буквально въелись в дранную обивку салона (а именно в машине детектива по традиции команда возила арестованных), и Роуз наверняка будет недовольна, а то и вовсе откажется куда-то ехать с хозяином, пока тот все не уберет и не проветрит.
Томас ругался тоже: Эльниса надо было приводить в чувство, а у менталиста после такой процедуры у самого голова раскалывалась. Кроме того, в реальности ростом и фигурой, да и лицом отчасти, некромант оказался похож на одного из жильцов дома в проходном дворе на проспекте Металлургов, и теперь стало понятно, что половину вчерашнего дня Хантер потратил совершенно напрасно.
Не ругался консультант, расположившийся отчего-то на подоконнике и задумчиво глядящий в окно. В своем длинном плаще, который так и не удосужился снять по возвращении, с поднятым воротником, в шляпе он выглядел призраком на фоне серого неба. Валет вообще вел себя так, словно внезапно стал здесь лишним. Разумеется, на время задержания и обыска его оставили в машине Никс. По инструкции гражданские в принципе не могли принимать участия в подобных мероприятиях, а уж с учетом наказа Стальной Греты пылинки сдувать, и вовсе постарались никуда гостя не втягивать.
А Мира занервничала. Ей не нравилось поведение Штольца. Тот словно отдалился, отделился от всех. Даже от нее.
Наконец Хантер сообщил, что Эльнис пришел в себя. И первое, что он сделал, очухавшись – разрыдался! Пришлось еще и успокаивать. Все это время детектив, консультант и некромантка ждали в коридоре.
- Ну что, теперь наконец можно с ним поговорить? – раздраженно спросил Ревент, когда Томас вышел из допросной.
- Минутку, - отозвался вместо подозреваемого консультант, схватил Никс за руку и потащил к арестованному. Брезгливо, двумя пальцами приподнял за кисть безвольную руку Мариуса и прикрыл глаза. потом так же стремительно, с некроманткой на буксире вернулся в коридор. – Все, я снял петлю. Проклятия не было, убивать его пока не собирались, - Мира кивнула, подтверждая. – Хотя и в живых, скорее всего, надолго не оставили бы, свидетель же.
- Спасибо, - сдержанно кивнул Ирвин.
- Не за что, - равнодушно отозвался Валет и добавил: - Я, пожалуй, пойду.
- Куда?! – вскинулась Мира.
- В резиденцию, - пожал плечами консультант. – Заберу телефон, позвоню Бромли. Если будет информация по делу, сообщу обязательно.
- Снова собираетесь к принцу, Валет? – напряженно поинтересовался Хантер.
- Да, за телефоном и вообще… вчера мы не договорили, - спокойно произнес тот. – Точнее даже, Александр выполнил свою часть сделки, но до сих пор не стребовал с меня оговоренную плату. Я пока не знаю, что он хочет мне предложить.
- Но рветесь узнать? – не отстал Томас.
- Не то что бы, - пожал плечами Валентин, - но раз обещал…
- И что, много вы узнали о своих предшественниках? - консультант не ответил, но взгляд его вдруг заледенел, а когда повернул голову и посмотрел менталисту в лицо, тот вскинул руки, признавая поражение. – Не буду просить прощения, Штольц, - заявил, тем не менее. – Я должен быть уверен, что вы не переметнулись к высочеству, - Валет снова промолчал, не пытаясь убедить Хантера в своей лояльности следствию. – И что не потянете за собой нашего криминалиста. Уж больно доверчивой она стала рядом с вами.
- Том! – задохнулась от возмущения Мира.
Но тот лишь кинул на нее предупреждающий взгляд и снова уставился на консультанта. Вид у Хантера при этом был крайне недовольный – похоже, Валет снова поставил свой излюбленный блок, не желая делиться с менталистом мыслями и эмоциями.
- Что ж, похоже, мне действительно лучше уйти. А вы допрашивайте свидетеля без меня. Зачем мне лишние знания? Еще решите, что я их здесь для принца собираю.
Пока все переваривали услышанное, он тихо вышел из блока.
- Молодцы! – зло выплюнула девушка. – Довели парня. Не ожидала от тебя, Том.
И вылетела следом за Штольцем, забыв даже подняться в кабинет за курткой.


Вот как ползу, так и отражаю!

 
kagami Дата: Пятница, 16 Дек 2022, 12:47 PM | Сообщение # 17
Кривое зеркало
Группа: Святая Инквизиция
Сообщений: 10034
Статус: Offline
..:: Дополнительно ::..
* * *

День у его высочества Александра выдался хлопотным. Накануне, пока копы работали со свидетелями и проверяли персонал, было зачитано завещание Финна Рейли. К облегчению принца именно ему завещал покойный секретарь ключи от банковской ячейки и все ее содержимое. Немедленно опальное высочество туда не отправился, запланировал поездку на утро.
Однако утром его задержала Диана.
- У меня для тебя две новости, Лекс, и обе действительно важные, - зашла она в его личные апартаменты как раз тогда, когда Александр уже готов был ехать в банк.
Сделав знак дворецкому подождать, принц вернулся в комнату, сел на диван и жестом предложил устраиваться матери. Мадам Мендель никогда понапрасну его не беспокоила, так что выслушать стоило немедленно. Женщина выглядела усталой, но чем-то довольной.
- Ты нормально себя чувствуешь? – забеспокоился Александр.
- Да, просто не выспалась. У меня была долгая и плодотворная беседа с юным Мастером Смерти.
- Вот как, - заинтересовался его высочество.
- Но сначала не об этом. Линд Аузе прибывает сегодня около полудня.
- Это тот некромант, о котором ты мне говорила? – вскинул брови принц. – Неужели завербовали?! Оперативно!
- Не то чтобы завербовали, - усмехнулась Диана. – Его просто пригласили в гости к опальному принцу, поскольку тот тоже весьма интересуется вопросами возможностей древней магии и даже готов финансировать исследования в этой области. Дальше уж сам, милый.
- Непременно! – кивнул Александр. – А что все же со Штольцем? Почему ты решила с ним побеседовать?
Женщина покачала головой.
- Не поверишь, я шла к нему, чтобы склонить на твою сторону, облегчить дальнейшую вербовку. А вышло… Вышло, что это я была нужна ему в тот момент, а не он мне.
- В каком смысле? – нахмурился принц.
- Видишь ли, Лекс, ты, да и я тоже, узнав, что имеем дело с потенциальным чудовищем, почему-то решили, что такой он и есть. Опасный, лишенный морали и этики могущественный маг. Мы заранее отождествили его с Грейнвальдом.
- Иди и не отождестви! – проворчал высочество. – Одно лицо же!
- Да, сам Валентин тоже полагает, что Авель – его отец. Вот только вспомнив о чудовище, мы с тобой совершенно упустили из виду всех его предков, исправно запиравшихся в герцогстве и никого не предававших и не убивавших. Не подумали о Хьюго Эрене, до старости сотрудничавшем с медиками и спасавшем жизни. Да и о многих других, вполне законопослушных Мастерах Смерти не вспомнили. А ведь дар сделал их не преступниками, а просто несчастными людьми, взвалившими на себя слишком большую ответственность. Ты не представляешь, как я жалею, что все эти мысли не пришли мне в голову ночью, когда я говорила с мальчиком. Ему необходимо знать, что чудовищем быть необязательно.
- К чему ты клонишь? – перебил Александр. – Хочешь сказать, что Штольц белый и пушистый?
Диана вздохнула.
- Он ребенок, Лекс. Напуганный запутавшийся ребенок. Умный, думающий, прекрасно образованный, но при этом чистый и светлый. Да, обидчивый. По-детски. Да, упрямый, уж есть в кого. А еще с принципами. Ему всю жизнь внушали, что его дар может стать предметом торговли, и он начал бояться людей, закрываться от них. А еще в основе его мировоззрения лежит то, что дар этот самый должен работать во благо, помогать, спасать. Что умел, он делал буквально с детства, но умел он мало. А теперь оказалось, что может слишком многое, и предметом торговли станет уже не его способность продлить чью-то жизнь, а умение убивать, не оставляя следов. А для него это непреодолимо, понимаешь? Он не примет наследства Грейнвальдов, потому что боится, что именно убийцу на службе короны из него и сделают. И теперь он еще больше боится открываться, ведь не только власть может заинтересоваться такими перспективными возможностями.
- И зачем ты мне все это рассказываешь?
- Чтобы ты знал, как вести себя с ним, Лекс. Не дави на мальчика. И дай ему понять, что он нужен тебе для жизни, а не для смерти. Подумай об этом. Как следует подумай.
Диана поднялась и направилась к двери. Александр смотрел ей вслед и размышлял о том, что в чем-то мать, конечно, права, но окончательные выводы о Штольце он станет делать сам. Впрочем, у него сейчас все равно не было времени об этом думать.
Из банка его высочество вернулся почти счастливым. Финн и в смерти оказался умницей – оставил все контакты и указания. Более того, он успел сделать почти все, что обещал, и теперь оставалось только направить людей на встречи, расплатиться и получить товар. И, поскольку задержки удалось избежать, оставшись надежными партнерами, Александр надеялся, что в случае необходимости все те же контрабандисты помогут эвакуировать из страны часть его людей.
Он успел как раз вовремя: едва вошел, как Минц сообщил, что прибыл Линд Аузе. Принц глянул на часы.
- Пусть отдохнет полчасика, а потом зайдет ко мне. А пока попросите в кабинет леди Диану и мою сестру.
- Слушаюсь, ваше высочество, - склонил голову слуга и удалился.
В тот же миг заверещал селектор.
- Ваше высочество, - Оуэн Шираш, как всегда, не выдавал голосом настроения, но принц, знавший его много лет, понял, что начальник СБ чем-то радостно возбужден, - пока вы отсутствовали, нас посетил Томас Хантер. Он прибыл в резиденцию, чтобы получить портрет Мариуса Эльниса. Похоже, копы додумались, где его можно найти. Я не стал препятствовать следствию и отдал Хантеру копию фотографии из личного дела. Надеюсь, вы не против?
- Вы все правильно сделали, Оуэн, - хмыкнул Александр. – Надеюсь, мне тоже дадут возможность побеседовать с этим трусом. Больше Хантер ничего не хотел?
- Искал своего консультанта, собирался отвезти его в управление. Но господин Штольц покинул нас около восьми утра в весьма возбужденном состоянии, ни с кем толком не попрощавшись. Правда, попросил передать благодарность и наилучшие пожелания леди Диане.
- Что ж, благодарю, Оуэн, - отозвался принц. – Будут еще новости от полиции или их консультанта, сообщите немедленно.
- Слушаюсь, - отчеканил Шираш и отключился.
Беседа с сестрой и матерью принесла Александру некоторое количество полезной информации о потенциальном соратнике-некроманте. Диана припечатала коротким определением:
- Самовлюблен, житейски не слишком умен, но блестяще образован и крайне увлечен своей идеей. Да, еще и сноб.
Это было неприятно. Нет СБ, конечно, уже выяснила, что будущий сотрудник сын графа и неплохо обеспечен. Оттого и мог позволить себе крутить носом, когда ему предлагали работу и карьеру. Но сам Александр снобизма был начисто лишен, людей оценивал не по происхождению, а по характерам и полезности для дела, и в своих приближенных всячески пресекал подобные взгляды. Нет, ну вот даже представить себе нельзя, чтобы променять того же Шираша на какого-нибудь барончика только потому, что начальник СБ происхождением не вышел. Фу! Определенно, некроманта придется ломать. Вот только хватило бы на это времени.
Ками была более многословна. Она успела подслушать разговор Аузе с доктором Аланом Иситором. Последний, как и Линд, был помешан на возможностях древних магов, правда рассматривал их со своей колокольни. Генетика, влияние на организм, причины долгожительства нынешних магов и сроки жизни прежних – вот те вопросы, которые больше всего его интересовали. Неудивительно, что с Аузе они мгновенно нашли общий язык. А вот к юной девушке, как оказалось, Линд отнесся пренебрежительно и, возможно, вовсе не стал бы с ней разговаривать, если бы Алан не обратился к Камилле, как к леди. Хорошо еще, давно работающий на высочество врач сообразил не афишировать при постороннем присутствие в резиденции беглой принцессы.
Александр поморщился. Отношение к женщинам, как к низшим существам, он с некоторых пор не терпел вовсе – слишком хорошо помнил отца и то, к чему привело его потребительское отношение к Диане. Да и к Арианне тоже. А зная обеих, высочество был совсем не склонен недооценивать прекрасных дам, как противников. Что ж, мама оказалась права: Линд Аузе не слишком умен в житейских вопросах. Оставалось надеяться, что это не отразится на его работе. А вспомнив о прекрасной артефактерше баронессе Тэсс Дайтер, высочество и вовсе развеселился. Даже пожалел, что ему едва ли придется присутствовать при знакомстве этих двоих. Хотя… по-всякому же может случиться, да? Надо, кстати, поторопить леди, а то носится по всему миру, собирает всякие уникальные детали и ингредиенты, и все ей мало. Тут кризис в любой момент разразиться может, а ценного сотрудника нет как нет.
Некромант оказался хорош собой и ухожен, вел себя по-деловому, сразу взял быка за рога, поинтересовавшись, как именно его высочество собирается исследовать древнюю магию. Александр усмехнулся.
- Я обязательно расскажу вам обо всем, но для начала ответьте на один вопрос. Что вы знаете о клятвах, закрепленных в посмертии?
Аузе нахмурился.
- Прежде, чем я отвечу, ваше высочество, мне следовало бы взять такую же клятву с вас. Вы ведь понимаете, что это не совсем законно?
- Незаконно это только в том случае, если тот, кто приносит клятву, не знает о последствиях. Лично я закон нарушать не собираюсь. А вы? – приподнял бровь принц.
- Вот как! – хмыкнул некромант. – Интересно. И что же, чтобы работать с вами, мне тоже придется поклясться таким образом?
- Разумеется, - спокойно констатировал высочество. – Вам придется это сделать уже для того, чтобы узнать условия нашего сотрудничества. Конечно, если они вас не устроят, вы сможете отказаться. А вот рассказать кому-либо – уже нет.
- И кто же проконтролирует меня? Сколько некромантов на вас работают?
- На данный момент ни одного, - усмехнулся принц. – Вы будете единственным. Как я понял, с техникой фиксации подобной клятвы вы знакомы, значит, сами же себя проконтролируете. С помощью менталиста, разумеется.
- Вы предлагаете мне довериться неизвестно кому?! – возмутился Аузе.
- Чем вас не устраивает гранд-мастер Тэрон, виконт? Можете предложить кого-то лучше? - Линд споткнулся на полуслове, проглотив заготовленное возражение. – Значит, вы готовы принести клятву и узнать, что от вас потребуется и что вы получите взамен, если согласитесь работать со мной?
Некромант насколько секунд пристально смотрел на принца, а потом все-таки кивнул.
Александр потянулся к селектору, но тут, коротко постучав, в кабинет заглянул Минц.
- Ваше высочество, - невозмутимо произнес дворецкий, - господин Штольц желает вас видеть. Очень настаивает. Говорит, что оставил у вас кое-что, срочно ему нужное.
- Удачно, - кивнул принц. – Пусть зайдет.
А потом все же вызвал Стаса.
Валет вошел буквально через минуту. Похоже, и впрямь прорывался весьма настойчиво, раз Минц не смог устоять.
- Приветствую, ваше высочество, и прошу прощения за неурочное вторжение, - произнес ровно. – Но мне срочно понадобилась та вещь, что оставил вам вчера.
- Добрый день, Штольц, вы очень вовремя появились. Знакомьтесь: Линд Аузе, некромант. Господин Аузе, это Валентин Штольц, консультант полицейского управления и, надеюсь, тоже мой будущий соратник, - молодые люди молча кивнули друг другу. – Как я и говорил, свое предложение я озвучу только после того, как вы принесете клятву о неразглашении. У вас, Валет, ее примет Аузе.
- Простите, ваше высочество, - все так же ровно произнес Валентин, - но давайте не сейчас. Я не отказываюсь от взятого на себя обязательства выслушать вас и понимаю, что оснований верить мне на слово у вас нет, хоть и не помню за собой греха распространения чужих тайн. Однако в данный момент мне меньше всего хочется обременять себя излишними секретами. Обещаю, что принесу клятву и выслушаю вас не позднее, чем завтра вечером. Просто верните то, что одолжили, и я пойду.
Александр внимательнее присмотрелся к Мастеру Смерти и нахмурился. Общаясь с Валетом накануне, принц чувствовал, что парень осторожничает, взвешивает каждое слово, каждую собственную реакцию. Особенно это ощущалось в отношении Ками. Но сегодня было иначе. Штольц закрылся полностью, и было понятно, что он не намерен произнести ни одного лишнего слова. А еще он словно выцвел. Теперь слишком светлые глаза казались припорошенными пеплом. И совершенно ничего не выражали.
Дверь распахнулась без стука, и в кабинет, сияя улыбкой, широким шагом вошел Тэрон. Однако радостное выражение мгновенно слетело с его лица, и менталист круто развернулся к Валету.
- Эй, парень, что случилось?!
Взгляд Мастера Смерти дрогнул, лишь на миг отразив скупую радость и симпатию, а потом снова застыл.
- Добрый день, - произнес Штольц все так же безэмоционально. Но Стас уже вцепился в плечи консультанта, вглядывался в его лицо. И тот не выдержал. – Не надо, - прошептал едва слышно, - не надо, гранд-мастер Тэрон. Я сам, ладно? Сам справлюсь.
- Да куда ж ты денешься, - проворчал менталист, отпуская свою жертву, и уже обращаясь к принцу спросил: - Чего звал?
Пока Александр знакомил друга с некромантом и объяснял, что от них обоих требуется, Валет стоял, привалившись плечом к косяку, и никак не реагировал на происходящее. Ждал.
- Вы не передумали, Штольц? – спросил высочество, когда с объяснениями было покончено. Тот лишь мотнул головой. – Ладно, держите, - он достал из ящика стола непрозрачный пакет и кинул консультанту.
- Благодарю, - кивнул парень, ловко поймав подачу. – И позвольте откланяться.
- Я жду вас завтра, - надавил голосом Александр. Валет не ответил – он уже закрывал за собой дверь. А принц взорвался: – Да что с этим мальчишкой?!
- А ну не смей на него давить! – неожиданно вызверился Стас. – Ни черта ты так от него не добьешься! Еще и ему хуже сделаешь.
- Вы что, спелись с леди Дианой? - неожиданно благодушно усмехнулся принц. Тэрон только фыркнул в ответ. – Ладно, делайте, что должны, - вспомнил о недоуменно взирающем на них некроманте, - а потом я поговорю с господином Аузе уже предметно.
Много времени принесение клятвы не заняло. Правда, наложение ее на самого себя далось Линду непросто. Помнится, с Эльнисом все прошло гораздо легче. Высочество отметил себе выяснить в чем тут дело: в силе или в специализации. Все же Мариус был проклятийником.
- А знаешь, - заявил вдруг Стас, растягиваясь в кресле, - пожалуй, я тоже останусь и послушаю историю еще раз. Уж больно захватывающе ты ее рассказываешь.
Принц кинул на друга вопросительный взгляд, но тот лишь едва заметно пожал плечами.
- Что ж, господин Аузе, - заговорил Александр, - речь у нас пойдет о Немой Пустоши, - некромант блеснул глазами. – Дело в том, что я…
Загудел селектор, и принцу пришлось прерваться.
- Слушаю, - отозвался он.
- Ваше высочество, Тэрон случайно не у вас? – спросил Шираш.
- У меня.
- Полицейское управление Дентрессы запрашивает гранд-мастера в качестве приглашенного специалиста для допроса подозреваемого в нескольких убийствах.
- Что?! – взвыли одновременно Стас и Александр.
- Больше я ничего не знаю, ваше высочество. Курьер только передал официальное письмо. Но подписи на нем Ревента и Винкин, так что, думаю, это по нашему делу.
- Я пошел, - тут же подскочил Стас.
Принц лишь махнул рукой.
- Больше ничего? – на всякий случай уточнил он у начальника СБ.
- Серьезного – нет, но около часа назад приезжала графиня Никс. Искала консультанта. Очень расстроилась, когда узнала, что тот не появлялся, и сразу уехала.
- Ты сам с ней разговаривал?
- Да, ваше высочество. Фактически у самых дверей. Графиня даже не попыталась пройти дальше. Поэтому я не стал вас беспокоить, зная, что вы занты.
- Хорошо, спасибо Оуэн, - Александр отключил связь, провел ладонями по лицу.
Вокруг Штольца явно творилось что-то странное. И ладно бы только в полицейском управлении! Но уже даже самые близкие самом принцу люди оказались вовлечены в психологические проблемы Мастера Смерти.


Вот как ползу, так и отражаю!

 
kagami Дата: Вторник, 20 Дек 2022, 9:57 PM | Сообщение # 18
Кривое зеркало
Группа: Святая Инквизиция
Сообщений: 10034
Статус: Offline
..:: Дополнительно ::..
Глава девятая

* * *

Тин сам не мог понять, почему сорвался, а он очень не любил не понимать самого себя. На то, чтобы выйти из кабинета спокойно, его еще хватило. Даже до конца коридора дошел обычным своим шагом. А вот дальше помчался уже так, словно за ним гнались. И не потому, что кто-то из команды действительно мог пойти следом – на это Валет не рассчитывал. Просто тесно вдруг стало в управлении, захотелось на воздух, в толпу, где никто его не знает и ничего не знают о нем. И вообще оказаться подальше отсюда.
Едва он покинул здание, рядом остановилось такси, из которого вышла какая-то женщина, и Штольц не задумываясь нырнул на ее место.
- Куда? – неприветливо буркнул водитель.
Тин не знал, но очень хотел уехать. Не к принцу – видеть высочество или беседовать с Бромли он сейчас не был готов. И тут, видимо, по ассоциации, в голову пришла идея. Почти хулиганская для его осторожной натуры.
- Где тут у вас лучший салон связи? Мне телефон новый нужен.
- Да тут же два шага! – удивился таксист.
- А я не местный, заблудиться боюсь. Вы уж подкиньте, не обижу, - и он зарылся носом в шарф.
Сразу стало спокойнее. Нет, несмотря на сырость, Дентресса радовала по-настоящему весенним теплом. Но согреться все равно хотелось. Холод шел изнутри, и Валету очень нужно было разобраться, откуда он взялся.
Такси и впрямь довезло его буквально на одну из соседних улиц. Штольц даже удивился, что не на центральную, а на такую же узкую и кривую, как та, где находилось полицейское управление. Откуда здесь взяться серьезному салону? Но, водитель кивнул на знак, запрещающий проезд.
- Здесь метров пятьдесят по пешеходке, - пояснил с заискивающей улыбкой, увидев купюру в пять кроунов.
Сдачу Тин брать не стал, окончательно обрадовав хмурого мужика, и, засунув руки в карманы, двинулся в указанном направлении. На пешеходной улице и впрямь располагались дорогие магазины. Салон тоже нашелся быстро. Несмотря на то, что в нем было еще теплее, чем на улице, Мастер Смерти не спешил опускать шарф. Бродя между стендами, он бездумно скользил взглядом по навороченным моделям телефонов, но мыслями был далеко.
- Я могу вам чем-то помочь? – подкатил к сомнительному покупателю продавец-консультант.
Валентин вздрогнул от неожиданности. Ему понадобилось несколько мгновений, чтобы понять, чего от него хочет этот парень.
- Помочь?.. Да, наверное…
- Вы покупаете для себя или в подарок? Какие у вас требования к телефону? Может, есть предпочтения по дизайну?
- Предпочтения?.. Знаете, мне, пожалуй, нужно что-нибудь неубиваемое. Такое… на все случаи жизни.
- Хм… Ну… есть у нас кое-что, - продавец явно растерялся. – Пойдемте, покажу. Вот, - повел рукой вдоль стенда, на котором были закреплены всего шесть телефонов. – Этот вот совсем простенький, но и цена достойная – всего восемьдесят пять кроунов. Вот это модели среднеценовой категории. Правда, за счет усиления корпуса некоторые функции у них отсутствуют. Да и батареи слабоватые, больше суток не держат. Вот этот ничего так, хотя, на мой взгляд таких денег не стоит. Ну а это, можно сказать, венец творения, - он, усмехнувшись, указал на аппарат, рядом с которым в ряду больше ничего не было. – По основным показателям ничем не уступает лучшим моделям, противоударный, водонепроницаемый, даже среднюю магическую атаку выдерживает. Но и цена у него…
- Сколько? – глухо спросил Штольц.
- Вряд ли тебе по карману, парень, - сочувственно покосился на него продавец.
Тин удивился. Он, конечно, не знал точно, сколько денег у него на карте, но после того, как окончил университет, дивиденды от недвижимости, доставшейся от матери, поступали на счет исправно. Какую-то сумму он ежемесячно переводил сестре на расходы, а сам тратил совсем не много. Так что оставаться должно было порядочно. Потом понял, что парень судит по внешнему виду и удивился снова. Почти все его вещи были сшиты на заказ. Не потому что презирал готовое платье. Просто тот стиль, которого привык придерживаться, было слишком сложно найти даже в самых дорогих магазинах. И тут накатила третья волна удивления. До Валета дошло, что вот эти вот плащи и шляпы, брюки со стрелочками и клетчатые шарфы не что иное, как результат подросткового увлечения детективными романами прошлого века. В какой-то момент ему захотелось быть похожим на их героев, а Валя не стала спорить. От осознания он даже на миг зажмурился и потряс головой.
Продавец понял его по-своему:
- Я бы все же вот эту модель посоветовал, - он указал на один из телефонов по средней цене. – У нее батарея более-менее емкая.
- Нет, - Штольц ткнул пальцем в самый дорогой телефон. – Сколько?
- Девятьсот восемьдесят девять кроунов, - ехидно произнес парень, явно ожидая, что покупатель сдуется.
- Я возьму, - заявил решительно, пока не передумал.
Выйдя из салона, он зашел в ближайшее кафе, заказал кофе и, присев за столик, покрутил в руках свое приобретение. Сим-карту вставили тут же, и Тин зачем-то оплатил еще и какой-то навороченный тариф. Впрочем, по сравнению со стоимостью самого телефона это были мелочи. Потом, вздохнув, все же набрал один из трех номеров, которые знал наизусть.
- Привет, Валь, - поздоровался с сестрой.
- Тин, что-то случилось?
- В некотором смысле, Валь. Я… понимаешь, я купил телефон. Это теперь мой номер.
- Да? – растерялась Валентина. – И… - она явно не знала, как спросить, сколько времени устройство проживет у любимого братца.
- Я их больше не уничтожаю, Валь. Я научился.
- Правда?! – она искренне обрадовалась.
- И, Валь… - он вздохнул. – Понимаешь, я купил очень дорогой телефон.
Женщина засмеялась.
- Давай я тебе компенсирую его стоимость. Пусть это будет мой подарок тебе на становление дара.
- Нет-нет! – смутился Валет. – Я совсем не потому сказал. Ну, мне такой захотелось, я и купил. Ты не сердишься?
- Тин, это твои деньги, трать их, как считаешь нужным. Из-за одного телефона ты точно не обеднеешь.
- Валь, а еще…
- Ну что, несчастье? – спросила она с отчетливой улыбкой в голосе.
- Ты не против, если я куплю себе одежду? Не такую как всегда, а…
- Господи, Тин, неужели ты дорос даже до этого?! Я увижу своего брата похожим на нормального молодого человека?!
- Это значит, не против? – неуверенно уточнил Валет.
Разговор с сестрой немного поднял Штольцу настроение. Он даже начал коситься на витрины магазинов одежды, размышляя о том, каким хочет видеть себя. Подумал, что было бы неплохо посоветоваться по этому поводу с Мирой. А вспомнив о временной напарнице, опять начал замерзать. Проблема, от которой позволил отвлечься шопинг, никуда не делась. Стало тоскливо. И Тин углубился в самоанализ.
Почему его так задело недоверие Хантера? Нет, когда Мира предположила, что Валет может переметнуться к принцу, не доведя расследование до конца, тоже стало чертовски обидно. Но объяснения некромантки Штольца вполне устроили: девушка нервничала, во всем искала подвох. И в напарнике тоже. Но как только его персонифицировала, извинилась совершенно искренне. Да и невозможно им было не доверять друг другу. А вот менталист…
И тут Тин понял: подозрительность Томаса была основана отнюдь не на паранойе. Что-то такое увидел он в самом Мастере Смерти. Какую-то ненадежность… или вообще гнильцу? Еще сутки назад подобное предположение оскорбило бы. А сейчас – напугало. Потому что теперь в анамнезе у Валета была генетика Авеля Грейнвальда. Так неужели в его мыслях было что-то о предательстве? Или Тома насторожила уверенность консультанта в невиновности Александра? А собственно, что еще? В отличие от самого Валентина, Хантер не имел понятия о родственных связях столичного гостя. Да и о самом преступном Мастере Смерти едва ли слышал. Для всей команды сущность дара Валета была загадкой до последнего, так что недоверия из-за этого менталист тоже не мог испытывать. И все же поставил под сомнение порядочность консультанта.
От этих мыслей стало совсем холодно, и Тин пришел к неутешительному выводу, что, наверное, кроме сестры, он никому по-настоящему не нужен. Опасен, страшен, неприятен – в силу своего дара. Ведь если так подумать, даже Мира держится за него из-за тех возможностей, которые они открывают вместе. Да, ее он ни разу не подвел, не попытался влезть в душу, доказав тем самым, что в совместной работе магией достоин доверия. Но только в совместной работе магией. На счет всего остального некромантка не может быть уверена, потому что, так же, как и он сам, не заглядывала дальше обозначенных взаимным уважением границ. И значит, в любой момент умница Никс тоже может счесть его предателем, если не из-за случайной мысли, то из-за случайных слов или даже взгляда. Неужели так будет со всеми? Всегда?
Но среди знакомых Валета нашелся еще один человек, который, по идее, должен был ему доверять. Бромли. Шеф полиции, с которым необходимо было поговорить. Ради расследования. И ради того, чтобы копы окончательно не уверились в том, что консультант их кинул. Оглядевшись по сторонам, Штольц обнаружил, что давно уже дошагал до широкой многолюдной улицы. Подняв руку, остановил проезжающее такси. Пора было наведаться к высочеству.
А еще минут через сорок он спускался в холл особняка, снова чувствуя себя чудовищем. И ведь не было ничего неожиданного в предложении принести клятву о неразглашении, принц и в первую встречу говорил об этом, и вчера, хоть и вскользь, упомянул. Валет сам согласился на такие условия. Так почему же сейчас стало так больно? Вот уж кто-кто, а Александр точно имел все основания не доверять залетному магу. Уж он-то знал о родословной Валета и имел полное право подозревать, что яблочко от яблони упало не так уж далеко. Тин горько усмехнулся. Знали бы копы, как он страшиться того, что высочество привяжет его к себе этой клятвой. И как самого Мастера Смерти опасается принц.
- Валентин!
Этот голос заставил резко остановиться и обернуться. А еще Валет вдруг почувствовал, как распускается где-то в солнечном сплетении поселившийся там пару часов назад тугой узел.
- Леди Диана, - он склонил голову.
- Что случилось, мальчик? На вас лица нет.
- Случилось?.. Да… Наверное, правильнее всего было бы назвать это кризисом доверия, - произнес полувопросительно.
- Александр вас чем-то обидел? – нахмурилась женщина.
- Нет, что вы! Он тут вообще ни при чем. Не в нем дело.
- А в ком?
- Во мне, полагаю, - он вздохнул. И понял, что радуется участию этой женщины. Чем-то неуловимым мадам Мендель напоминала Тину сестру. Может быть, теплом, которое от нее исходило? – Мне трудно доверять, да? Особенно, когда знаешь, кто я и чей родственник.
- Так, ну-ка присядем, и вы мне все расскажете, - она потянула консультанта к одному из диванов, стоявших в холле. – И я вам должна кое-что рассказать. Думаю, вам пригодится.
Казалось бы, на что может повлиять беседа, продлившаяся не более пятнадцати минут? Но покидал резиденцию принца Штольц почти счастливым. Не все герцоги Грейнвальд были убийцами и предателями. Да что там, они и даром своим старались не пользоваться – чтобы не навредить. А значит, не стоит думать, что он, Валет, обязательно должен уподобиться единственному выродку в семье. Что до Томаса, то разве менталисты не ошибаются?
Уже выйдя с территории резиденции, Тин сообразил, что пешком отсюда никуда не добраться – нужно вызывать такси. По счастью, услужливые продавцы в салоне связи не только вбили в его телефон с десяток сервисных номеров, но еще и приложения всякие поставили. Рассматривая гаджет, уникальный консультант завис на несколько минут, пытаясь сообразить, как же всем этим пользоваться.
- Вам помочь? – раздалось рядом негромкое.
Штольц вздрогнул и поднял глаза. Чуть дальше по дороге на чемодане сидела девушка. В первый момент Валету показалось, что это принцесса Камилла, однако приглядевшись, понял, что, во-первых, незнакомка оказалась года на три, если не на все пять старше сестры Александра, во-вторых, отличия во внешности все же нашлись, и не маленькие. Если у Камиллы глаза были необычного фиалкового оттенка, то у этой девушки – болотно-зеленые. Волосы немного темнее, чуть в рыжину и не вьются. Нос слегка вздернут. А еще – веснушки! Да и одета она была как обычная горожанка среднего достатка.
- Здравствуйте, - растерянно произнес Валет и, не выдержав, спросил: - А что вы здесь делаете?
- Сижу и боюсь, - усмехнулась девушка.
- Боитесь? Чего?!
- Сделать последний шаг. И, кажется, я уже себя убедила, что он, этот последний шаг мне совсем не нужен. Вы хотели вызвать такси? Довезете и меня до города?
- Знаете, - Тин присел перед незнакомкой на корточки, чтобы оказаться с ней вровень, - бояться – очень плохая идея. Страхи лучше преодолевать.
- Ну… я уже не испугалась перемен, а сейчас, скорее, проявляю разумную осторожность. Сильно сомневаюсь, что меня примут с распростертыми объятиями в доме принца, пусть и опального, который к тому же в жизни меня до этого не видел. А скорее всего, и не слышал обо мне. Да и зачем я ему сдалась?
- Тогда зачем вы добрались аж сюда, к особняку? – не понял Валентин.
- Понимаете, меня пригласили. Но тот, кто это сделал, сам здесь не живет. Ну вот и получается… А еще я поняла, что, прежде чем идти туда, мне нужно о многом подумать.
- Что ж, - Тину внезапно стало весело, - тогда нам остается только помочь друг другу. Вы, призвав весь свой богатый опыт, воспользуетесь моим телефоном, чтобы вызвать такси, - он бросил гаджет ей на колени, - а я окажу вам все гостеприимство, на которое только способен командировочный. И раз уж так вышло, позвольте представиться, леди. Валентин Штольц к вашим услугам. Но лучше просто Валет.
- А я Марита. Марита Прамис. Друзья зовут мине Ритой, и никакая я не леди, - девушка шмыгнула носом.
- Вы плачете? - растерялся он.
- Ай, нет! Простыла в поезде. Не обращайте внимания.
Тин вытащил из кармана платок, вздохнул, заметив, что он не первой свежести, и протянул новой знакомой.
- Вы уж извините, совсем чистого у меня нет.
- Спасибо! – девушка аккуратно вытерла нос и сунула платок в сумочку. – Верну, когда постираю. И знаете, я, пожалуй, приму ваше предложение, Валентин Штольц. Все равно идти мне пока некуда.
Забывшись, Тин протянул девушке руку, помогая подняться, и его накрыло. Дар, давно не проявлявший себя самовольно, сорвался с цепи. Мастер Смерти едва не задохнулся, соприкоснувшись с пылающей яркой зеленью нитью судьбы Мариты Прамис. Очень длинной нитью, крутившей странные вензеля и опасно истончавшейся в ближайшем будущем, но все сильнее расширявшейся дальше.
Он не стал смотреть до конца. Вырвав у девушки свою ладонь, Валет хватал ртом воздух, стараясь разогнать все еще сияющее перед глазами зеленое пламя.
- Что случилось?! Что с вами?! – подалась к нему Рита.
- Так вы… одаренная?!
- Что?!
- Вы магичка! Сильная. Но дар… я не понял, что это. Никогда не видел подобного.
- С чего вы взяли, позвольте спросить? – нахмурилась девушка. – Что вам такого пригрезилось? Я самая обычная цветочница. Под Бравенной у меня были свой сад и теплица. Какая уж тут магия, честное слово! - Валет тихо засмеялся. – И что смешного?! – вспылила Рита.
- Да ничего, если честно, - все еще улыбаясь, отозвался он. – Просто за последние два дня вы второй человек, кому я сообщаю о скрытых способностях. И оба вы – из столицы. Не находите, что Дентресса странно действует людей?
Марита фыркнула, но не выдержав, тоже рассмеялась.
- А раз, как вы утверждаете, я – магичка, ваше предложение остается в силе?
- Разумеется, - склонил голову Штольц. – Но с условием.
- Это каким же?
- Да все с тем же: вы вызываете такси.
Рита снова засмеялась.
Если у новой знакомой и были какие-то подозрения на счет странного светлоглазого парня, обнаружившего в ней дар, то тот факт, что проживает он в ведомственном доме полицейского управления, заставил окончательно успокоиться. Бегло осмотрев казенную квартиру, девушка слегка зависла при виде единственной кровати, но Тин поспешил ее успокоить, пообещав либо найти до вечера отдельное жилье, либо переселиться на раскладной диван в гостиной. Пока гостья проводила ревизию скудных запасов на кухне, Валет вышел на балкон: разговор с Бромли стал насущной необходимостью.
Шеф столичной полиции на звонок по конспиративному телефону не ответил. Сначала Валентин растерялся, но потом сообразил, что, даже если сэр Кейн носит одноразовый гаджет с собой, то выставляет его на беззвучный режим, чтобы не светить на работе. Да и вообще, едва ли он стал бы беседовать о важных вещах из своего кабинета в управлении. Но один вопрос не имел отношения к расследованию, и его Тину очень нужно было задать своему старшему другу.
Этот номер Мастер Смерти давно выучил наизусть – еще в те времена, когда только начал сообщать Бромли о своих видениях. Поэтому набрал он его уверенно. Граф отозвался сразу.
- Бромли! – рявкнул он в трубку.
- Приветствую, сэр Кейн. Это Валет.
- Что-то случилось?
- Я купил телефон. Говорят, неубиваемый.
- Ну наконец-то! – усмехнулся шеф. - Поздравляю, балбес. Чему-то ты все же там научился.
- Вроде того. Но у меня есть к вам один вопрос.
- Давай быстрее, я занят.
- Скажите, вы считаете меня порядочным человеком? Вы доверяете мне?
- Почему ты спрашиваешь? – напрягся Бромли.
- Потому что ваше мнение для меня важнее прочих, - твердо ответил Тин.
Граф помолчал несколько секунд, а потом ответил:
- Дай в морду тому, кто в тебе сомневается, парень.
- Спасибо, - выдохнул Штольц. – Пожалуй, я так и сделаю, - он не планировал возвращаться сегодня в управление, думал, что сообщит о результатах конфиденциального вечернего разговора с сэром Кейном Мире, когда та вернется домой. Но предложение Бромли внезапно нашло бурный отклик в душе, и Тин решил, что одним походом убьет сразу двух зайцев. – Да, должен сказать, у меня возникло несколько вопросов, но не стану отвлекать вас в рабочее время.
- У меня дел по горло. Я тебе сам перезвоню, - откликнулся граф и тут же добавил: - Если не забуду, конечно.
- Я понимаю, как вы заняты, шеф, поэтому не обижусь, - улыбнулся Валет, догадавшись, что Бромли все понял правильно.
Условившись с Ритой, что вернется часа через полтора, а потом они вместе пройдутся по магазинам, Валет отправился выяснять отношения с Хантером.


Вот как ползу, так и отражаю!

 
kagami Дата: Вторник, 20 Дек 2022, 9:58 PM | Сообщение # 19
Кривое зеркало
Группа: Святая Инквизиция
Сообщений: 10034
Статус: Offline
..:: Дополнительно ::..
* * *

Допрос Мариуса Эльниса подарил полицейским адрес мужика, убившего беднягу Керто. Правда, некромант был убежден, что тот – двоюродный брат его драгоценной Шейлы, и верить в какой-либо криминал отказывался. Собственно, он и запил, когда почувствовал смерть любовницы. Более того, как оказалось, Мариус вовсе не собирался сбегать от высочества. По большому счету, его попросту сманили. Во всяком случае именно так истолковали его рассказ копы.
По словам Эльниса, он почувствовал некромантическую эманацию где-то за полчаса до того, как док Гертин сверзился с лестницы. В тот момент Мариус просто удивился, решил, что ему показалось, и уж точно не связал два события между собой. Сам же дока проверял и ничего криминального в его смерти не усмотрел.
А вот когда снова дохнуло некромантией с явным душком работы проклятийника, а через меньше чем через час сообщили о трагической гибели Грэна Эствуда, Мариус всерьез насторожился. Покойника тоже обследовал он, и снова не обнаружил никакого воздействия. Поэтому и не сказал ничего ни Александру, ни Оуэну Ширашу. Да и как скажешь? Доказательств-то никаких. Что-то там ему пригрезилось! Кто ж поверит?
Однако прошло дня три, а эта невысказанность продолжала терзать изнутри. Сидя в баре в центре города, Эльнис потихоньку потягивал коньяк и размышлял, что ж ему теперь делать. Вот тут-то Шейла и подсела. Как уж так вышло, что в такой компании Мариус выпил больше, чем собирался, с чего вдруг у него развязался язык и потянуло рассказывать о своих подозрениях, наутро некромант вспомнить не мог. Да и не очень-то спешил вспоминать, больше интересуясь страстной девчонкой, в постели которой оказался. А вот потом, за кофе и поздним завтраком Шейла сама стала его расспрашивать и так напугала и накрутила, что Эльнис принял единственное верное, как он тогда думал, решение – затаиться. Тем более, что любовница предложила остаться у нее. А что еще нужно для счастья? Кормят, поят, еще и постель греют. Так что последний месяц прошел для Мариуса в любовно-алкогольном угаре. Он и из дому-то почти не выбирался, даже когда Шейла уходила по каким-то своим делам. Странно, что вообще вспомнил ее подельника.
Рассказывал некромант сбивчиво, было заметно, что иногда слезы сдерживает с трудом. Видно, и впрямь в душу запала несостоявшаяся убийца. Ирвин время от времени косился на Томаса, взглядом спрашивая, не врет ли, но тот лишь пожимал плечами и отмахивался – мол, все в норме. Менталист явно пребывал не в своей тарелке. То ли голова после протрезвления Эльниса никак не проходила, то ли из-за Миры переживал – все же раньше они никогда не ссорились.
Но, раз уж Мариус вспомнил подельника Шейлы, даже адрес его смог назвать – довелось как-то побывать вместе с подружкой – надо было брать убийцу. Тем более, что как только некромант рассказал, что знал, об этом кадре, Берте (фамилия для Эльниса осталась за кадром), Ревент отправил по адресу наружку. А когда парни сообщили, что фигурант дома и вроде никуда не собирается, тут уж Ирвину с Томом точно стало не до Никс, умчавшейся за консультантом. Они даже подмогу вызывать не стали. Для чего, если выход из подъезда только один, а люк на чердак заперт, да и дежурит там кто-то из копов? А Хантеру явно хотелось действия. Агрессивного, по возможности. В общем, не было у Берта шансов.
- С этим что делать будем? – спросил у друга детектив, кивнув на совсем раскисшего некроманта в допросной.
- Непохоже, что врет. Хотя соплей там столько, что глубоко не вижу, - ответил Том и поморщился, потерев висок. – Да еще и голова никак не проходит. Но влюблен он, похоже, был по-настоящему. Так что, бери подписку о невыезде, и отпускай. Нечего засорять атмосферу управления.
Берта повязали быстро и чисто. Он явно не ждал ареста. Хантер и повязал – со всем удовольствием. Правда, оказался мужик не Бертом, а Берни Утисом, быстро обнаружившимся в полицейской базе данных, и хвост за ним тянулся немаленький. Увы, бездоказательный: Берни всякий раз умудрялся утечь от правосудия за недостаточностью улик. Однако теперь, Том был уверен, выкрутиться у него не получится.
Тем не менее, допрос не задался. Утис повел себя на удивление нагло, не отрицал, что два дня назад проходил через Собачий переулок, но заявил, что никакого Керто знать не знает и в глаза не видел. Что до Шейлы, так она его просто подвезти попросила, пока собственную машину ремонтировала, а так он в ее дела не лез, родственником не являлся, а что полузнакомая краля хахалю своему наплела, то не его дело. Может, он ревнивый шибко, оттого кузеном и представила. И ещё и лыбился эдак ехидненько.
Блок этот гад держать умел, прямо считать его Хантер не мог. А ломать не имел права – слишком уж опасное это дело, запросто клиента идиотом оставить можно. Оттого подобное воздействие мог себе позволить только гранд-мастер, а любого другого за самодеятельность и посадить могли. В Дентрессе много лет проживал один такой – старый наглый сквалыга. Стальная Грета терпеть не могла, когда приходилось обращаться к нему за помощью – это ж никакого бюджета не хватит гонорары старого пердуна оплачивать!
Нет, Тому квалификация и уровень дара вполне позволяли выпотрошить подозреваемого. Только потом не отмоешься. Давно следовало самому получить звание, но для этого нужно было отправляться в столицу, проходить дикое количество всевозможных тестирований, получать подтверждение чуть ли не лично от его величества. Вот оно ему надо – на пару месяцев семью бросать? И так через раз видит. А ещё какие-нибудь борзописцы могли запросто замутить воду, объявив, что звание служитель закона получил лишь потому, что король поддерживает полицейский произвол. Бывали уже прецеденты.
Томас скрипел зубами, но ничего не мог сделать.
- Вот что, - вывел он Ревента из допросной, - надо посылать за Тэроном. Как это ни прискорбно, но сейчас человек принца нам нужен. И он – меньшее из зол.
Ирвин выругался, но вынужден был согласиться. Стальная Грета тоже не стала сопротивляться такой альтернативе, даже обрадовалась и дала добро на приглашение конкретного специалиста. Побурчала, правда, что все равно дорого управлению это расследование обходится. Теперь оставалось ждать. Впрочем, Том не сомневался, что Стас ухватится за предложение.
Уже вернувшись в кабинет, Хантер несколько раз порывался набрать Никс. Но не знал, что ей сказать. Он все еще считал, что был прав в своем недоверии к Штольцу, хотя теперь уже не мог понять, откуда оно взялось. Но Ирвин демонстративно углубился в составление отчета, и Тому не оставалось ничего другого, как заняться тем же неблагодарным делом. Все же Эльниса читал именно он.
Ждать пришлось недолго: как и предполагал менталист, Тэрон примчался минут через сорок.
- Что у вас?! – выпалил, не поздоровавшись, едва влетел в кабинет.
- Здравствуйте, уважаемый гранд-мастер, - с иронией произнес детектив.
- Не ерундите, Ревент! – хмыкнул Стас, едва не приплясывая на месте от нетерпения. – Все равно не поверю, что вы вызвали меня только потому, что соскучились.
Ирвин вздохнул и поморщился.
- Убийца у нас колоться отказывается, - взял на себя роль переговорщика Хантер. – По всем косвенным уликам он в нашем деле замаран по самые ушки, но ушел в сухой отказ. Подписывайте договор о неразглашении, и ломайте его к чертям, Тэрон. Мне же, как вы догадываетесь, религия не велит.
- Злые вы, - вздохнул гранд-мастер. – Вот как я принцу-то отмалчиваться должен, а?
- А вы из подозреваемого выбейте доказательство в непричастности высочества. И будет нам всем счастье. Подписывайте, подписывайте, - Том подвинул на край стола стандартный бланк.
Стас снова вздохнул, но документ подписал.
- Идемте, - детектив поднялся. – Процедуру вы знаете: я задаю вопросы, вы заставляете подозреваемого отвечать правду и только правду. Ловите его на лжи, буде рискнет вилять.
- Блок он держит мощный, - со смешком «подсластил» пилюлю Хантер.
Тэрон только фыркнул.
Томас демонстративно уткнулся в недописанный отчет. Конечно, хотелось поприсутствовать во время работы гранд-мастера, а то и подстраховать – лишним оно никогда не бывает, но Стас с собой не позвал, а навязываться Хантер не привык. Снова покосился на телефон, покачал головой. Миры не было уже слишком долго. Оставалось надеяться, что она просто успокаивает консультанта. Что-то жестко он психанул. А может, Никс парня у принца выцарапывает. Это было бы совсем хреново.
От этих мыслей и от тревожного ожидания результатов допроса рутинная работа никак не давалась. Обычно Том легко считывал собственные каракули, но тут отчего-то казалось, что скоропись не своя, а чужая. Будто и не было рассказа некроманта, всех этих ответов на вопросы, будто они придуманные какие-то. А еще смысл разобранных с таким трудом записей почти сразу ускользал, не позволяя донести себя до клавиатуры.
Промучившись над отчетом с полчаса, он уже готов был бросить это занятие, чтобы потом уговорить Миру помочь. Но тут дверь распахнулась и на пороге появилась она сама. Встрепанная, нервная и не одна. Какая-то миленькая напуганная зеленоглазка топталась за спиной некромантки.
- Слава богу! – обрадовался Том.
- Штольц здесь? – без реверансов перебила Никс.
- Нет, откуда, - растерялся менталист. – Ты же за ним поехала.
- Как нет?! Он что, и не появлялся?! – взвилась Мира.
- Нет, - растерянно отозвался Хантер. – Мы думали, он с тобой.
- Ох! – выдохнула незнакомка и побледнела.
- Проклятье! – простонала некромантка. – Поздравляю! У нас пропал консультант, - она схватилась за голову.
- Брось, Мира, - не поверил в трагедию Томас. – Наверное, гуляет где-то, лелеет свои обидки. Или у высочества отсиживается.
- Ты идиот, - Никс посмотрела на него так, что менталист вздрогнул. – От принца он ушел с Маритой, - она кивнула на незнакомку, - около двух часов назад. Привез ее на такси к себе на квартиру и тут же отправился сюда, в полицейское управление. Обещал вернуться через час, максимум, полтора. Но сюда он не дошел. Ты понимаешь, что это значит?! - говоря все это девушка надвигалась на друга, не отпуская его взгляда, и вдруг вздрогнула и остановилась. – Замри! – приказала, наклоняясь к менталисту почти вплотную. Тот попытался отодвинуться. – Том, стой! Не двигайся! На тебе проклятие!
- Что?!
- Тихо, тихо… Сядь пожалуйста, дай разобраться. Мудреное там что-то, хоть и слабенькое.
Хантер послушно опустился в кресло, неотрывно глядя на коллегу. Никс не стала бы разбрасываться подобными утверждениями. Странно было другое: откуда проклятие вообще могло появиться? Не от Эльниса же. Тот магичить и не пытался, не в том был состоянии. Или?..
- Мира, что?.. – не выдержал он ее сосредоточенного молчания.
- Потерпи, - процедила та сквозь зубы. – Сейчас снимать буду, может стать больно. А еще ты, скорее всего, на пару дней выйдешь из строя как маг. Проклятие на дар повязано.
- Только этого не хватало!
- Вот же дурацкая сволочь! – зашипела некромантка, коснувшись пальцами висков друга. – Понятно теперь, почему ты взъелся на Валета. Разворотное проклятие. Специально на менталистов рассчитано. Все, что ты читал после моего ухода, а может, и до него, можешь спустить в унитаз. Скорее всего, ты видел все наоборот.
- Да откуда же оно взялось?! – взвился Том, но тут же взвыл – именно этот момент Мира выбрала для основного воздействия, и в голове словно сверхновая взорвалась.
- Думаю, Эльнис наградил, - донеслось до него, как сквозь вату. – Еще когда ты его из состояния опьянения выводил, - это прозвучало уже чуть отчетливей. В глазах начало проясняться.
- И ты не увидела? – промычал Хантер.
- Во-первых, не смотрела – не ожидала такого. Скорее всего, оно у него как ловушка стояло, как раз на случай ментального вмешательства. А во-вторых, такое проклятие не сразу начинает действовать, ему время нужно, чтобы укорениться и проявиться. А когда ты на Валета наехал, я психанула, уж извини. Ну, ты как?
Том потряс головой. Попробовал послушать поверхностные мысли Миры, потом – незнакомой Мариты. Ничего не вышло. И это было жутко.
- И надолго я инвалид? – спросил хрипло.
- Не думаю, - пожала плечами девушка. – Проклятие слабенькое, скорее всего само через недельку развеялось бы. А так – день-два потерпеть придется. Черт! Как же не вовремя! Где Ирвин, кстати? Надо искать Штольца, а у нас ни одного сильного мага для поиска нет!
- Сильный маг есть, - отозвался Том. – Тэрон. Они с Ревентом сейчас Утиса колят.
- Уже, - распахнулась дверь, и в кабинет, едва не сбив с ног жавшуюся у входа Мариту влетел детектив. За ним следовал хмурый принцев менталист. – Мы идиоты, господа. Точнее, это ты идиот, друг мой. Мы упустили Эльниса. Он и есть наш убийца-некромант.
- Давно? – прошептала побледневшая Мира.
- Часа два с половиной назад. Есть шанс, что он еще не покинул город. Не представляю, как я опять смогу уговорить Винкин перекрыть выезды! Съест она меня с потрохами.
- Што-о-льц! – простонал Хантер.
- Что – Штольц?
- Штольц, скорее всего, у него. Он же как кость в горле, - выдохнула Никс. – Если… - договорить она побоялась.
Всхлипнула гостья, и Тэрон с Ирвином резко обернулись к ней.
- Это еще кто?! – у Ревента дернулся глаз.
- Не может быть! – Стас присмотрелся к девушке. – Вы – Марита? Марита Прамис?
- Д-да! – пролепетала та.
- Так какого черта вы тут делаете?! – рявкнул металист. – Вас там, небось, его высочество заждался! И Камилла тоже.
- К-как – заждался? Он же меня совсем не знает… и Камилла… она сказала, чтобы я не торопилась… а вышло…
- Спокойно! – Мира дернула Тэрона за рукав. – Марита познакомилась с Валетом, он привез ее к себе, поскольку она не знала города и искала, где остановиться. Не думаю, что у Штольца были дурные намерения в отношении девушки. И вообще, не это сейчас главное! Он вышел из дому полтора часа назад, обещал Марите скоро вернуться и пропал!
На миг в кабинете воцарилась обескураженная тишина – Ревент и Тэрон переваривали новость. Потом Ирвин включился.
- Том, запроси данные со всех видеокамер на выездах из города, на вокзале, у телепорта за последние полтора часа.
- Слушаюсь, - по-военному четко ответил тот.
- Мира, немедленно найди какую-нибудь личную вещь Валета и выясни, жив ли он еще.
- У меня есть, - произнесла вдруг Марита. – Вот, - она протянула носовой платок. – Он еще извинялся, что не очень чистый. Наверное, пользовался. А я отдать забыла.
Некромантка коршуном кинулась к добыче, сжала в ладонях, прикрыв глаза.
- Уф, - выдохнула через минуту напряженного молчания. – Жив.
Ирвин облегченно кивнул и продолжил отдавать распоряжения:
- Тэрон, я вынужден просить вас поработать еще разок на полицейское управление. Вы знакомы с обоими – и со Штольцем, и с Эльнисом. Задайте поиск по городу, может, дотянетесь.
Менталист с сомнением покачал головой.
- Весь город мне не накрыть, - вздохнул удрученно.
- Мира, рискнешь поработать в связке с Томом? Там же вроде сила по экспоненте увеличивается? Вдвоем у вас должно получиться.
- Я не дееспособен, - отозвался Хантер со вздохом. – Эльнис умудрился меня проклясть. Потому я его и не смог считать.
- Разворотное? – понимающе спросил Тэрон.
- Оно. Мира сняла, но толку от меня пару дней не будет.
- Никс, тогда тебе придется уговорить на синхрон нашего гостя.
- С ума сошел?! Мы не настроены друг на друга, мы друг другу не доверяем! – взвилась некромантка, но вдруг сникла и обернулась к Стасу. – Гранд-мастер Тэрон, если вы готовы мне довериться, я согласна на синхронизацию с вами.
Тот закусил губу и пристально посмотрел на девушку.
- Этот ваш Штольц творит с людьми странные вещи, - сообщил наконец. – Никогда не думал, что скажу такое, но да, графиня, я согласен. Парня нужно вытаскивать. Однако у меня будет одно условие: о похищение нужно немедленно сообщить Александру. Надеюсь, теперь вы его не подозреваете?

* * *

Тин злился. Не на похитителя, не на обстоятельства – на себя. Сейчас он чувствовал себя как никогда глупым. Дурным малолеткой, погнавшимся за внешней атрибутикой. Шляпы, плащи, шарфы? Идиот! Нет, чтобы завести привычку носить скрытые в одежде отмычку и лезвие. Куда там! А ведь Бромли не раз говорил, что хоть какое-то, пусть не самое опасное оружие при себе иметь нужно всегда. Вот шеф ни за что не вляпался бы так по-дурацки, не кинулся бы с предложением помощи к согнувшемуся вдруг со стоном прямо перед носом недавнему арестанту, не позволил бы себя усыпить и, тем более, связать.
Чем уж его вырубили, Валет не знал, но голова до сих пор оставалась тяжелой. И мысли в ней ворочались медленно и пессимистично. Это тоже злило. Но больше всего бесила практически полная обездвиженность – Тин был намертво привязан к стулу.
Конечно, по закону жанра, где-то там, в раме массивной мебели обязан был найтись какой-нибудь гвоздик-винтик, который следовало с каменным лицом вытащить-выкрутить и незаметно открыть наручники, удерживающие руки за резной спинкой. Гвоздика не было, а пальцы не могли нащупать ничего, кроме гладкой полировки. Разломать сам стул, особенно, когда щиколотки напрочь прикручены капроновой веревкой к передним ножкам, тоже не представлялось возможным – слишком уж хороша и добротно была мебель. Оставалось сидеть посреди довольно просторной спальни, декорированной в нежных теплых тонах, и ждать, когда похититель явится.
Отчего-то именно этот приятный легкий дизайн злил больше всего. Особенно обитые рыжевато-бежевым шелком в мелкий розовый цветочек стены. Комната действительно была немаленькой – двуспальная кровать с резным изголовьем светлого дерева, застеленная гобеленовым покрывалом цвета топленого молока, занимала от силы четверть пространства. Большую часть оставшегося покрывал белоснежный, с редкими мазками пыльно-розового и голубого пушистый ковер. Стул с привязанным Штольцем стоял именно на нем. Почти в центре. Вдоль стен жалась изящная, тоже резная мебель на гнутых ножках – трюмо с множеством больших и маленьких ящичков и мягким пуфиком, какая-то несерьезная помесь узкого шкафчика и этажерки, секретер и пузатый диванчик с такими же креслами и низким столиком. Два широких окна украшали сейчас сдвинутые к краям персиковые шторы с вычурными ламбрекенами. Чуть более светлого оттенка тюль мешал разглядеть, что творится за окном.
Тин скрипнул зубами. В таком интерьере впору прятать принцессу, а не ценного консультанта! Вот за что ему это, а? Его что, вообще здесь за мужчину не считают?! Приглядевшись, Валентин заметил, что окна все же забраны решетками, и даже этот невинный намек на серьезность намерений похитителей заставил его облегченно вздохнуть. Все же уважают! Хотя… было бы за что…
Уныние и злость вспыхнули с новой силой, но Валет встряхнул головой и заставил себя мыслить конструктивно. Тем более, что мозг вроде бы оправился от химической атаки и собирался снова работать нормально.
Итак, его похитили. Мариус Эльнис похитил. Тот самый некромант, которого Том Хантер прочитал как невинно обманутого, а он сам, Мастер Смерти определил в потенциальные жертвы. Два идиота. Хотя, приятно, что не один. Стоп! Том ошибся в отношении Эльниса. Почему – непонятно. Но получается, по той же причине он мог в тот момент ошибаться и в Штольце? И значит, не такое уж он, Валет, дерьмо продажное. А раз так, нужно это лишний раз доказать самому себе. И неважно, что там Хантер напридумывал, даже если не по собственной воле, даже если потом раскается и извинится. В морду ему дать все равно следует. Просто так, чтобы не расслаблялся. Правда, от такого, как Том, и сдачи получить можно на раз, причем, если не с летальным, то с весьма травматичным исходом. Ну и плевать. Все лучше, чем сидеть связанным в дамском будуаре.
Кстати, а почему он тут сидит, а не покоится с перерезанным горлом в каком-нибудь темном переулке? Ну, или не помер от мгновенного проклятия посреди людной улицы, что более вероятно, раз уж на него напал некромант. Ведь это именно он, Тин, порушил планы убийцы, сняв петлю с судеб почти трех десятков потенциальных жертв. Казалось бы, избавься от Мастера Смерти и твори дальше свое черное дело. Но нет, зачем-то Мариус его именно похитил, а не убил. Выходит, он нужен живым. Вот только для чего? Идей у Тина не было, но и ломать особо голову над этим вопросом он не собирался: рано или поздно Эльнис поделится планами. Вот тогда и можно будет решать, как к ним отнестись. А пока стоит благодарить судьбу за то, что не подложила последнюю свинью.
Живым Штольцу нравилось быть определенно больше. Пусть даже в столь плачевном положении. Пока жив, есть возможность что-то придумать и выкрутиться. К тому же искать его наверняка будут. Пусть не сразу, пусть уже вечером. Валет покосился на окно. Солнце к закату клониться не собиралось, до конца рабочего дня оставалось не меньше трех часов, а то и все четыре. Подумав о времени, консультант вспомнил о своем артефакте и, дотянувшись пальцами правой руки до запястья левой, с прискорбием констатировал, что дорогую вещь у него изъяли. Плащ похититель тоже снял с пленника, а там в кармане лежал новенький навороченный смартфон. А вот одноразовая игрушка для связи с Бромли находилась в переднем кармане брюк. Довольно глубоком кармане, который подло съехал куда-то вбок. Тин поерзал, пытаясь понять, нашел ли некромант это средство связи – определить наличие сравнительно небольшого и довольно тонкого предмета под свободно лежащей тканью визуально не получилось. Изогнувшись, насколько позволяли веревки, он таки смог рассмотреть очертания телефона, и едва не рассмеялся от облегчения. Но тут же одним рывком съехал обратно, постаравшись снова сделать аппарат незаметным. Какое все же счастье, что они с Маритой не успели пройтись по магазинам! Хорош бы он был в сидящих по фигуре джинсах! Эльнис бы тогда второй телефон точно не пропустил. Оказывается, и от старомодной классики может быть польза.
От мысли о классике Валет снова немного приуныл. Нет, вот как можно было не пойти дальше в подражании любимым героям?! Хотя, если уж быть до конца откровенным с самим собой, привлекала в великих литературных детективах в первую очередь их способность подмечать детали и мыслить логически. А еще знать многое о многом и на основе этого делать выводы. Вот уж на отсутствие соображалки ему было грех жаловаться, и значит, следовало поразмыслить. Тем более, план на ближайшее будущее на свободе уже составлен: сменить имидж и врезать Томасу. Ну, еще убийцу поймать, так его сперва дождаться надо.
Кстати, до той поимки и до эпохального хука в Хантерову челюсть следует хотя бы выбраться из плена. Вот только как? Эх, гвоздики! Что ж вы так предательски под руки не попадаетесь?!
Тин глубоко вздохнул, зажмурился и снова потряс головой. Это нехитрое действие окончательно прояснило мозги. Вот так-то лучше! Он прислушался. Ни шагов, ни голосов – пусть даже из работающего телевизора или радио, ни еще каких-либо звуков, свидетельствующих о присутствии людей, из-за двери не доносилось. Конечно, это ничего не доказывало: дом мог быть достаточно большим, чтобы в этой комнате не отзывалась чья-то деятельность. Но Валет решил пока принять за аксиому, что его заперли и бросили. Временно, разумеется. За окном шелестели деревья, чирикали птички, но не шумела автострада. Вообще не было похоже, чтобы где-то поблизости ездили автомобили. Дом за городом? Час от часу не легче! Выбраться будет сложнее, чем он надеялся. Но все же выбираться надо.
Мастер Смерти огляделся еще раз. Теперь стало заметно, что из комнаты ведут не одна, а три двери. Лицом к массивной, дубовой он как раз и сидел. Две другие были задрапированы все тем же нежным шелком и поэтому сразу в глаза не бросились. Понятно, что за ними скрываются в какие-то изолированные помещения. Санузел? Гардеробная? Черт его знает, что еще должно присутствовать в дамской спаленке. Могут ли быть ему эти комнаты чем-то полезны? Непонятно. Хотя где-то там могут оказаться его вещи – в обозримом пространстве их видно не было. Вот только туда еще добраться надо.
Валет попробовал переместиться вместе со стулом. Это оказалось не так просто: когда опирался на всю стопу, разворотом смещаясь на ее длину, ножки цеплялись за длинный ворс ковра и отказывались скользить; а если приподнимался на цыпочки, шаг оказывался не длиннее пары дюймов. Путь не обещал быть легким, поэтому сначала следовало решить, куда же двигаться.
Ближе всего было трюмо, но содержимое ящиков вызывало серьезные сомнения. Да и низко они, непонятно, как открывать. Секретер находился раза в полтора дальше, но выглядел куда более обнадеживающе: откидное отделение закрывалось на ключ, который призывно торчал в скважине. Даже если внутри не найдется чего-то вроде ножа для бумаг, есть шанс, что удастся перепилить веревки бородками. В том, что сможет до дотянуться до ног, Валет не сомневался. Тренировки, на которые его гонял Бромли, не прошли даром. Штольц не стал накачанным амбалом – такой цели граф и не ставил, оценив довольно субтильное сложение ученика. Зато развивал в нем гибкость и стремительность движений. Теперь вот это могло пригодиться: зажав ключ в зубах, Тин вполне мог сложиться пополам, достав до лодыжек.
Впрочем, руки освободить было бы желательней. Но ведь еще есть такая прекрасная вещь, как скрепки, которым логика тоже заповедовала находиться в секретере. И именно из скрепки можно соорудить отмычку для наручников.
Еще немного попрыгав вместе со стулом, Тин пришел к неутешительному выводу, что добираться к цели ему придется не меньше получаса. И тут возник закономерный вопрос: а когда появится Эльнис? Да и Эльнис ли? Может, у него еще и толпа сообщников есть. Один только тот убийца с ножом чего стоит. А ведь добраться по назначению – даже не полдела. Надо еще умудриться провернуть зубами ключ, носом раскопать содержимое закрытой секции, немыслимым образом извернуться и поймать руками скрепку (конечно, если скрепки где-то все же найдутся), наощупь найти замок и кончиками пальцев, на голой интуиции определить его конфигурацию, чтобы потом вслепую скрутить нужную отмычку. Тут даже не час, тут все два вертеться придется. И хорош же он будет, если в этот момент явятся похитители! Да узрев подобную активность, они его в сырой подвал с голыми стенами укатают! Оно, конечно, в стиле жанра, но лучше уж все вот это нежное безобразие, чем полная безнадега. Так что, разумнее пока подождать и посмотреть, что дальше будет. В конце концов, пусть и сомнительный, но план освобождения уже имеется. Даже примерное время на его реализацию рассчитано.
Но вот будет ли оно? Не менее двух часов понадобится только на то, чтобы отвязаться от стула. И то, если повезет сделать отмычку для наручников. А если нет? Хорошо, допустим, можно еще опрокинуться вместе с этим громоздким сидением, каким-то чудом вытряхнуть из кармана телефон и нажать единственную кнопку. Вот только ответит ли сэр Кейн сразу? А если нет? Если Тина застукают за этим занятием и отберут последнее средство связи с внешним миром? И что остается?
А оставалось, как это ни прискорбно, только одно: искать способ нейтрализовать врагов. Сидя привязанным к стулу, ага. Впору смеяться, если бы не было так грустно. Но снова поддаваться пораженческим настроениям Валентин себе не позволил. Выкинув из головы все прежние планы и надежды, он провел ревизию того, что у него остается. Собственно, ничего, кроме вполне здорового тела (хотя конечности уже начали затекать) и дара. Да, менталист с ним явно не работал. Хотя и не было у банды своего менталиста, раз они на Миру ту тетку спустили. Никакой другой специалист заблокировать способности не мог. Да и то, внушение на сильных магов обычно долго не действовало. Еще, пожалуй, некромант мог проклясть на потерю дара. Но, согласно закону Ленса-Виулора, при прямом воздействии защитная реакция дара возрастает до пиковых значений, иногда превышающих среднестатистические в несколько раз. Поэтому нужно быть в разы сильнее того мага, которого проклинаешь. А то ведь отдачей и пришибить может. Мариус оказался не настолько ненормальным, чтобы покуситься на магию Валета: стоило о ней подумать, как где-то в солнечном сплетении услужливо всколыхнулась сила. Правда, проклятием можно было изменить характеристики дара. Опять же на время. Но для этого нужно точно знать, какое воздействие оказывает маг. А в том, что Эльнис разбирается в уникальных способностях, Валет сильно сомневался.
Значит, дар. А что он, Мастер Смерти может? Убивать, как оказалось. Всего-то и надо, что дотянуться до нити жизни и разорвать ее. Или накинуть все ту же петлю и сразу спустить – долго ждать не придется. Но убивать Эльниса… непрофессионально оно как-то. Преступника нужно обезвредить и арестовать. Да и не был Тин готов лишать кого-то жизни. Для него и возможность драки с Хантером откровением стала.
Однако нить ведь можно и не рвать, а… Истончить? Пережать? Что из этого получится? Потеря сознания? Кома? Просто приступ слабости? Валентин не знал, но был уверен в одном: пока нить цела, человек не умрет. Главное, чтобы хватило сил удерживать ее истонченной до того момента, когда связанным окажется не сам Валет, а Мариус. Хотя, если верить Мире, сил-то у него немеряно, а вот умения… Даже понимая, что его собственная жизнь может зависеть от дальнейших действий, Штольц содрогался от одной мысли об убийстве, пусть и по неосторожности. Ну не его это! Чтобы там о нем ни думал его опальное высочество.
Оставалась еще одна проблема: чтобы почувствовать нить Эльниса, Тину нужен был тактильный контакт. Вот только сомнительно как-то, что некромант полезет к нему обниматься при встрече. Ради чего он должен прикоснуться к пленнику? Например, чтобы снять наручники. С чего бы? Конечно, можно как-то заморочить Эльнису голову и вынудить это сделать, но считать его дураком – последнее дело. Похоже, он всех обвел вокруг пальца на допросе, заставил себя отпустить. Так что, голову заморочить он и сам кому угодно может. Что еще? Как это ни прискорбно, но ничего лучшего, чем разозлить похитителя и вынудить его дать пленнику в морду, Тин придумать не смог. А уж в том, что сумеет довести преступника до открытой агрессии, он не сомневался. Ну а если Мариус будет не один, придется действовать по обстоятельствам.
Приняв решение, Валет постарался сместиться к тому месту, откуда начинал свой нелегкий экспериментальный путь. Не нужно, чтобы тот, кто его здесь оставил, узнал, что пленник не полностью потерял мобильность. В этот раз двигаться почему-то оказалось легче. Навык, что ли, появился? Удовлетворившись достигнутой точкой, Валет снова огляделся и скривился. Нет, ну это надо было запереть его в этой розовой мерзости! Совсем никакого уважения к уникальному консультанту! Снова подкатила злость. И, словно в ответ на нее, за дверью послышались шаги и в замке щелкнул ключ.


Вот как ползу, так и отражаю!

 
Фэнтези Форум » Наше творчество » Проза » КОНСУЛЬТАНТ (Цикл "Мастер Смерти")
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: