Путник на обочине.

В безопасный путь посылают только слабых. 
Гессе. Игра в бисер.

Я затравлено пробрался сквозь малинник:  эти сорванцы сегодня сживут меня со свету... Или радостно свяжут и под дикие пляски потащат на костёр, словно какое-то первобытное племя, – чтобы увидеть, какую ещё игру придумает для них дядя Алекс. Уф, кажется, следов нет..Детские голоса шумят на обратной стороне холма. Пять - десять  минут жизни у меня есть, можно спокойно полежать на склоне и посмотреть на Город. 
Отсюда всё кажется совсем маленьким, здания как игрушки, рассыпанные под ногами. Вот светится пирамида энергостанции, чёрными боками лоснятся шары периметра, сверкают стёкла оранжерей, а совсем под ногами – разноцветные коробочки жилых домов. И люди – маленькие, как муравьишки. Лес спускается и обходит город... я будто вновь в сибирских сопках или на берегу  прозрачного Байкала.. Только вот небо над головой - зелёное…
 «Дядя Алекс!» - на меня свалилось из кустов что-то растрёпанное, всё в траве и репьях. Наташка нашла меня первой. Счастье было таким недолгим... Дети, что с них возьмёшь?.. Сейчас будут висеть на мне, пока не услышат что-нибудь волшебное.
 Сегодня… Сегодня расскажу им про хвою и лес, про костёр, пахнущий сосной и кедром, про алый закат,  Как в тишине безбрежного зелёного моря языки пламени съедают солнечные лучи, чтобы искрами отдать их звёздам  в ночное небо... Про летнюю прохладу тайги, про раскалённый камень гор... И про комаров таёжных не забуду - как они тогда мне надоели! Для ребятишек всё чудесно, всё загадочно. Их мир ограничен периметром да редкими выходами в радужные скалы и янтарные равнины внешнего мира. 
Дети – вот кто примирил меня с этим местом. Шумные и непоседливые,  серьёзные и внимательные. И такие разные... Вся моя группа. Дети, а потом уже Взрослые.   Взрослые люди. Хотя… это теперь для меня они Люди, а не Отказавшиеся. А я для них… Я теперь такая же часть города, как деревья, как периметр. Воспитатель. Вечный путник, вдруг остановившийся в дороге. Бессмертный среди смертных.
Моя родина – общество Бессмертных, "победившие время". Мы гордимся своей силой, своими знаниями. Ледяное общество. Сытое, радостное, светящееся улыбками: вечный карнавал и праздник. А меж людьми – скука, холод отношений, эгоизм... Гордимся "социально ответственным обществом", но совершенно не нужны друг другу! Когда я захотел поговорить с соседом, полвека жившим напротив меня, то с удивлением понял, что даже не знаю его имени! Хотя здоровался с ним каждое утро... «Стала совесть откровеньем, стала музыка комфортом, только правда, как и прежде, героизм и маета. Самых дальних разделяет только путь к аэропорту, самых близких разлучают эгоизм и суета»: эти строки – лучшее отражение нашего мира. Максимум комфорта – минимум проблем. Всё размеренно и распланировано.
Потому-то мы и сбежали. Мы – это я, Ленка и Семён. Трое непосед, решивших, решившие объездить весь свет - от африканских джунглей до дальних колоний. «В безопасный путь посылают только слабых!» шутила Лена, когда мы горели над Юпитером! И когда нас отрезала лавина в Саянах! И в тысяче других мест, куда заказан путь скучным и ленивым! Три перелётные птицы на крыльях любопытства: мы даже решили побывать в таком странном месте как община отказавшихся от бессмертия.
Я увидел детей и решил задержаться в Городе. Для нашего "вечного" общества дети - огромная редкость...  Здесь же они были на каждом шагу! Ну мне тогда так показалось. Удивительно! Друзья двинулись дальше, а я пообещал догнать их чуть позже: вот только насмотрюсь на детей. Пошёл воспитателем. И как только меня пустили? Чужак, бессмертный. 
Хотя, если быть совсем честным – не только дети меня привлекли. И Взрослые тоже: они жили. От души, а не по обычаю и привычке: если было  весело – улыбались, если было грустно – плакали. Если видели унылого человека – пытались помочь. Весь город веселился, когда я получил свою первую группу. Я бегал за сорванцами по всему городу, переживал, кричал, что больше никогда в жизни… и был счастлив! И плакал, расставаясь с ребятишками на пороге школы. А потом взял следующую группу.
Потом перестали приходить корабли … Перестали! «Это опасно – общение со странными – людьми ли? Это опасно уходить за пределы дома. Мы осознаём это и в этом наша сила».  Последняя новость, пришедшая сюда с Земли – «Дебаты на тему, посвящённую развитию общества. Базовый постулат дебатов "Сила общества и гарантия его развития – в повышении и способствовании безопасности как отдельных членов общества, так и общественно социальных групп». Сначала мне было смешно. А потом... Корабли перестали приходить. 
Так я и остался вечным воспитателем. Любимец детворы, загадка для взрослых. Путешественник без дороги. Сокол без крыльев. Хотя… что такое сотня-другая лет для Вечного? Мой путь ещё не окончен.
В два конца идет дорога, 
 Но себе не лги: 
 Нам в обратный путь нельзя. 
 Слава богу, мой дружище, 
 Есть у нас враги, 
 Значит есть, наверно, и друзья.
- любил напевать перед каждым новым путешествием Семён. Дождусь корабля и двинусь дальше. Или… или построю свой корабль. Соберу помощников - тех кто захочет, – и двинемся в путь. Здешние люди сильнее бессмертных. Они не боятся жить и меняться. Они меняются как сталь, что течёт пламенем или стынет клинком. Могут стать молотом, кующим судьбу, или силой, разбивающей неизбежность. Пламя сильнее льда. Дорогу осилит идущий, но лишь сильный выйдет в дорогу. Для слабых – безопасный путь до порога. Для сильных – дорога за порогом.
Всё, хватит жалеть себя! Почти ночь на дворе –  гнать этих обормотов по домам, пока совсем не стемнело. Хитрюшки: знают, как я люблю ночное время, вот и пользуются этим. А потом все получаем на орехи: им  от родителей, мне - от директора. Дети - за то, что «замучили бедного дядю, он совсем стал бледный и худой». Я - за «срыв режима и дурной пример подрастающему поколению». Дурной пример - это когда после рассказа про походы эти подлизы уговорили меня посидеть ночью у костра на полянке. 
Вначале было здорово: запах настоящих дров, печёная картошка, хоровод вокруг костра... А потом - разъярённые пожарные,  пунцовый от гнева лесничий,  директор и куча других людей. Оказывается, я и лес чуть не спалил, и «нарушил экологический баланс парковой зоны термическим воздействием на составляющие перегноя, флору и фауну пригородной лесной зоны». В общем, головомойка была знатная. Зато среди детей мой авторитет стал просто заоблачным. Моя группа нос задирала, а остальные канючили. Пришлось в парке делать место для костров и вечерних посиделок. Лесничий потом несколько лет при встрече на меня волком смотрел. Хотя внука ко мне же в группу и запихнул. Вот только сорвавшееся в тот вечер с языка прозвище "медведь-смотритель леса" Михаил Потапович мне так и не простил.
Бегом, бегом, бегом, темнеет! Срежем угол через подлесок и скорее вниз по старой тропе. Малышне то хорошо: новая игра, а мне и отстающих неси, и следи, чтобы никто не потерялся. Ночи здесь совсем как на Земле. Звёздное небо – будто огромный купол, усыпанный драгоценностями, накрывает и обнимает тебя, приятный полумрак под деревьями... на свидании хорошо, а сейчас очень даже плохо.  В следующий раз точно возьму фонарик... и поводок для самых шустрых, чтоб по сторонам не бегали! Всё, успели..!
Закат отгорел, когда мы подошли к жилой зоне. Что интересно – небо днём зелёное, а закат почти как на Земле в средней полосе.. Небо переходит от фиолетово- синего покрывала на востоке к бахроме закатного багрянца на западе. Только узенькая нитка зелёного просвечивает сквозь горизонт, но если постараться - можно её и не увидеть. 
День закончен. Домой и спааа…ааать. Что-то сегодня эти неслухи меня совсем загоняли. Как будто на спине целый день танцевало стадо слоников. (как будто целый день на спине танцевало стадо слоников). Даже сил не осталось провести вечер как обычно – в кафе за шахматами.
Алекс! Алексей! –догоняет меня на пороге густой бас Мигеля. Милейший человек, внешность и манеры как у настоящего идальго,  но как же он сейчас не вовремя…
– Что-то срочное? Пол первого ночи всё-таки…
– Алексей! Корабль у внешних маяков!
В рассказе использованы стихи Александра Дольского и Юрия Визбора.